Читать книгу - "Испытание воли - Владимир Александрович Сухинин"

магии. Но он позволял создавать вокруг носителя незримый воздушный щит или возможность применить воздушный кулак. Но Антон неожиданно сумел найти новые возможности этого креста. Это произошло случайно. Он стрелял из лука, и ему мешал ветер. Он подумал, вот бы направить поток воздуха в мишень или лучше вообще убрать воздух во время полета стрелы. И, выпустив ее, он был ошарашен: стрела пролетела как пуля, пробила чучело из сена и насквозь пробила столб за чучелом. Это видел Эрзай и сразу же подошел. Осмотрел несмятый бронзовый наконечник, торчащий из столба, и, пораженный увиденным, упер взгляд в Антона.

— Что? — поинтересовался Антон, делая вид, что сам не понял того, что произошло.

— Вы маг, милорд? — спросил Эрзай, вглядываясь в Антона.

— Нет, конечно.

— А я вот смотрю и вижу, что без магии тут не обошлось, — сварливо и недоверчиво произнес кочевник.

— Ты прав, Эрзай, без магии тут не обошлось, — сознался Антон, — это рунный камень стихии воздуха. Я убрал воздух на пути полета стрелы… Случайно, — помявшись, добавил к сказанному Антон. Он не видел нужды скрывать это от Эрзая, тот был предан ему, как и Торвал. — И вот получилось…

— Получилось весьма странно, — пытаясь вытащить стрелу, с подозрением произнес Эрзай. — Так ведь стрела насквозь пробьет рыцаря вместе со щитом… И вот стрелу загубили. Так ее оставлять нельзя, — и он сломал стрелу, снял наконечник и, ловко изломав древко стрелы, выбросил на землю. — Я так понимаю, — произнес он, — говорить об этом никому не нужно.

— Все верно рассудил, Эрзай, — улыбнулся Антон.

— Чудной вы человек, ваша милость, никак не привыкну. Вроде обычный, а делаете все необычно. Мне бывает страшно подумать, что вы еще можете…

— А ты не бойся меня, Эрзай, я страшен для врагов. Ты мне враг?

— Как можно, милорд, я ваш преданный слуга.

— Ты больше чем слуга, Эрзай, ты мой, можно сказать, друг.

— Друг вам шер, — смутился польщенный словами Антона Эрзай. — Но благодарю за доверие. Вы занимайтесь, а я пойду к лошадям…

— Ты как устроился на новом месте? — остановил его Антон.

— Хорошо, ваша милость, дом крепкий, подворье большое, и река рядом…

— Помощь какая нужна?

— Нет, спасибо, сами управляемся. За вразумление моей жены спасибо, совсем другая стала.

— Пожалуйста, — улыбнулся Антон. — Но сегодня, пожалуй, стрелять уже не буду.

Он отложил лук, сел на колоду, пригретую лучами местного солнышка, подставил спину под его теплый свет и задумался.

План борьбы с колдуном у него был, но не было четкого понимания, как этот план претворять в жизнь. Они с Изой и ее слугой уходили в болота, но не в сторону крепости, что строили горцы, а в другую сторону. Благо болото большое, на десятки гектаров раскинулось. Вместе с ними уйдет Франси, ее прозвище — Шлем разума. Она не даст колдуну подчинить его разум. И там, по замыслу Антона, нужно было, заманив в болото колдуна, применить артефакты и убить молотом. На словах ничего сложного, а вот как выйдет на самом деле, он не знал. У Шузмарала много помощников, трэллов из гнезда Королевы. Ну пусть призыватель призовет лешего, и тот заманит банду колдуна в топи, но как к нему подобраться? Каковы его силы и возможности, этого не мог сказать даже ворон Рансир. Сам ворон улетел на разведку в поисках колдуна. Остается открытым также вопрос, как заманить в болото рассветных, а они придут на его земли за артефактами. Как им подсунуть темных и заставить поверить, что артефакты у них? Антон сидел и ломал голову, и ничего дельного в голову не приходило. Он от отчаяния стукнул себя по лбу и проговорил:

— Думай, думай, тупая башка… Ты теперь не тот, что тогда. Ты теперь умный, имеешь новые способности, данные артефактами…

И тут в его голове по кусочкам стала складываться мозаика будущих событий. Она словно пазл ложилась на сознание, и в его уме вырисовывалась интересная картина. У него есть освященный закатный крест. Антон может использовать амулеты Заката и Рассвета. Чего боится колдун, так это рассветных заклятий. Свет для него не смертелен, но весьма болезнен. Если к стреле присобачить амулет Рассвета или использовать рунный камень огня?.. То можно на время лишить колдуна силы колдовать, подобраться поближе и поразить молотом. Только убивать его на своих землях нельзя, его надо прогнать и по его следу пустить Рассветных.

Значит, нужно до прихода колдуна засветить артефакты. Рассветные увидят их в топях на его землях и должны поспешить за ними, а пока они будут добираться, убегать от Шузмарала. Для этого понадобится леший. Рассветные увидят присутствие темного и начнут за ним охотиться. Колдуну не справиться с Рассветными, он начнет уходить, значит, надо за ним последовать и, когда он покинет земли Антона, пришибить по-тихому. Если получится, он будет уходить за темным, и аурный след артефактов будет перемещаться за колдуном. Рассветные это увидят, будут преследовать, надо только побольше походить, покружить, чтобы затерся след колдуна. Пусть потом ищут днем с огнем. От этой мысли Антон приободрился. Он даже понял, как освятить светом рунный камень огня.

Затем его мысли стали более конкретными. А зачем использовать рунный камень, это слишком дорого, можно создать амулет Рассвета и зарядить его через молот. Для амулета нужна бронза с серебром пятьдесят на пятьдесят и кристалл стекла или драгоценный камень, тогда мощность амулета будет выше. А лучше, понял Антон, сделать наконечники стрел из сплава бронзы и серебра, а древки стрел из осины.

Антон увидел птичницу и позвал ее:

— Кили, иди сюда.

Женщина быстро подошла.

— Чего угодно, ваша милость?

— Сходи в кузню, позови сюда Ингмара.

— Я быстро! — в желании угодить милорду обрадованно воскликнула женщина и убежала.

Антон начал понемногу понимать, как работает механизм получения информации от Просветителя. Он понял, что артефакты ничего за него делать не будут, и еще он понял, что это правильно. Если артефакты будут использовать магическую мощь, то ее можно перекрыть антагонистом, как Антон перекрывает крестом Заката магию Рассвета. А вот умения — их не пропьешь и не отнимешь. Просветитель хочет, чтобы Антон умел использовать полученные от него знания и приобретал силу, этого у носителя артефактов отнять нельзя. Знания, которые он сейчас имел, шли изнутри него, они лежали на