Читать книгу - "Таинственная история заводного человека - Марк Ходдер"

— «Сэр Роджер»? — спросил Бёртон. Суинберн, массировавший виски, вздрогнул и промямлил:

— Почему я так назвал его? Конечно, я хотел сказать «Претендент»!

— Пожалуйста, назовите суду ваше имя, — попросил секретарь.

— Сэр Роджер… Чарльз… Даути… Тичборн, — последовал медленный ответ. Хокинс проверил образование Претендента, знание истории рода Тичборнов, а также знакомство с фактами из жизни Роджера Тичборна. И хотя любому человеку, обладающему хотя бы минимальным интеллектом, было ясно, что ответы полностью неудовлетворительны, тем не менее мнения о Претенденте оказались диаметрально противоположными.

Один журналист написал: «Вот уже пятнадцать лет как я освещаю драмы, происходящие в зале суда, но еще никогда я не сталкивался со столь жалким представлением, которое устроил претендент на имя Тичборна. Уму непостижимо, как кто-то может сомневаться в том, что это наглый и уверенный в себе самозванец!»

Другой возразил: «Стыдно! Стыдно, что человек, только что вернувшийся домой, должен участвовать в этом жалком цирковом преставлении! Почему бесчестный заговор схватил в свои когти сэра Роджера Тичборна? Ведь никто из видевших его не поверит, что он не тот, за кого себя выдает».

Допросы свидетелей продолжались весь июль. В течение всех этих жарких и влажных недель Претендент раздулся еще больше, став настолько жирным, что пришлось перестроить место для свидетелей, иначе он уже не смог бы там поместиться. Его десны постоянно кровоточили — в итоге три задних зуба выпали. Его речь стало почти невозможно понять, поэтому рядом с ним установили специальный усиливающий экран. Хокинс, напротив, говорил ясно, громко и с убийственной доходчивостью.

— Этот тип, называющий себя пропавшим аристократом, — заявил адвокат присяжным, — не кто иной, как заговорщик, лжесвидетель, самозванец, подлец и негодяй!

Затем он представил своих свидетелей, и каждый из них отрывал еще по кусочку от истории Претендента. К третьей неделе июля присяжные решили, что услышали достаточно. Они остановили процесс и попросили судью разрешить им вынести вердикт. Он согласился. Претендент был признан виновным в лжесвидетельстве. Его немедленно арестовали и поместили в Ньюгейтскую тюрьму. Дело стало уголовным, и Скотланд-Ярд занялся исследованием его подоплеки.

Тем же занялся и сэр Ричард Фрэнсис Бёртон. Королевский агент долетел до Нового Орлеана на военно-транспортном винтокорабле «Пегас». Затем он пересел на пароход, доставивший его в Буэнос-Айрес: там он познакомился с англичанином Уильямом Максвеллом, искавшим пропавшего брата. Бёртон помог ему и в ходе последующего приключения, которое он уже решил озаглавить «Дело Капризного Каннибала», сумел выполнить задуманное. Теперь он сообщил результат лорду Пальмерстону:

— Я знаю, где находится Томас Кастро.

— Тот самый, чье имя заимствовал Претендент?

— Да.

— И где же?

Бёртон ответил. Брови у Пальмерстона не поползли вверх лишь потому, что он больше не мог шевелить ими.

— Вы должны поговорить с ним, — сказал он.

Королевский агент хмыкнул в знак согласия. Они поговорили еще минут сорок, потом премьер-министр посмотрел на стопку парламентских отчетов:

— А теперь я должен заняться политическими и экономическими вопросами, капитан. Вы свободны. — Бёртон встал. — Да, еще одно…

— Слушаю, сэр?

— В вашем отчете… эти Глаза Нага…

— Да?

— Существуют и другие черные алмазы. Я прав?

— Да, сэр, они существуют. Однако, похоже, только Глаза обладают теми странными свойствами, о которых говорил сэр Чарльз Бэббидж.

— Хм-м. — Бёртон направился к двери. — Погодите, — остановил его Пальмерстон. — Я… я хочу кое в чем признаться.

— Сэр?..

— Видите ли, Бёртон, я не был с вами до конца откровенен. Если помните, я сообщил вам, что костюм Джека-Попрыгунчика, то есть машина времени, уничтожен.

— А разве нет? — с наигранным удивлением спросил Бёртон, ибо никогда не верил в это.

— Нет, не уничтожен. Я хотел его испытать. Помните, что Оксфорд носил перед собой этакое круглое устройство?

— Да, сэр.

— Там внутри находится совершенно непостижимая машина. Для начала, в ней нет движущихся частей. Тем не менее мои люди сумели идентифицировать один компонент этой штуковины.

— И что же это?

— Они нашли семь встроенных маленьких черных камней.

— А не издают ли они низкое, еле слышное гудение, господин премьер-министр?

— Именно так: они тихо гудят, вы правы.

— Тогда, скорее всего, в некий момент будущего их вырезали из какого-то Глаза Нага.

Из кабинета Бёртона доносился быстрый звон и стук клинков. Это был combat à la Florentine:[96]Бёртон занимался фехтованием со своим слугой, Адмиралом Лордом Нельсоном; во второй руке они держали по длинному ножу для дополнительной защиты. Механический соперник заставил Бёртона отступить за один из трех столов. Королевский агент оказался на одной линии с книжным шкафом, и тут заводной человек «взорвался», внезапно изменив темп атаки и застав Бёртона врасплох. Это было обыкновенное классическое движение, но выполненное так точно и с такой скоростью, что королевский агент, растерявшись, неверно отбил удар, и его рапира отлетела далеко в сторону. Латунный человек продолжил балестрой — скачком вперед с выпадом — и attaque composée:[97]клинок легко обогнул нож, инстинктивно поднятый Бёртоном, и пробил его оборону прежде, чем знаменитый исследователь осознал, что произошло. Кончик рапиры, уколовший Бёртона в правое плечо, заставил его крякнуть.

— Великолепно! — восторженно воскликнул он. — Повтори-ка этот трюк: я хочу посмотреть, как ты держишь равновесие, когда взрываешься. К бою!

Поединок продолжился. Бёртон, тяжело дыша, парировал безостановочные удары заводного человека. Потом он отступил, перепрыгнув коврик у камина, избежал prise de fer[98]и попытался отжать рапиру противника в сторону. Тот скользнул своим оружием вниз, изогнул механическую руку и нанес удар. Бёртон парировал, но движение оказалось обманным. Латунный человек опять «взорвался», бросился вперед и произвел attaque composée: его клинок пронесся мимо клинка Бёртона, и кончик рапиры уперся в грудную кость королевского агента.