Читать книгу - "Хозяин Пророчества - Николай Бородин"

Капитан всегда считал несомненным плюсом, что спящий в броне солдат не только лучше защищен, но еще и не ворочается. Правда, в момент пробуждения только очень сильные бойцы могли сесть и прийти в себя сразу, а не изображать перевернутого на спину краба. Но это была, если подумать, сущая мелочь.

Сам Альтемир добровольно выполнял обязанности еще одного стража — сидел на нарах, положив меч на колени, и поглядывал то на дверь, то на еще одно спящее тело.

Кьяр, вошедший первым, тоже первым делом увидел дрыхнущего без задних ног человека. В самом прямом смысле. Мало того что среднего роста воин с самой обычной, незапоминающейся внешностью заснул, свернувшись даже не калачиком, а почти кольцом, у него еще и ноги были согнуты в одном лишнем суставе.

Наугер повернулся к идущему следом Оцелоту, выразительно подняв бровь. Архимаг, глянув на подобное непотребство, хмыкнул и развел руками:

— Ну а что тут поделаешь, устал я сильно! Набросил иллюзию, и ладно.

— Ага, осталось только найти идиота, который в нее поверит. — Гном, пошевелив пальцами, развеял наскоро созданный коллегой морок. Ширш, почувствовав касание магии, шевельнул усами и дернул ухом, а затем заснул еще крепче, правда на всякий случай прикрыв морду лапой и подвернув хвост. Мало ли что, ходят тут всякие.

А может быть, он просто ощутил спиной взгляд паладина. Кьяр, встретившись с Альтемиром глазами, не вздрогнул только благодаря выучке. Но он мгновенно связался с Оцелотом:

«Эй, ты не замечаешь в своем парне ничего странного?»

«Я обещал, что больше никогда не полезу в его голову и его дела. И к тому же он достаточно умный, чтобы справиться сам. Не сомневаюсь, что все будет в порядке».

Наугера это не убедило, он иногда видел такой взгляд, как сейчас у паладина. Примерно такой же бывает у загнанного зверя на краю пропасти. Конечно, у него есть выбор — куда прыгнуть: вниз или на копья охотников.

К тому же если архимаг дал человеку какое-то там обещание, то гном делать то же самое не подряжался. Поэтому Кьяр с совершенно спокойной душой принялся читать мысли Альтемира. В конце концов, если они согласятся взять парня под опеку, лучше знать, что он думает и что может выкинуть, в случае чего. Гном не слишком любил сюрпризы, а неприятные в особенности.

Паладин, конечно, ощутил чужое присутствие, но ничего с этим поделать не мог и не собирался. Просто у него неплохо работала голова, и такой вариант событий он предусмотрел. Ведь Оцелот, по его мнению, еще во время битвы прочитал его мысли и спас от пылевой бури. А потому, чтобы следующая попытка не провалилась, Альтемир не желал никого о ней предупреждать. Теперь он сознательно дробил опасные мысли на лишенные всякого смысла осколки, из которых даже самый умелый чародей не смог бы составить ничего путного.

Кьяр, ничего не отыскав и пребывая от этого в некоторой растерянности, погасил свое заклинание, но отметил себе приглядывать за парнем. Что-то с ним явно не так, а наугер не хотел терпеть у себя под боком шальную мину, которая невесть когда взорвется.

Снор, ступивший в помещение последним, плотно затворил железную дверь. Альтемир дал часовому знак не будить солдат и встал, приветствуя вошедших. Пальцы привычным жестом коснулись кончика носа. Даже его взгляд стал нормальным. Наугеру пришло в голову, что паладин сейчас больше всего походит на волка, изображение которого он носил на груди и на плечах, — уже не затравленного, а мудрого и спокойного. А оттого едва ли не более опасного.

Ширш, разбуженный грохотом гномьих сапог, перекатился на другой бок, потом встал на все лапы, с удовольствием и знанием дела потянулся — и тоже уставился на вошедшую троицу, выражая готовность слушать.

Ярл, обойдя чародеев, вышел вперед, давая понять, кто здесь будет принимать решения:

— Оцелот, речь шла о двух людях.

— Уточни, что для тебя важнее — «два» или «люди»?

Снор развернулся, чтобы поглядеть архимагу в глаза:

— Два, конечно. Их здесь всего-то в десять раз больше. Зачем нам остальные? А если их отпустить, то они могут растрепать о нашей маленькой тайне.

Солдат, стерегущий отдых своих товарищей, чуть побледнел, он, на свою беду, отличался живым воображением, которое услужливо подсказало ему, что же надо сделать в таком случае с лишними людьми. Наугер, невесть как оказавшийся рядом, дружелюбно ткнул бойца в бок. Вернее, попытался ткнуть. Сказалась выучка, и человек моментально развернулся, пропуская удар под рукой.

Гном, выразительно подняв брови, развернулся к брату:

— Это не обычные солдаты, Снор.

— Первая рота тринадцатого походного полка, — бесстрастно сообщил Альтемир.

— Хочешь сказать, — прищурился ярл, — круче этих ребят только императорская стража, и то не вся? Так про вас, кажется, говорят?

Паладин только пожал плечами, показывая, что сказал все, что хотел. Кьяр взглянул на него другими глазами. Хотя, даже если парень и умел вести себя как сильный человек, оставлять его без надзора не следовало. Даже наоборот, сильные люди не всегда слушают голос разума и зачастую не слишком задумываются, перед тем как действовать.

Ярл хмыкнул:

— Пусть за нас говорят наши дела, да? Что ж, ты прав. — Снор подошел к паладину, глядя на него снизу вверх и ничуть не смущаясь этим. Трудно сказать, кто бы победил, схватись сейчас эти двое. Гномы были гораздо сильнее людей, но уступали им в быстроте. А парень и выглядел, и двигался, как настоящий волк, совершенно не прилагая к тому никаких усилий. Опасный противник. Особенно учитывая едва ощутимую внутреннюю странность, которую ярл тоже почувствовал, но не мог распознать. — Но зачем нам две дюжины отличных воинов, когда не нужны и двое?

— Именно поэтому я и обратился к вам с просьбой. — Оцелот бросил взгляд на Альтемира, готовясь прервать его, если вдруг мальчишка возмутится и ляпнет что-нибудь не то, но паладин, пощипывая кончик носа, бесстрастно следил за ходом беседы. — Я прошу, чтобы вы укрыли этих двоих. Боюсь, что теперь придется приютить еще и солдат, но, право слово, в масштабах Армон-Дарона разница невелика. Моим подопечным угрожает опасность.

— Какого рода? — резко спросил Снор, обернувшись.

— Братство Цепи.

— Кто это? — Ярл нахмурился, уловив в тоне архимага скрытый смысл.

Кьяр в это время поспешно перекидывался мыслями с Радимиром.

«Ты что, хочешь ему рассказать?!»

«О Пророчестве знают очень многие — охотника, освобожденного в столице, было не спрятать от чужих глаз. И потом, я не заставляю тебя раскрыть тайну своей Песни. Но поведать ему суть необходимо. Он поймет».

— Хорошо, брат. Слушай.

— Та-ак. Я чувствую себя идиотом, которого вы, два хитрых колдунишки, обвели вокруг пальца.

— Чем чаще ты будешь меня прерывать, брат, тем дольше останешься идиотом. Я как раз собираюсь тебе все рассказать. — Ярл кивнул, выражая готовность слушать. — Эти двое причастны Пророчеству. Тому самому, с которым связана та жуткая тварь, которая смела всю армаду степных бестий в Мирбурге. И счастье, что эта тварь на нашей стороне. Но если бы Альтемир не освободил ее, братство Цепи сняло бы оковы с другой, которая приняла бы их сторону. И игра только начинается. — Еще несколько мыслей метнулось между Оцелотом и Кьяром. — Для ее продолжения нужны все причастные Пророчеству. Братство тоже об этом знает, поэтому укрывать наших гостей мы должны от них.