Читать книгу - "Практическая демонология - Елена Малиновская"

Но особенно меня заинтересовала загадочная фраза в самом конце страницы, написанная наспех и коряво: «В зеркале все наоборот. Если демон появляется из зеркала, то можно его при помощи оного и побороть». Больше ничего интересного в тетради не обнаружилось. На всякий случай я еще раз пролистал ее с самого начала и до конца, даже подержал листы над пламенем свечи, надеясь, что это поможет проявить какие-нибудь тайные записи. Пустое. Только от излишнего усердия немного почернели края рукописи.

Я досадливо захлопнул тетрадь и раздраженно отодвинул ее подальше. Ну, и что прикажите с таким гениальным откровением делать? При помощи зеркала можно побороть демона, видите ли. А каким именно способом – написать совсем лениво было? Я не провидец, чтобы догадаться, что именно Северянин имел в виду. Надо ли зеркалом ударить по голове демона, или заставить его скорчить рожу своему отражению, или… Да мало ли! При особо буйном воображении можно столько всего напридумывать, что аж дух захватывает. Только вряд ли мне это поможет. В поединке с демоном, если, не приведи Светлый Бог до этого дойдет, в самом лучшем случае у меня будет время лишь на один удар. И то если очень повезет. Обычно схватки между слугой Темного Бога и смертным заканчиваются, не успев начаться толком. Не нам с ними тягаться в скорости реакции, выносливости и кровожадности. Демон убьет меня, не моргнув и глазом. Просто отмахнется, как от надоедливой мухи, и все будет закончено. Другое дело, если бы в рукописи я нашел прямой ответ. Мол, возьмите зеркало, разбейте его и осколок вонзите под третье ребро противника. Конечно, даже в этом случае я бы вряд ли победил, но хоть мизерный шанс на удачу у меня все же появился бы.

Я с затаенной злостью стукнул кулаком по столу и невидящим взором уставился в окно. Там уже вовсю пели птицы, приветствуя приход нового дня. Боюсь, если дело не сдвинется с мертвой точки, – последнего в моей жизни.

С головой погрузившись в черное отчаяние, я не сразу услышал, как кто-то тихонечко постучал в дверь. Впрочем, стук сразу же повторился, более громко и настойчиво.

– Войдите, – хмуро буркнул я, не удосужившись обернуться или взять в руки посох.

К чему смешные меры предосторожности, если жить осталось считанные часы?

– Доброе утро, – раздался за спиной знакомый голос, при звуках которого я подскочил в кресле и со сдавленным рычанием обернулся.

На пороге стояла целая и невредимая Таша, которая, по всей видимости, чувствовала себя просто отлично. Легкое ситцевое платьице веселой голубой расцветки ладно облегало ее фигуру, тщательно расчесанные волосы густой волной лежали на плечах, а на лице сияла довольная улыбка.

– Ты?! – прошипел я, ощущая непонятную смесь облегчения и злости.

– Я, – немного удивленно подтвердила Таша, заходя в комнату и плотно прикрывая за собой дверь.

Я до крови закусил губу, борясь с невыносимым желанием задать хорошенькую трепку несносной девице. Вот прямо сейчас как следует отшлепать ее ремнем, да так, чтобы сидеть неделю после экзекуции не могла. И я, несомненно, сделал бы это, наплевав на все нормы приличия и благопристойного поведения. Только одно соображение меня остановило: Таша после такого поступка вполне может выгнать меня из дома, а следовательно, я лишусь даже слабой надежды на раскрытие дела и спасения себя от мести Северянина.

– У тебя очень странный взгляд, – простодушно заметила девушка, благоразумно не подходя ближе. – Что-то случилось?

Я закатил глаза и глубоко задышал, пытаясь справиться с приступом бешенства. Не стоит, Вулдиж, успокойся. Это обычная глупая девчонка, которая совсем недавно играла в куклы. Ты же не хочешь напугать ее до полусмерти вспышкой ярости? Незачем ей видеть тебя в подобном состоянии.

– Где… ты… была? – процедил я, делая паузу после каждого слова и пытаясь не сорваться на крик.

– Я проснулась, увидела, что тебя нет, и решила перебраться в свою комнату. – Таша лгала, глядя мне прямо в глаза, и не краснела при этом. Я с силой вцепился в подлокотники кресла, пытаясь не вскочить с места и не надавать гадкой девчонке оплеух. Когда мужчина поднимает руку на женщину – он прежде всего унижает себя. Не будем опускаться до такой низости. Хотя руки чешутся, и чешутся сильно.

– Ты врешь. – Только боги знали, каких трудов мне стоило говорить спокойно. Неладное можно было заподозрить лишь по слишком отрывистым фразам. Но Таша не знала меня настолько хорошо, чтобы понять, какая буря на самом деле бушевала в душе. – Я заходил к тебе в комнату. Там никого не было.

– Заходил? – Похоже, мне все же удалось вывести девушку из состояния равновесия, поскольку она явно занервничала. – Это невозможно! Она была заперта.

Вместо ответа я медленно растянул губы в подобие улыбки. Наверное, со стороны это выглядело несколько пугающе, поскольку Таша вздрогнула и отступила назад. Нет, юная леди, на этот раз я не позволю вам просто удалиться. Пришло время осознать, что за любое свое действие надо уметь держать ответ.

Я щелкнул пальцами, и засов на двери сам собой задвинулся, плотно войдя в паз. Теперь девушке придется сильно постараться, чтобы выйти из комнаты без моей помощи. А я ее не намерен оказывать, пока не узнаю всю правду о ночных похождениях моей подопечной.

Таша испуганно оглянулась на лязгающий звук, потом с нескрываемым ужасом посмотрела на меня. Поняла, наверное, что в этот раз со своими шалостями она немного переборщила.

– Теперь понятно, как я вошел к тебе? – поинтересовался я, холодно разглядывая смущенную девушку. – Повторяю свой вопрос: где ты была все это время?

– Я гуляла, – запинаясь, выдавила из себя Таша. – Мне показалось, что во дворе мяукает котенок. Вот и вышла проверить.

Упорная ложь девушки начала меня серьезно утомлять. Я потянулся и встал с кресла, не сводя пристального взгляда с Таши. Затем сделал шаг ей навстречу.

Девушка попятилась, но почти сразу уперлась спиной в дверь и была вынуждена остановиться.

– Говоришь, котенок мяукал? – Таша немного расслабилась, услышав мой негромкий и размеренный голос.

А зря. Любой хоть немного знакомый с родом Сурина на ее месте, наоборот, заволновался бы стократ сильнее. Особенность такая у нашего семейства – чем большую ярость мы испытываем, тем тише ведем беседу. Просто удивительно, что я еще не перешел на шепот.

Я глубоко вздохнул, едва не захлебнувшись в очередной раз от бешенства, и чуть слышно осведомился:

– И как успехи? Отыскала несчастное животное?

– Нет, – осмелев, улыбнулась девушка. – Наверное, послышалось.

– Послышалось, значит, – повторил я, потом исподлобья внимательно взглянул на Ташу, позволив злости отразиться в моих зрачках. – Юная леди, вам в детстве никогда не говорили, что обманывать взрослых нехорошо?

Девушка улыбнулась еще шире, видимо решив, что опасность миновала, раз я разговариваю так спокойно. Но уже через миг, встретившись с моим взором, побелела от ужаса, сравнившись оттенком кожи с цветом погребального савана. Я жестокосердно продолжал смотреть прямо на нее, не позволяя отвести глаза. Интересно, долго ли она сумеет продержаться? Проклятье Темного Бога даровало роду Сурина не только власть над неупокоенными созданиями, но и способность на какой-то миг заглянуть в душу еще живого человека.