Читать книгу - "Дети непогоды - Павел Марушкин"

Лишь спустя полчаса вся стая оказалась на земле. Волки моментально рассредоточились по двору, затаившись во мраке, — обычный человек, зайди он сюда, ничего бы не заметил.

— Значит, так, — отдышавшись, негромко заговорила Перегнида. — Стая! Слушай мою команду.

Одиннадцать пар тусклых зелёных огоньков зажглись в темноте.

— Задача следующая: вы отправляетесь в разведывательный рейд. Запахи тех, кого мы ищем, вы все знаете. Здесь ошибки быть не может. Поиск начнёте с того места, где вы их встретили и упустили. Если обнаружите более свежий след — идите по нему. Если потеряете след — прочёсывайте ближайшие районы. Я хочу знать все места, где они могли побывать. К утру все вы должны быть тут. Если меня, не будет — найдёте укрытие поблизости, дождётесь ночи и соберётесь вот у этого дерева. Это всё. Выполнять!

Волки бесшумными клубками хлынули из подворотни.

Перегнида закрыла глаза и с наслаждением втянула ноздрями ночной воздух. Она хорошо отдохнула днём, и спать ей совсем не хотелось. «Самое время потренироваться», — подумала ведьма. Помело подняло её наверх. На чердаке стоял густой запах псины.

— Точку дислоцирования пора менять, — буркнула себе под нос Перегнида, пнув ногой лязгнувшие копья.

Прислонив помело к стропилам, она встала в классическую начальную стойку для магического поединка: стопы параллельно, колени полусогнуты, руки с прижатыми к торсу локтями — на уровне груди. Правда, одна её нога была костяной примерно до середины бедра и не гнулась вовсе; это несколько портило общую картину. Слегка пошевелив пальцами, Перегнида ощутила в себе горячие токи Силы. Ну, теперь пора…

— Вир сом! Вир сум! Вир манат! — повинуясь резким быстрым взмахам рук, полетели в темноту заклятия.

В углах что-то задребезжало и застонало; посыпался мусор. Доски и балки корежились, сгнивали за считаные секунды, трескались по всей длине, покрывались плесенью или прорастали вдруг диковинными грибами. Ведьма наслаждалась. Одно за другим, одно за другим… Внезапно просела несущая балка. Чердак заволокло облако пыли; кровельное железо оглушительно заскрипело и загрохотало. В окнах соседних домов стал зажигаться свет. Чихая и кашляя, Перегнида кое-как оседлала помело, схватила поперёк брюха кота и, улюлюкая, стрелой вылетела сквозь чердачное окошко. Она успела вовремя — секунд через десять крыша окончательно рухнула. Вниз посыпались куски дерева и железа. «Неплохо я повеселилась», — подумала ведьма, с высоты птичьего полёта глядя на своё былое обиталище. На окраинах ночного города царила тьма, лишь кое-где светились прямоугольники окон; и только один двор был ярко освещен.

* * *

— Я одного не понимаю: неужели можно вот так вот взять и бросить всё — должность, университет, Бэбилон, наконец? Ну не укладывается это у меня в голове! И добро бы ещё он правил вашим племенем — так нет же, ты сам говоришь, что он только советует, да и то не всегда. Конечно, это может оказаться простым совпадением — мало ли на свете усатых старичков! Тем более что ваш Папа выглядит гораздо старше. Сколько ему лет, кстати?

— Не знаю, — Хлюпик почесал в затылке. — Много! Лет сто, наверное.

— Когда он появился у вас, ты, конечно, не помнишь…

— Я всегда считал, что он — один из наших…

— Нет, он точно не коренной смоукер… Хотя, как ты говоришь, и самый правильный. Интересно, интересно… Когда я разговаривал с ним, у меня возникло такое ощущение, что он бывший вавилонянин. Но чтобы тот самый Стаппер-Таккер — это просто поразительно!

— Да… А вот расшифровки этого самого ерундического письма мы так и не нашли.

— Гирудического, а не ерундического. От слова «гируда», то есть пиявка. Помнишь, там буковки такие… извивающиеся? Слушай, а почему тебя вообще так беспокоит эта книжка?

— Не то чтобы беспокоит… Просто мне кажется, там может оказаться что-то очень важное.

— Опять у тебя предчувствие было?

— Нет, — смутился Хлюпик. — Великий Табачный Дух Никоциант ко мне больше не являлся.

— Странно. — Иннот улыбнулся. — По-моему, ты столько смолишь, что он просто обязан тебя навещать время от времени.

— Может, дело в том, что глубокого смоука у меня последнее время не получается? Слишком много нового я каждый день узнаю — столько, что просто не могу вечером как следует сосредоточиться.

— Может быть… Кстати, как твоя звёздочка?

— Звёздочка? При мне, как всегда. А что?

— Просто Афинофоно очень встревожился, когда я рассказал, что ты вытворял на собрании «Резистанса». Он, оказывается, кое-кого там знает. Тесен Биг Бэби…

— А что его встревожило?

— Он говорит, что уж больно сильный у тебя медиатор. Практически такая штука может спалить что угодно. Ну и опять — мол, не пришлось бы расплачиваться…

— Слушай, он говорил, что энергия в медиатор вроде как откуда-то поступает. А можно как-нибудь узнать, откуда?

— Не знаю… Я слабо в этих вещах разбираюсь. Да и не всё ли равно? Есть сила — пользуйся… Кстати, по поводу всякой мистики: помнишь, я тебе рассказывал про то, как я бежал из города? И про Кашлюна?

— Это твой товарищ, которого…

— Да. Которого. — Иннот помолчал. — Я очень хочу разобраться с этим делом и отомстить за него. Но ты знаешь, что самое интересное? Я так и не смог найти тот дом, за которым мы наблюдали!

— А я считал, если уж кто и знает город, так это ты!

— Город я действительно знаю, и неплохо, тут ты прав, — Иннот задумчиво пощипал себя за бородавку. — Дело вот в чём: я без труда нашёл нужную улицу и нужный двор. Но дома там попросту нет!

— Как нет?

— А вот так! Я понимаю, если хотя бы пустырь остался; так там даже места под него не существует! Два соседних здания стоят почти вплотную, а между ними просто щель! Я, когда первый раз это увидел, чуть не свихнулся. Теперь, пожалуй, я готов поверить во все эти сказки о заколдованных кварталах!

— А ты с крыш не пробовал посмотреть?

— Пробовал! — сердито ответил Иннот. — Ничего! То есть как будто все дома вдруг сдвинулись и это место пропало!

— Да, странно… Слушай, а давай сходим туда вдвоём! Я буду спрашивать, а ты меня страховать, оки?

— Как скажешь, старина. Мы, кстати, уже почти пришли. Вот она, вилла «Сафари».

Резиденция Морберта располагалась в Лоск Бэ6и — одном из самых престижных районов Вавилона. Доходные дома здесь уступали место роскошным двух-и трёхэтажным коттеджам и особнякам. Тут жили не те, кто любит деньги, а те, кого любят они. «Сафари» пряталась за сравнительно невысокой, но очень толстой стеной, выкрашенной в цвет львиной шкуры. Ветви персиковых и гранатовых деревьев свешивались через неё. Впрочем, как не преминул отметить Иннот, среди них не имелось ни одной достаточно толстой, чтобы можно было ухватиться и перелезть по ту сторону. Ажурные кованые створки главных ворот вели в сад, с первого взгляда казавшийся сильно запущенным. Однако опытный глаз заметил бы, что запущенность эта весьма стильная, и, вероятно, стоившая хозяину не меньше, а то и поболе, чем самые изысканные цветники соседей. В саду никого не было; только в глубине, у входа в дом, мерцал неярким светом фонарь с разноцветными стёклами.