Читать книгу - "Практическая демонология - Елена Малиновская"

– Ты так говоришь, будто сам когда-то испытал это. – Ромуал посмотрел на меня с удивлением. – Откуда такая уверенность?

Я промолчал. Мое прошлое пусть останется только моим. Незачем первому встречному знать грязные секреты рода Сурина.

На какое-то время в кухне установилась тишина. Ромуал, так и не дождавшись ответа от меня, вновь уставился на столешницу, словно пытаясь пробуравить в ней взглядом дырку. Я задумчиво барабанил пальцами по белоснежной скатерти. Ну, с тайной успокоительного отвара разобрались. Осталось самое сложное – найти убийцу.

– Как ты относился к отцу Таши? – Собственный голос показался хриплым карканьем, когда я продолжил своеобразный допрос. – Он догадывался о чувствах, которые ты испытывал к сводной сестре?

– 'Не думаю, – криво усмехнулся Ромуал. – Райдик был себе на уме. Его интересовали только книги. Он умудрялся читать даже на ходу, когда шел из кабинета в обеденный зал. И за едой, и за бокалом крепкого вина не расставался с каким-нибудь потрепанным томиком. Словом, совершенно помешанный тип. Наверное, пытался так вызнать секрет былой власти знаменитого деда.

Я насторожился при последних словах собеседника. Так, а с этого места, пожалуйста, поподробнее.

– Ты говоришь о Северянине? – постаравшись придать лицу как можно более безразличное выражение, поинтересовался я. Получив утвердительный кивок в качестве ответа, с показным равнодушием обронил: – А я считал это деревенскими страшилками. Разве черные колдуны могут передавать такие знания по наследству?

– Но способность к магии ведь именно так передается, – слабо возразил Ромуал.

– Ты не понимаешь, – снисходительно улыбнулся я. – Одно дело – способности. Другое дело – готовая власть. Чтобы развить способности, необходимо очень много времени. В период совершенствования своих сил маг учится контролировать эмоции, сдерживать их, чтобы не навредить окружающим, к примеру, вспышкой случайной ярости. Любое знание – это изматывающий ежедневный труд. Только так можно понять ценность того, чем обладаешь по воле богов. А готовая власть… Все равно что ребенку дать обоюдоострый меч, наточенный до предела: или сам порежется, или товарищей по игре изувечит. Скорее всего – все вместе, и хорошо, если без смертей обойдется.

– Не буду спорить, – хмыкнул Ромуал и смерил меня внимательным взглядом с ног до головы. – Тебе лучше знать, барон Вулдиж из рода Сурина.

Я досадливо поморщился. Вот и открылся мой обман. Впрочем, я и не рассчитывал, что выдуманная история моего с Ташей знакомства продержится достаточно долго. И не жалко, все равно без применения магической силы будет тяжко разговорить родственников моей подопечной. А это мне жизненно необходимо, особенно сейчас, когда каждая секунда на счету. Плевать на правила хорошего тона. Конечно, это будет чудовищным нарушением законов Всеобщей Хартии Магов и гостеприимства. Ну ничего, главное – выжить. А с общественным порицанием я как-нибудь разберусь. И потом, тактика провокации, примененная по отношению к Ромуалу, вполне себя оправдала. Попробуем так же действовать и дальше.

Все эти мысли мелькнули в голове так быстро, что уложились как раз в промежуток между двумя ударами сердца. Я вальяжно откинулся на спинку стула и подвинул ближе посох, который очень кстати захватил из своей комнаты. Так, на всякий случай. После ночного визита демона я стал очень подозрительным, знаете ли.

– Давно догадался? – отрывисто кинул я.

– А кто еще, кроме некроманта, может подчинить другого человека взглядом? – невежливо вопросом на вопрос ответил Ромуал. – Широн рассказал мне ту сказку, которую ты поведал остальным. Если ты хотел сохранить свое инкогнито, то почему стал играть столь грубо?

– Кое-какие обстоятельства изменились, – уклончиво отозвался я, не вдаваясь в подробности своих ночных приключений.

– И что некромант забыл у меня в доме? – продолжил расспросы Ромуал. – Никак тоже на наследство Северянина позарился?

– Нет, – искренне рассмеялся я. – Я тут только из-за твоей сводной сестры.

Ромуал набычился, сжал кулаки и наклонился ко мне.

– Не смей трогать ее! – гневно выдохнул он. – Я не дам ее в обиду!

– Угу, – бестактно ухмыльнулся я. – Не дашь в обиду. Только превратишь в подобие мычащего животного и насиловать будешь каждую свободную минуту. Это же так, не всерьез. По-родственному, можно сказать.

Ромуал едва удержался от того, чтобы не вскочить и не ударить меня. Точнее – это я его удержал взглядом. Раз уж легенда лопнула мыльным пузырем, то ни к чему разводить болтологию.

Я сжал набалдашник посоха, щедро черпая из него энергию, и холодно посмотрел на Ромуала, который безуспешно пытался оказать мне хоть какое-то сопротивление.

– Это ты убил Райдика? – сухо спросил я, наблюдая, как мужчина корчится на стуле, пытаясь встать, но не имея на это сил. – Отвечай!

– Он сам погиб. – В горле мужчины что-то страшно клокотало, как будто он вот-вот должен был захлебнуться в лающем кашле. – Свалился с лестницы.

– Ты этому веришь?

– Нет, – выдохнул Ромуал. – Там было что-то. В воздухе вокруг тела. Что-то странное. И пугающее. Райдик два часа лежал мертвый около лестницы, пока слуга не набрался смелости и не оттащил его в комнату.

– Ты имеешь отношение к его смерти? – резко подался я вперед.

– Нет, говорю же, нет, – простонал Ромуал. – Меня вообще не было в ту ночь дома. Хотя я обрадовался, когда он умер. Поскольку думал, что Райдик все отпишет любимой доченьке. А я бы нашел способ заставить ее поделиться со мной.

Определенно, от этого типа меня начинало тошнить. Я впервые видел настолько омерзительную душу, по какой-то прихоти богов заключенную в человеческое тело. В облике гигантского слизняка или мокрицы Ромуал смотрелся бы более уместно.

– У тебя есть подозрения, кто бы это мог сделать? – Я продолжил допрос, решив не отвлекаться на собственные ощущения.

– Разве только Дирон, – пожал плечами Ромуал. – Мальчишка всегда грезил о том, как раздобудет дневники прадеда и станет всемогущим черным колдуном.

Дирон, опять он. Ну почему все ниточки ведут к нему? Честное слово, мне было бы очень неприятно допрашивать родного брата Таши с применением тех же средств, которые я использовал против Ромуала. Слишком уж Дирон напоминал меня в его годы. Пока я не получил несколько очень жестоких уроков от жизни.

Пожалуй, на этом наш разговор можно было завершить. Я не сумел удержаться от искушения и в последний раз сжал невидимую руку вокруг шеи мерзавца, сидящего напротив, хорошенько его встряхнул и отпустил. Такое чувство, будто в чане с нечистотами выкупался.

Ромуал изнеможенно осел на стуле. Какое-то время хрипло порывисто дышал, приходя в себя после жестокой встряски. Но вдруг резко успокоился и умоляюще сложил перед собой руки, глядя мне в переносицу. Правильно, вряд ли он когда-нибудь рискнет по доброй воле взглянуть мне в глаза.