Читать книгу - "Скалолазка и мертвая вода - Олег Синицын"

Я знала, что уже на том свете. Зря, что ли, так спешила к свету по длинной темной шахте? Общеизвестный признак клинической смерти мозга.

Досадно, конечно. Веру не спасла. Утонула в катакомбах затопленной лаборатории. Самое обидное – никто так и не узнает, куда подевалась Алена Овчинникова. Не всплакнут сотрудницы архива, не помянут жгучим спиртом археологи, для которых я переводила надписи на скалах. Даже Леха Овчинников не провозгласит тост в одной из своих многочисленных компаний – за упокой души бывшей жены. «Стерва была порядочная, – сказал бы он, закусывая огурцом, – но по скалам лазала – на загляденье».

…Не все ладилось на том свете. Отчего-то жгло в груди, а горло извергло поток кашля.

Я открыла глаза и обомлела. Дизайн загробного мира явно изменился с тех пор, как им занимались Иероним Босх и Гюстав Доре.

Лежала на стальном монолитном полу. Ноги в воде – провалились в зев шахты и порядком окоченели. Я подтянула их. Впечатление такое, словно по ним проехали на тракторе – почти не чувствовала конечностей.

Возле меня на полу огромная лужа. Та самая вода, которой я вдоволь нахлебалась.

Все-таки не умерла! Иначе бы не было так мерзко в груди и на душе. Все-таки поднималась я не по упокойному туннелю, а по реальной шахте. В бессознательном состоянии вылетела из нее, и, как кит, фонтанировала водой, прочищая легкие.

Ай да Аленушка! Ай да я!

Подняла голову.

Помещение лаборатории придавил низкий стальной потолок. Столы, оборудование, компьютеры – все осталось в целости. Я решила, что комната находится ниже уровня озера, а вода сюда не попала, потому что входные двери герметично закупорены.

Сползла от шахты, от потревоженной пленки озерной воды. Зубы клацали, да и тело колотило прилично. Усталость навалилась такая, что не могла сесть. Тогда я подползла к какому-то столу, прислонилась к ножке и стала интенсивно растирать себя. Периодически сознание угасало – срабатывала какая-то защитная функция организма. Но когда открывала глаза, вновь принималась массировать мышцы.

Не знаю, сколько времени это продолжалось… Подняв веки в очередной раз, поняла, что могу встать.

Первое, что увидела, – высокий стеллаж, заполненный толстыми черными прутьями. Обойдя стол, на котором возвышался гигантский микроскоп, приблизилась к нему.

Графитовые стержни!..

Именно о них говорилось в отчете, обнаруженном мною в злосчастном самолете «Фалкон 2000». В нем я вычитала, что существует секретная лаборатория.

Как там было написано… Хм… «Опыты на насыщенных графитовых стержнях…»

Взяла один в руки. Тяжелый, длиной с метр. Перемазала ладони графитовыми чешуйками.

Зачем им потребовались графитовые стержни? В лаборатории проводились опыты с «мертвой водой». А может быть, и саму ее производили здесь… Для чего использовался графит?

В голове всплыла новая строчка из отчета. Вспыхнула, словно неоновая вывеска:

«Достигнута трансформация атомной решетки…»

Меня словно молния ударила. Стержень выпал из рук и раскололся на несколько кусков.

Химия не моя наука, но в школе сдала сей предмет на твердую четверку. Базовые знания отложились в голове, их хватило, чтобы составить из разрозненных кусков информации единую картину. Все так элементарно, Ватсон. Графит состоит из атомов углерода. Он весьма хрупок. Легко ломается, колется, расслаивается. Ненадежный материал, в отличие от… АЛМАЗА!

Драгоценного камня, который по твердости превосходит любые другие минералы. А ведь состоит из того же самого углерода. Только имеет другую атомную решетку, в которой все электроны связаны! Я тут же вспомнила камень, обнаруженный на дне лодки в селении Шате. Необработанный алмаз весом в двадцать карат, потом проданный мистеру Коэну.

«Достигнута трансформация атомной решетки…»

«Мертвая вода» способна трансформировать атомную структуру графита в прочнейший алмаз!

Меня сначала бросило в жар, потом в холод, ставший уже привычным спутником.

Кроме огромной взрывной силы произведенная американцами жидкость обладает невероятным свойством превращать графит в алмаз. Ух ты! Интересно, это побочный эффект или как?

С мокрых волос стекала вода, заливая лицо. Я нетерпеливо стряхивала ее.

Что же случилось в лодке? Почему на дне валялся алмаз? Кажется, начинаю понимать…

Том Кларк – человек в шляпе и в черных очках – проверил, является ли вода, которую он отобрал у меня, «мертвой». Всего лишь. Провел маленький опыт в походных условиях. Капнул на обломок графита и превратил его в алмаз. Так в лодке и забыл. Зачем ему мелочевка, когда он может соорудить булыжники в пятьдесят или даже в сто каратов!

Хотя нет, не может. Агент Ричардсон в самолете упоминал, что «мертвой воды» остались последние капли. Все правильно, ведь лаборатория по ее производству взорвана. Интересно, кем?

Я смотрела на упаковки графитовых стержней. В голове крутилась шальная мысль.

Здесь полно качественного графита. А там, наверху – последний кубик «мертвой воды». Чем больше и чище камень, тем выше его цена!

Я не допущу использования «мертвой воды» в милитаристских целях! Американские вояки не получат субстанцию. Уничтожу «черного льва». Как? Сделав себя миллионершей – вот как! Миллионерша-пацифистка! Это поступок! И это деньги!

У меня даже дыхание перехватило от радужных перспектив. Какое скалолазное снаряжение я приобрету – мирового класса!..

Стоп колеса…

Бесценный кубик-то утащил дражайший Глюк… тьфу, то есть Глюки. Чтобы сделаться миллионершей, сперва нужно найти этого оборванца. Только где он сейчас шляется?..

Где…

Я подняла глаза и уставилась на стену перед собой. На ней в красивой рамочке висела гравюра. Та самая. Сцена казни Ганеша. Бушующее пламя, два человека в огне. Рядом – член францисканского ордена инквизитор Мейфарт.

Подошла и сняла картинку с гвоздика.

Как связаны «мертвая вода», о которой говорится в легенде, и «мертвая вода», полученная спецами ЦРУ? Ответа нет. Почему химики, которые работали здесь, повесили на стену эту гравюру о Ганеше? Потому что мифическая «мертвая вода» была символом их работы по созданию уникальной жидкости? Или потому что с легендой связано название проекта?