Читать книгу - "Первая кампания - Алексей Александрович Иванов"

ты бы просто не успела. Тайный ход? Где-то рядом с холмом? Прямо на холме? Мы же рыли, словно кроты. Почему не сумели его найти?

— Плохие из вас кроты, — раздраженно фыркнула она. — И рыли не там, где следует. Почему ты такой внимательный? Знаешь, это даже возбуждает.

— Оставь эти игры. Я жду ответа.

— Ладно, признаю, князь Нором сбежал не без моей помощи, — вздохнула Дивия. Отступив на шаг, она перестала изображать внезапно нахлынувший приступ страсти. — Я была ему должна за старые дела и просто вернула долг. К тому же, Ринор Нором мог сбежать без моего вмешательства. Просто вышло бы громко и вполне возможно, довольно кроваво. Без постоянного присмотра его карманные убийцы становятся совершенно неуправляемыми.

— Карманные убийцы? — не понял я.

— А ты не знал? — удивление на лице Дивии не выглядело наигранным. — Хотя, откуда тебе знать, — эхом отозвалась она, словно что-то вспомнив. — Интересно, а Руян тоже не в курсе?

— Не в курсе чего? — непонимающе посмотрел я на княгиню.

Очередная тайна, которая не тайна для всех кроме меня?

— Ты же общался с князем в его лагере и наверняка видел, кто ему прислуживает?

— Слуги? — пожал я плечами. Вспомнил то короткое время, что я пребывал в вынужденных гостях, залечивая раны, и исправился: — Вернее, служанки. Одна или несколько — точно не помню.

— А слово аргаури тебе что-нибудь говорит? — продолжила допытываться Дивия.

Если она таким незамысловатым образом пытается отпетлять от изначальной темы, то зря.

— Ты же знаешь, я не силён в дхивальском. На ругательство не похоже.

— Это не ругательство, — улыбнулась она, а затем, потеребив мочку уха, задумчиво добавила: — Хотя, с какой стороны посмотреть. Жрицы храма бога без храма? Духи мщения? Мстительные девы? Вообще ничего о них не слышал?

— Нет, — отрицательно дёрнул я головой, выискивая в памяти всё, что мне известно о разнообразных тайных культах Дхивала. И лишь утвердился, что известно мне крайне мало. — Ты намекаешь…

— Не намекаю — прямо говорю. Князю Норому служат аргаури, — безапелляционно заявила Дивия. — Он их глава. Даже имя его паладина «Жрец» — скрытая насмешка над непосвящёнными в эту маленькую тайну и вечное предупреждение для тех, кому она известна.

— Шахарты боятся какого-то культа, — не поверил я.

Тайное общество убийц, которое не совсем и тайное. Даже для Дхивала это звучит как-то дико.

— Это не какой-то культ, — нахмурилась Дивия, впервые за время беседы в её голосе проскользнуло что-то очень похожее на страх. — Аргаури — не страшилки и не сказка на ночь. Как ты видимо себе представил. Это идеальные убийцы, способные проникнуть сквозь любую охрану, чтобы добраться до горла цели. Маги, князья — им плевать. Не получится у первого убийцы, получится у десятого. Не сегодня, так завтра. Не завтра, так через год или через десять лет, когда ты потеряешь бдительность. Известный мне рекорд — двенадцать лет жизни. Но старший сын князя, ставший целью аргаури, все эти годы сидел фактически в заключении, запершись со слугами и охраной в небольшой крепости, затерянной в горах. И это исключение! Чаще всего первое же покушение становится для цели последним.

Какие страсти. Но если предположить, что Дивия не преувеличивает, то да — шахартам есть чего бояться.

— И их терпели? — не поверил я.

Жизни магов слишком важны. По крайней мере, они в этом искренне уверены. А тут какие-то непонятные убийцы, способные добраться до их нежных тушек и пустить кровь. Какое немыслимое кощунство!

Дивия поморщилась.

— У аргаури изначально существовал определённый кодекс поведения. Можно сказать философия. Чтобы они взяли заказ на твою голову, одних денег недостаточно. Цель должна совершить что-то очень плохое. Вместе с тем им будет плевать, если на их глазах кто-то станет резать младенцев. Пока плата не внесена, они не станут действовать. В их кодексе много таких же или ещё более причудливых правил. Долгое время они считались кем-то вроде защитников низших каст от произвола шахартов, поэтому их не трогали. Но затем аргаури слишком заигрались. Стали всё чаще пренебрегать собственным кодексом. С подачи верховного жреца захотели захватить власть в одном из княжеств. Этого князья терпеть не стали — бешеная собака никому не нужна. Проявив редкостное единодушие, они практически истребили всех жриц храма бога без храма. Уцелевшие аргаури ушли в глубокое подполье. А затем, как считается, просто исчезли.

— Исчезли, но не до конца, — кивнул я. История интересная, но что-то в ней не сходится. Об этом и спрошу. — Как Ринор Нором связался с этими твоими… даже не буду пытаться выговорить это слово, и сумел привлечь то, чего нет на свою сторону? Более того, как я понимаю, стал главным?

Карманный орден убийц, способный добраться до горла магов — штука полезная. Особенно если уметь им пользоваться. Где бы мне такой достать?

— Хочешь повторить его подвиг? — криво усмехнулась Дивия, угадав ход моих мыслей. — Не выйдет — у аргаури всегда только один верховный жрец. А младшие жрецы этим культом не предусмотрены. Так что ты в пролёте.

— Не очень-то и хотелось, — не слишком искренне соврал я. Нужно собрать побольше информации. Князь Нором не вечен. Удалось ему, почему не может получиться у меня? Интересно, а цель среди альвов эти ар-га-ури могут найти и вырезать? — Остаётся мой первый вопрос, — бросил я, отодвинув на задний план эти измышления, — князь Нором тут каким боком? Он даже не дхивалец!

— Этого я не знаю, — махнула рукой Дивия. — Мы с князем Норомом не друзья и не союзники, чтобы он тайнами делился.

Спорное утверждение, но допустим.

— Считалось… вернее считается, — продолжила рассказывать она, нервно расхаживая по палатке, — что последователей храма бога без храма не осталось. Но в его свите они почему-то имеются. Более того, похоже, что именно князь Нором является их новым главным жрецом. А жрец для аргаури — живое воплощение их так называемого бога. Ради его спасения они ни перед чем не остановятся. Именно поэтому я помогла ему с побегом, не дожидаясь, когда за дело возьмутся его подручные.

— Ты могла обсудить это с Руяном. — Признание Дивии мало что меняло. Она действовала за нашими спинами. — Не ошибусь, если предположу, что он всё равно собирался