Читать книгу - "Боевой маг: Первый курс. Том 1 - Иван Иванович Донцов"

не дневной свет, а главное — она не чувствовала магию. Остановилась, проверила своё состояние, и опять — магии тут не было, всё тихо. Но свет лился вопреки всему.

Оставалось одно, то, что не могли чувствовать обычные разумные — Божественное Проявление.

— Ланка марк Нарн, не бойся, подойди ко мне... — раздался громоподобный голос.

Казалось, он звучал отовсюду и сразу в голове, а не ушах. Она встала на колени, опустила голову, задрожала от страха.

Боги вернулись, через больше, чем тысячу лет, Боги наконец то вернулись. И теперь они покарают своих детей за то, что те с ними сделали.

— Встань, иди ко мне, не бойся, Ланка марк Нарн, у нас много дел, мы не должны медлить.

Девушка поняла, вдруг всё встало на свои места.

Боги вернулись.

Они вернулись не чтобы карать.

Они решили говорить.

Говорить с ней.

Она поднялась и сделала твёрдый шаг в сторону Света.

Глава 1

Мне не хотелось просыпаться. Солнце уже запустило несколько лучиков в окно, и они светили прямо в лицо. Я изогнулся на кровати таким образом, чтобы свет не попадал в глаза. И вот когда только собирался вернуться в царство Айры, рядом раздалось:

— Вставай-вставай-вставай-вставай!

Веселый девичий крик заставил меня поморщился под одеялом. Лиска никогда не ценила то, что я люблю побыть один и подольше поспать. Хотя мы не раз с ней об этом говорили. Она внимательно слушала, гладила мою руку, а потом просто говорила — «не понимаю» и целовала в щёку да валила на шкуры у камина, начиная в шутку бороться.

Я вздрогнул, когда понял, что на меня что-то село или, лучше сказать, «кто-то». Лиска взгромоздилась сверху и уставилась в моё заспанное лицо, широко улыбаясь.

Очень стройная, сероглазая и беловолосая как все северяне, с красивым и правильным лицом. Стрижка короткая, всё как положено для носительницы дара Адона, хотя она давно не укорачивала причёску, волосы почти закрывают кончики ушей.

— Отстань, сегодня день свободы... (1) — я попытался перевернуться.

(1 — высокий слог.)

— Че-е-е-его-о-о-о?! — девушка насупилась от возмущения. — Я месяц провела в Анстуге а мой будущий муж даже не рад меня видеть?!

Я недовольно вскрикнул, когда она подпрыгнула на мне в возмущении, и понял, что «доспать» уже точно не получится. Широко зевнул и соврал:

— Я очень рад, Лис, прости, но вчера мать меня загоняла с мечом.

Врал, конечно.

Ни вчера, ни позавчера никто не гоняла меня с тренировками. Мы собирались отдыхать все три дня перед визитом имперского офицера и моим испытанием на владение магии. По закону любой гражданин Империи, обладающий определённым уровнем таланта к магическим искусствам, должен пройти специальное испытание. В чём оно заключалось я не знал, зато знала подруга матери — тётка Агла. Старая воительница, офицер прошедшая две войны и теперь не найдя себе покоя на пенсии, слоняющаяся по Империи в поисках одарённых. Ей давно уже было за сотню, но бабуля не собиралась сдаваться и уходить из армии. Последний раз она заходила к нам полгода назад и «обрадовала» что силёнок во мне она почти не чувствует. Есть какие-то слабые всплески, но и только.

Конечно же я расстроился. Ведь если бы оказался годен хоть на что-то в магическом плане —это гарантировало поступление в специальное учебное заведение. А значит, я мог рассчитывать покинуть Север и расстаться с Лиской. Мы не были пока парой, но я-то её знал и чувствовал — девушка меня обожает. Такого тепла я не помню ни от кого другого. Разве что от матери в те моменты, когда она не закрывается.

Я же к ней ничего кроме дружеских чувств не испытывал.

Ощущать настроения окружающих я начал год назад. Мать напрягалась из-за этого, потому что знала кто мог читать чужие эмоции — менталисты. Эти люди обычно очень ценились в Империи и за ними был усиленный надзор. Почти всегда менталисты служили в особой имперской страже и занимались расследованиями и допросом изменников. Могли читать мысли, и буквально выворачивать человека наизнанку, иногда даже сводить с ума. Мы сошлись на том, что моё слабое ощущение настроения лишь доказывает, что магических сил во мне не очень-то и много, волноваться не о чем.

Я резко привстал, схватил Лиску за талию запустив руки под меховую жилетку, навалился и перевернул её. Оказавшись сверху, торжественно заявил:

— Попалась!

Она смотрела на меня открыв рот, а молочная кожа на щеках девушки покрылась румянцем. Я вдруг понял, что никогда не проявлял такой инициативы, а тут мне просто хотелось... Хотелось... Да сам не знаю, что на меня нашло. И вообще это было смешно — я, недомаг, подмял под себя носительницу дара Адона. Но Лиска не вырывалась и смотрела на меня затаив дыхание.

Наклонился, спросил тихо:

— Ты чего?

Пахло от неё альтом — такой фрукт с далёкого юга. Похожий на мандарин, только он раз в пять больше обычного мандарина и содержит в себе несколько мандаринов. По вкусу они очень-очень сладкие, оторваться сложно. Как-то раз в столицу приезжал торговец и мать купила целый мешок альтов. Пахнет так от Лиски потому, что она носительница дара. Окружающие люди, к которым носитель дара настроен хорошо — чувствуют приятный для себя запах. Мать и Лиска говорят, что со мной это работает точно так же. Наверное, это нормально — мне хоть и не досталось никаких обычных «даров», но кровь севера есть кровь севера.

«Мандарин» — подумал я про себя в ступоре. — «Какой ещё мандарин?»

— Тош, мне понравилось, а можешь ещё раз так сделать? — тихо-тихо спросила Лиска.

Я заворожённо смотрел на неё и понимал, что странный фрукт с названием «мандарин» захватил всё моё сознание. Я вдруг ясно увидел этот самый мандарин — его кожура совершенно не такая как у альтов. Она обычно оранжевая, легко сдирается. Сам же фрукт похож внешне, но по вкусу совершенно другой. И я почему-то любил эти самые мандарины. Но как я мог их любить — если и фруктов таких никогда не видел и не знал, что они существуют?

— Тош, ты меня слышишь? — Лиска заволновалась.

Я встряхнул голову, улыбнулся и слез с неё, просто лёг рядом, отгоняя все ненужные мысли. Видимо приснилась какая-то ерунда, вот и засела в голове. Нужно не думать об этом и жить дальше.

Лиска осторожно обняла меня сбоку, я внутренне сжался.

Она очень