Читать книгу - "Маски. Иллюзия заблуждений - Алена Медведева"

Орино

С какими мыслями я искал ее, свою месту? С каким состоянием души приближался к моменту новой встречи? С чем, запечатленным где-то в глубине сердца, преодолел пространство и время?

Впрочем, тогда я не думал об этом. Миг смерти Регины словно стал поворотным щелчком, которым меня «выключило». До этого момента я все знал – догмы своего существования, его первостепенную важность для выживания моего вида, всегда понимал, к какой цели иду и каким путем. А после… Я потерялся! Перестал ощущать стремительность жизни, ее направление. Как будто исчез, выпал из нее, из времени. Перестал осознавать ее важность, свою значимость в великой задаче, поставленной перед представителями высшей ступени моим народом. Задачу спасения нашего мира! Верлинеи… А с ним и других миров нашей звездной системы.

«Какой смысл в изменении прошлого, если будущего все равно нет?» Сказал это не я, а мой далекий предок. Удивительно, но Тиравиас – вся боль и величие моего народа в одном имени – сотни лет назад предсказал гибель нашей звезды. И он первым заговорил о том, что много времени спустя было открыто и прочувствовано, – о водной матрице времени.

В своем времени он не нашел понимания, не снискал одобрения и веры в свои немыслимые теории среди представителей своего вида. Наоборот! Был гоним и презираем себе подобными. Не понят и осмеян. Мы, живущие лишь мыслями о выживании вида, жизнеспособности потомства, стремящиеся к одному – к гармоничному балансу воспроизводства, не могли постичь его взгляда на будущее.

Гений или сумасшедший? И спустя сотни лет не было ответа на этот вопрос.

Ощущая одиночество и отчужденность соплеменников, Тиравиас выбрал путь самопожертвования. Он прошел трансформацию на высшую ступень развития моего вида. Мог ли я сейчас понять его? Да!

Одиночество и борьба, обреченная на поражение, которая лишь оттягивает противоестественный нашей природе конец.

Он решил в уже довольно пожилом возрасте отправиться в бесславный разведывательный полет к соседней планете. Один из первых космических перелетов, что совершила моя цивилизация. Первые шаги на долгом пути борьбы за жизнь, за право сохраниться как виду, как культуре в целом.

Мало кто знал о его смерти, о последних годах его жизни – информация не сохранилась. Но все – каждый верлианец – знали о последствиях его безумия.

Земляне… Извечное разочарование и стыд моего народа.

Преодолевая водное пространство Земли прошлого, направляясь к той точке планеты, что была неподвластна моему влиянию, в поисках Регины, я думал о ее цивилизации.

Зачем он создал их? Этот нелепый вид эгоистов, неспособных отдавать свои жизни и силы ради будущего своего вида. Не чувствующих себя больше частью природы. Они всегда шли путем самоуничтожения… путем страстей и эмоций.

Мы видели это, именно так воспринимали их образ мышления и мироощущение.

Словно безвольные и глупые клорзы, так любимые нашими учеными в качестве лабораторного материала для экспериментов.

И я выполнял свой долг. При необходимости жил среди них, занимаясь важнейшей целью – поиском спасения для Верлинеи. Но кем были для меня земляне? Ни-кем… Бездумной, живущей простейшими инстинктами кучкой копошащихся насекомых.

Регина как-то упрекнула меня в том, что, живя среди них, я не удосужился воспринять их образ мыслей и ценностей. Понимала ли она всю нелепость этого упрека? Смогла бы сама снизойти до взаимопонимания с жителями земного муравейника? Тем более что эти муравьи были бы подвластны малейшему желанию ее сознания. Захотел – и они лавиной бежали бы вправо, подумал – и они массово кидались бы в воду, погибая по велению высшей воли, пришла охота развлечься – они бросались бы пожирать друг друга.

Нам было очень легко держать их в изоляции, в локальном и совершенно бессмысленном черно-белом мире Земли. Они вовсе и не были нужны этой планете! Они изначально были для нее чуждым – насильно добавленным – элементом. Привнесенным по нашей вине, нелепому недосмотру.

Тиравиас…

Все мы с детства знали, чем обернулось его одинокое времяпрепровождение на Земле в ожидании большого десанта колонистов с Верлинеи. Когда звездолет спустя три десятилетия по нашему летоисчислению вернулся на планету, она уже заселялась новым – созданным с правом на господство – видом! И поначалу это всех даже восхитило. Пока не пришло понимание предопределенности трагедии. Задумка не осуществилась – они не были нам братьями по духу. Их в последнюю очередь заботило гармоничное сосуществование их вида с живым миром планеты. Они могли только потреблять, не задумываясь о том, что губят все живое.

Так, запустив реакцию ее уничтожения, мы не могли не прийти на помощь Земле и не спасти ее от цивилизации, ведомой страстями к бездне.

Да, я мог развлекаться с ними. Причина была в изнуряющем одиночестве.

Мог даже позволить себе завести питомца. Питомицу. Тем более что она поразила своей уникальностью.

Даже в какой-то мере привязаться к ней, уделяя крохи внимания и заботы. Забавляться.

Как же уморительна была Регина в те месяцы, что мы провели на космической станции после возвращения с Верлинеи, мечтая о какой-то земной идее отношений. Об идиллии!