Читать книгу - "Маг-новобранец - Людмила Горбенко"

– Холл, каминный зал, спальни первого курса, спальни второго курса, библиотека… Э, да здесь ничего нет от наружных ворот!

– Все равно там охрана,– тоскливо напомнил Филипп, переминаясь с ноги на ногу.

– Логично,– согласился Хендрик, вручая свечу слуге, чтобы освободить руки. Отодвинув край любимого пухового платка коменданта, он извлек из его недр бутыль, медленно вытащил зубами пробку и признался:

– С утра мечтал попробовать. Можно сказать, давным-давно. Мм! Вкуснотища, а не бальзам! Лечился бы и лечился! Будешь?

Слуга замотал головой. Его рыжие брови поползли на лоб, а желтые глаза наполнились таким ужасом, что Хендрик понял – тревога, хозяин комнаты просыпается.

Схватив Филиппа за рукав, он вытолкнул его в коридор и успел прикрыть за собой двери буквально за секунду до того, как комендант открыл глаза.

Рассеянно обведя взглядом комнату, старичок прижал к себе ключи, нащупал укрытые платком бутылки и снова уснул. Ночные посетители остались необнаруженными.

Необнаруженной осталась также мелкая пропажа. Маленький холщовый кошелек, который комендант специально завел для хранения выручки от доставки продуктов по заказу, с тихим звяканьем свалился с тумбочки на пол. Упав, он не остался лежать на досках, как положено порядочному кошельку, а бесследно растворился, просочившись сквозь дерево с такой легкостью, словно это был жидкий кисель.

Стремясь как можно быстрее оказаться подальше от комнаты коменданта, Филипп и Хендрик буквально взлетели вверх по аварийной лестнице с обломанными ступеньками и остановились только в неосвещенном коридоре, отдышаться. Здесь было так сыро, что свеча начала громко потрескивать и плеваться воском. Филипп беспокойно заерзал у стены и признался:

– Мне плохо, пан Хендрик!

– Господи, опять! С чего теперь?

– Не знаю. Голова кружится, какой-то туман перед глазами и тошнит немного…

Уже знакомый с последствиями недомоганий своего слуги Хендрик немедленно отодвинулся, и тут же рядом с ним тело Филиппа икнуло и тяжело осело на пол.

Хендрик досадливо сплюнул, оглянулся и встретился взглядом с прозрачными глазами существа, ранее никогда им не виденного.

Призрак Башни весело отсалютовал бестелесной рукой и сказал:

– Привет! А я все видел и расскажу про вас Ректору!

Единственное, что остановило Хендрика от громкого вопля,– весьма кстати всплывшие в памяти нудные наставления Оскара. Стараясь обучить племянника политесу, дипломат проел ему все мозги, повторяя одно и то же: нужно уметь находить с людьми общий язык. Даже если они ябеды, негодяи, трусы или дураки.

«Даже если их видно насквозь в буквальном смысле слова, так как они давно умерли или никогда не жили»,– мысленно продолжил Хендрик и не посрамил дядюшку.

Налаживание диалога с призраком оказалась делом непростым – очень уж жутко выглядели в темноте оскаленный рот и кровавые глаза. Поэтому Хендрик начал с малого: сначала встал с пола, отряхнул мантию, потом медленно перевел взгляд в сторону бледного колышущегося пятна, а потом…

Честно говоря, призрак сам был виноват.

Бросаться на человека, который как раз налаживает с тобой дипломатический контакт,– рискованный поступок. Особенно если он еще начинающий дипломат, которого учил другой дипломат, которого вообще никто не учил. Спрашивается: уместно ли в такой ситуации трясти перед носом собеседника кровавыми тряпками?

Хендрик сам не понял, как это у него получилось, но спустя секунду призрак был накрыт колпаком и надежно припечатан к полу весом мускулистого Хендрикового тела. Из-под шелкового обода бывшего колпака рискнул было выползти обрывок цепи, но был немедленно раздавлен носком сапога.

– Куда? – злорадно осведомился Хендрик.

– Пусти-и! – взвизгнули из-под ноги.

– Ни за что! – отрезал Хендрик, пытаясь поднять с пола бездыханного слугу и не сойти при этом с места.– Ты зачем нас пугал, пакость такая? Головной убор из-за тебя испортить пришлось!

– Ну пусти-и! – заныл призрак, жалобно скребясь в стенки раздавленного колпака.– Я же бестелесный, все равно просочусь!

– Я тебе просочусь! – погрозил Хендрик кулаком шевелящемуся черному блину.– Обморок Филиппа – твоих ручонок дело?

– Ну, да,– после небольшой заминки согласились снизу.– А что? Это была шутка.

– Считай, этими словами ты подписал себе смертный приговор,– тихо сообщил Хендрик, двумя пальцами поднимая остатки колпака и вытряхивая из его недр помятый кусок белесого тумана.

– Ой-ой-ой! – презрительно скривилась фигура, сворачиваясь штопором.– Я прямо таю от ужаса! Не пугай того, кто сам всех пугает! Мальчишка! Маг недоделанный!

Худшего оскорбления для Хендрика придумать было нельзя – он бросил тело слуги в угол и молча пошел на таран. Призрак слишком поздно осознал глубину своей ошибки – он был избит, истоптан, пришиблен и полностью деморализован. Ведь тот факт, что призраки есть существа бестелесные, не играет никакой роли, когда в бой идет разъяренное создание, именуемое «человек обиженный».

– Получи! Еще! И еще! Что же ты отворачиваешься? Зачем прячешь от меня свои прекрасные кровавые глазки? Получи в глазки! А это что у нас такое? Неужели носик? Получи в носик!

Плоская как блин тушка призрака тихо сползла вниз, оставляя в воздухе влажные туманные следы. Несчастная жертва отмщения хотела проскользнуть сквозь щербатые доски, но была остановлена грозным окриком:

– Стоять!

С перепугу призраку почти удалось принять первоначальный облик. Если не считать того, что синяки и кровоподтеки сейчас смотрелись гораздо реалистичнее.

– Вот что я тебе скажу, шутник,– рявкнул Хендрик, тыча свечой в то место, где предположительно находился заплывший глаз Призрака Башни.– Засучивай свои кровавые рукава и приводи моего слугу в сознание! Иначе я окончательно вытрясу твою бестелесную душонку! Я маг! Всесильный колдун! Понял?

– Да понял я, понял…

Призрак обиженно скривился и скрутил правую руку на манер прачки, выжимающей мокрую простыню. Прозрачные капли забарабанили по лицу бездыханного Филиппа, настойчиво метя в приоткрытый рот. Судя по тому, что спустя секунду тело слуги зашевелилось и предприняло попытку убежать, даже не встав на ноги, средство было сильным.

Открывший глаза Филипп первым делом стукнулся головой о стену. Потом потер ушибленную макушку, оглянулся по сторонам и спросил тревожно:

– Где он?

– Кто? – неестественно равнодушно переспросил Хендрик, провожая взглядом улепетывающего по дальнему коридору призрака.

– Такой синеватый парень с окровавленным ртом и костями.

– Успокойся, Филька, и больше не пей всякую гадость. Тебе почудилось. Давай в нашу комнату, а то уже поздно.

– Но я его своими глазами…