Читать книгу - "Прейскурант на победу - Валерий Самохин"

Москва. 15 апреля. 2009 год

Президент США Кондолиза Райс прибыла с визитом в столицу нашей Родины…

«Первый канал», Россия

* * *

Петербург. 14 октября. 1897 год. Резиденция торгового дома «Черников и сын»

В конторе торгового дома царил переполох: после месячного отсутствия десятичасовым скорым прибывал шеф. Наводился марафет, сотрудники лихорадочно дописывали отчеты, и даже всеобщая любимица – неизвестно откуда приблудившаяся кошка – не путалась, как обычно, под ногами, а спокойно лежала у входа: ждала.

Маньке Облигации – непонятное прозвище дал лично шеф – беспокоиться было не о чем: во вверенном ей хозяйстве мышей не наблюдалось. Крысы были не в ее епархии – за них отвечало ведомство Ерофеева.

Первая красавица концерна (после Юлии Васильевны, естественно!), помощник старшего бухгалтера Мария Кшиштовская резала мелкими дольками лимон и укладывала на блюдо вокруг бокала с коньяком – любимого шефом напитка шустовского производства. В общем, все как обычно. В любой конторе любой эпохи…

– Федор, ты отчет по французским казначейкам не видел? – В приемную забежал вечно куда-то спешащий Хвостов. – Нигде найти не могу.

– Это таксист спер, – с самой серьезной миной, на какую только был способен, ответил молодой помощник главы концерна. – Мне его рожа сразу не понравилась.

Оба радостно заржали – шутка была в ходу уже второй месяц и пока еще не приелась. Хотя, кто такой таксист, ни тот ни другой не знали. У шефа спрашивать было бесполезно: либо еще более непонятно отшутится, либо, если попадешь под горячую руку, узнаешь какое-нибудь новое выражение.

– Надо в кабинете посмотреть у Дениса Ивановича. Могли на стол положить…

Договорить Федьке не дали. В открытую дверь заглянула Мария и радостно сообщила:

– Едут!

После рейдерского захвата «Каспийского» добавилось множество хлопот. Переговоры с банкирским домом Ротшильдов о выкупе у них оставшегося пакета акций и принадлежащей им же транспортной компании «Мазут» были пока безуспешными – слишком высокую цену запросили их владельцы за ненужные им, в общем-то, теперь активы.

Следовало провести полную ревизию в Баку, для чего туда и выехал месяц назад Денис. Главной проблемой было отсутствие кадров – и в Петербурге, и в новых владениях на ключевые посты требовались свои люди, но взять их было неоткуда. Времени и сил катастрофически не хватало, поэтому все дальнейшие активные действия были перенесены на неопределенный срок.

Растроганный теплой встречей своих сотрудников, – мелочь, а приятно! – Денис залихватски опустошил коньячный бокал, но к лимону не притронулся: закусил сахарными устами красавицы бухгалтера. Благо Юлька не видела. Долгих церемоний разводить не стал и сразу же проследовал в свой кабинет.

– Докладывайте, орлы, – взял он с места в карьер. – Что вы тут без меня натворили?

Оперативку проводили в усеченном составе: Ерофеев остался в Баку, штабс-капитан также отсутствовал.

– Все в полном порядке, шеф, – первым начал отчитываться Хвостов. – Даже лопата не сломалась.

Денис хмыкнул: если анекдоты цитируют, что же дальше будет, с его несдержанным языком?

– Специалиста по внешним рынкам подобрали?

В кабинет вплыла, соблазнительно покачивая бедрами, помощник старшего бухгалтера. Она молча поставила на стол перед шефом чашку с горячим кофе, на секунду прижавшись к нему упругой девичью грудью. Не произнеся ни единого слова, девушка кокетливо стрельнула синей молнией красивых глаз и бесшумно удалилась.

Первым пришел в себя Федька:

– Исайя Либман, сын нашего биржевого маклера. Специализируется по международному праву во внешнеэкономической деятельности и государственных долговых обязательствах. Проходил стажировку в банкирском доме Варбургов. Знает французский, английский и немецкий языки.

Произнеся без малейшей запинки столь длинную речь, к тому же изобилующую сложными терминами, он с гордым видом оглядел собеседников.

– У нас новый сотрудник?

Перед взором до сих пор стояла походка профессиональной танцовщицы, и Денис на минуту отвлекся от делового разговора.

– Я же объяснил! – недоуменно уставился на шефа Федька.

– Это я про девушку спрашиваю.