Читать книгу - "Охотник 7: Сердце Подземелья - Александр Робский"

тень тут же растворилась в пространстве, оставив Артёма в одиночестве.

«Понятно… была война Людей против Предтечей! И закончилась она тем, что Гильгамеш дал людям второй шанс, создав новый мир, а Предтечи, у — вы, канули в небытие. Остались лишь те, кто не может умереть… Истинно Бессмертные. Ну и жуткое же у них называние!»

— Теперь перейдём к самому интересному, — бросил Артём взгляд на книгу, — Значит, она откликается на кровь Предтеча… и она есть в моих жилах. Правда, не так много, как хотелось бы.

Артём достал из кобуры револьвер и обратил его в кинжал. Следом он порезал себе ладонь и положил её на книгу.

Растерев кровь по белоснежному листу, а следом, убрав ладонь, Артём увидел нечто странное. Кровь впиталась в пергамент, словно губка, а так же вернулся белоснежный оттенок. Даже пятна не осталось!

Нить «Жизни», без какого-либо приказа, сама залечила ладонь Артёма.

— И? — пригляделся Охотник к листку, — Дай мне ответ! Что именно произошло в «забытой эпохе»?

На листе бумаги вновь появилась лужа крови, которая обратилась в картину, на которой изображено двое мужчин и женщина. Их лица стерты, а по очертаниям видно, что они облачены в массивную броню.

Над картинкой появились надписи на языке «забытой эпохи»:

«Их было трое. Два брата и сестра. Они были рождены из его мыслей и крови, что и создали множество миров. Яхве — старший среди детей. Воплотил внутри себя истинное «Желание», но не смог обрести умение творца. Самюэль — средний среди детей. Воплотил внутри себя истинную «Волю», но не смог постичь мудрость угасающего времени. Персефона — самая младшая среди детей. Воплотила внутри себя истинный «Закон», но не смогла пойти против своего же слова.»

Картина изменилась. Теперь на ней изображено, как родичи зашли в какой — то огромный лес, а перед ними люди, которые стоят на коленях с опущенной головой.

«Что бы постичь то, что не дано им с рождения, они отправились в мир живых. В мир, где правит «Смерть», «Судьба» и «Время». И там они обнаружили не только животных и разного рода живность, но и разумных людей, что тут же склонили перед ними головы. Ведь эти трое сильно отличались от всего, что только могло видеть человечество на своём веку. Они выглядели как люди, но в тоже время они были иными. Это было видно невооружённым взглядом. Они нечто неописуемое и запретное. И в тот же день им дали новое имя — Бог! Им стали молиться, а так же почитать как «высших существ», что сошли с небес, дабы «благословить» всё человечество. Люди шли к Яхве, Самюэлю и Персефоне на поклон, а те даровали им истинное «желание», непоколебимую «волю» и «закон», что властвует над всем.»

Следом показалась картинка с человекоподобными Волками.

«Среди людей, кто истинно верил в Богов, появились «Вестники». Они воплощение молитв и подчинения. Они те, кто отдали ради Богов всё, получи взамен крупицу их силы. Вестники разошлись по всем человеческим мирам, неся на своих плечах «слово» своих Богов и их силу. И закончилось всё тем, что люди со всех миров отправились к Яхве, Самюэлю и Персефоне на поклон и дабы молиться в их честь. И всё ради «благословения».»

Теперь на картинке возникли Боги, но на сей раз, их нижняя часть лица не скрыта. И все они улыбаются, да так как зловеще, что в жилах стынет кровь.

«Место того, что бы постичь то, что было им не дано, Боги окунулись в пороки и начали наслаждать тем, что люди их почитают и делают ради них всё, что только можно вообразить в этой жизни… но всё изменил в один роковой момент. Среди людей появились те, кто отринул «благословение»! Те, кто явил внутри свой души самоцвет!»

На картинке возникло шесть человек. Правда, их лица смазаны, а форма тела практически идентична. Но вот на груди у каждого можно увидеть самоцвет с определённым цветом: багровый, чёрный, жёлтый, белый, синий и радужный.

«Они те, кто таился во мрак! Те, кто ждал своего часа очень давно! Первые среди Королей человеческого рода! Они истина, против которой Боги не сумели пойти. И началась вел… к…пддсдлпь….мдвддыдлпььалк….»

— А⁈ Чего⁈

Картинка размылась, как и слова, а следом из пергамента вышла кровь Артёма… только вот она вся чёрная, словно мазут.

— Эй — эй — эй — эй!!! А что дальше⁈

Прикоснувшись к своей крови, Артём тут же понял, что её словно осквернили или чем — то заразили.

— Оу… это всё из — за того, что во мне мало крови Предтеча⁈

Артём поднялся на ноги и подошёл к стеллажу, достав с полки новую книгу.

— Ладно, попробую заново. Может, что-то да получиться.

* * *

— Наконец — то ты вернулся! И… это что⁈…

Артём прошёл сквозь барьер, который сам и сотворил, и притащил с собой одну из книг, которыми уставлены все стеллажи.

— Аннабель, я хочу, что бы ты спрятала эту книгу внутри своего стола.

— Что ты узнал?.. — стал её голос холодным.

Артём положил книгу на пол, так как она чертовски тяжелая, а потом присмотрелся к глазам своей подруги.

— Ты чего — то боишься?

— Нет… просто хочу узнать ответ на мой вопрос.

— Ничего интересного, — слегка слукавил Артём, — Мне нужна полноценная кровь Предтеча. Если добуду её, вот тогда что-то да узнаю. А отдаю я тебе книгу, так как хочу проверить твои слова на прочность. Мы же с тобой друзья! И ты сделаешь всё, что бы мне помочь! Да?

— Э⁈… — не поняла Аннабель.

— Если книга чудесным образом исчезнет, то нас с тобой будет ждать очень хреновый разговор… ведь ты, как и Делюрг, знаешь язык «забытой эпохи». Верно?

Аннабель опустила взгляд и теперь молчит.

— Мы используем этот язык, что бы пользоваться моей силой… это то же самое, как все используют «Мироздание». Никто не знает язык Первых «Первородных», но на нём говорят, что бы использовать нити.

— Я поверю тебе, — поднял Артём альманах, — если ты сохранишь книгу. Такие условия.

Аннабель кивнула, а следом обратилась в чёрный стол и алый стул… наблюдать за этим чудом, порой просто пугает.

В столе открылся отсек, в котором лежит сумка Артема, заполненная провиантом для похода.

— Спасибо, Аннабель! — положил Охотник книгу в отсек.

Конечно же, Артём слукавил. Но в одном он не соврал. Он и правда, отдал книгу, чтобы проверить Аннабель на честность. Но в тоже время Охотник вырвал из других книг листы бумаги и попрятал