Читать книгу - "Во власти иллюзии 3 - Лев Жуковский"

— А знаешь, Леур, — после нескольких минут размышлений заговорщицки произнёс Михаил, — кое-какая мысль всё же у меня есть.

Глава 20.1. Начало пути. Старый рыцарь Ирчин

Честно говоря, столь внезапного предложения от моих магов я точно не ожидал. Да что там говорить, эдакой смелости от двух трусливых чародеев и, главное, спесивых отпрысков аристократов было тяжело представить даже такому старику, как я.

— Господин Ирчин, разрешите обратиться! — по-военному официально начал разговор Леур.

— Разрешаю, — продолжая поедать ароматный суп, прошипел я.

— Мы очень виноваты по отношению к вам, — начал бодро Леур, но не смог поднять на меня взгляд и перешел на бормотание, — я и Михаил Соятов знали о готовящемся на вас покушении. Даже примерно догадывались, какой именно отряд собирались отправить за вами. Но на самом деле у нас не было по-настоящему важной информации. Как для исполнителей покушения, так и для вас лично. Чем-то, реально способным повлиять на эту ситуацию, мы однозначно не располагали. Скажу честно, не скрываясь за кружевами слов, надеялись и строили дальнейшие планы, после вашего устранения. Но лично, кроме той постыдной попытки отравить вас, мы ничего не предпринимали. По правде говоря, мы несколько приукрасили ваши возможности в разговоре с господином Захарием Соятовым. Но опять же, опирались лишь на собственные домыслы и общеизвестные слухи, гуляющие по городу…

Видя, что энтузиазм Леура полностью угас и он понял, сколь обличительно звучат эти слова, я почувствовал, что страх окончательно сковал его. А вот Михаил смог сам набраться храбрости и продолжил разговор вместо старшего мага.

— Думаю, подобных ситуаций за вашу долгую службу случалось не так уж и мало. И как опытный офицер, вы, господин Ирчин, понимаете, что лично мы, два молодых волшебника, не можем представлять для вас хоть сколько-нибудь серьёзной угрозы, — сказал он запальчиво, но и его бравый настрой довольно быстро прошёл и превратился в трусливый лепет, — но всё же мы чувствуем за собой вину и очень хотели бы получить возможность исправить нашу ошибку.

— Ближе к сути, — прошипел я, — что ты предлагаешь, как собираешься смягчить мою неприязнь?

На эти побледневшие лица было чудовищно приятно смотреть. Они вмиг осознали, что я слышал весь их разговор, несмотря на разделяющее нас расстояние. И как в это не поверить, если слово «неприязнь» крайне редко сейчас употребляется в нашем обществе? Да и в принципе, я прекрасно понимал, что они в полной мере снабжали информацией отряд, напавший на меня. И вина их действительно заслуживала самого сурового наказания. Впрочем, расправа над этими предателями может и подождать, если они предложат действительно нечто ценное. Опять же, ярость, бурлящая в моей душе после нападения, за прошедшие недели слегка померкла, и разговаривать об этой ситуации я мог вполне спокойно. Да и в целом мне было прекрасно понятно, что они лишь пешки, но от этого, конечно, моё желание устранить их не становилось слабее.

— Однажды Михаил прочёл довольно редкую книгу, — первым взял себя в руки Леур, хотя взгляд поднять на меня так и не смог, — так вот, в ней упоминалось, что характеристики всегда находятся в промежуточном состоянии. Им иногда не хватает самой малости для преодоления порога следующего уровня. И применительно к показателю Живучести, это может заключаться в некой хронической болезни или застарелой травме.

— Леур, неужели ты думаешь, что я этого не знаю? — холодно и отрешённо снова прошипел я. — Суть предложения.

— Простите, господин Ирчин, — нервно промямлил Леур, — в книге упоминалось, что даже ежедневное применение заклинаний лечения может не привести к положительному результату. В этом случае предлагалось воспользоваться услугами нескольких магов одновременно и буквально рывком преодолеть этот застой.

— Так вот, господин Ирчин, — почти что уверенно взял слово молодой Соятов, — позвольте нам собрать всех магов из оставшихся отделений и попытаться рывком довести вашу характеристику Живучести до пяти единиц. Все траты мы возьмём на себя.

— Думаю, если эта затея удастся, я смогу забыть о многих ваших проступках, — произнёс я действительно заинтересовано, обдумывая столь необычную виру за жизни.

Когда подготовительная работа чародеев была завершена, скорее всего со стороны это выглядело даже несколько внушительно. Вокруг меня в форме круга собрались восемь оставшихся в живых магов. Естественно, что ротные и интенданты не имели ни малейшего желания участвовать в этом сомнительном эксперименте. Но и запрещать тратить ману своим подчинённым они не стали, но тут скорее в отсутствии командиров полков эти трусы не рискнули злить меня. Тот же лейтенант Малихов сделал вид, что это его словно бы совершенно не касается.

Сказать по правде, я и сам не верил, что это возможно. С другой стороны, в меня собирались влить свой резерв маны восемь волшебников, практически одновременно. Это действительно может исправить в организме дефект, который обычной регенерации не под силу излечить и за несколько лет. Поначалу у меня было небольшое опасение по поводу внезапной атаки, но маги расположились довольно близко ко мне, таким образом, что могли задеть атакующей волшбой и друг друга. Да и тот же огненный шар убил бы вообще всех собравшихся, включая любопытных зрителей поблизости. Так что на этот счёт мои опасения, скорее всего, были слегка преувеличены. И чувство опасности, к тому же, молчало.

Когда волшебники начали произносить первые заклинания, я почувствовал невероятно сильный поток лечебной энергии, который не испытывал ни разу в своей жизни. Казалось, тело начало светиться изнутри. А маги всё продолжали накладывать заклинания лечения одно за другим. Всё моё внимание в этот момент было сконцентрировано на внутренних ощущениях. Хотелось понять, что именно в моём, на данный момент абсолютно здоровом теле, пытается исправить магия лечения. Но, естественно, без внутреннего магического источника в полной мере отследить потоки маны, движущиеся внутри меня, наверное, было невозможно. Но всё же, когда этот поток лечебной магии начал иссякать и то у одного, то у другого волшебника заканчивался внутренний резерв, я отметил, как покалывает моё сердце. Может быть, именно оно износилось в этом старом теле больше всего. Но характеристика Живучесть так и осталась равна четырём единицам. Несмотря на все усилия Михаила и Леура.

Они с потаённой надеждой ждали от меня оглашения результата. Но я лишь отрицательно мотнул головой. Леур разочарованно опустился на землю, прямо на песок, там, где и стоял. А вот молодой Соятов явно был настроен более решительно, ведь идея в большей степени принадлежала ему. Он сорвался с места и начал раздавать припасённые кристаллы маны из своего пространственного мешка. Не сказать, что очень крупные, но по сотне единиц