Читать книгу - "Охота на нечисть - Елена Малиновская"

– Одевайся.

Я тяжело вздохнула, разглядывая предложенные вещи. Однако предусмотрительный приятель мне достался. Неужто все-таки успел стащить из комнаты в трактире пару предметов моего интимного гардероба? Ничего не скажешь, шустрый малый.

Шерьян помолчал немного и добавил зловещим шепотом:

– Но учти: упадешь в обморок – к кровати веревками освященными привяжу. Чтоб уж наверняка не сбежала.

– Как заманчиво это звучит. – Я кокетливо хохотнула. – Шерьян, ты меня смущаешь. Что о тебе подумают окружающие, когда узнают, какие вещи ты творишь в своем доме с беззащитными девушками?

К моему величайшему удивлению, храмовник шутки не оценил и не поддержал. Он почему-то отвел взгляд и что-то чуть слышно пробормотал себе под нос. Я уловила лишь одно слово, которое явно доказывало, что Шерьян прекрасно владел орочьим языком в плане ругательств. Ну и как прикажете понимать настолько странное поведение?

Храмовник великодушно отвернулся, когда я с кряхтением и тяжкими вздохами принялась натягивать на себя предложенную одежду. Потом буквально рухнула на кровать, пытаясь отдышаться после поистине героического труда.

– По-моему, ты зря задумала все это. – Шерьян недовольно покачал головой. Подошел ближе и присел на краешек постели, без малейшего стеснения уставившись на мою грудь, которая виднелась в распущенной шнуровке длинной рубахи.

– Не смотри! – возмутилась я, одной рукой стягивая ворот. – Что за дурная привычка – глазеть куда ни попадя? В прошлом году ты более воспитанным был.

– Глупая ты, – нисколько не обидевшись, рассмеялся Шерьян. – Я все равно при всем своем горячем желании из-за бинтов ничего не увижу. Просто проверяю, не сбила ли ты повязку, когда одевалась.

– Понятно, – недоверчиво проворчала я. – Могу ли я теперь прогуляться вокруг дома? Искупаться в озере?

– Впервые вижу кошку, которая так любит купаться, – сделал неловкую попытку пошутить Шерьян, но тут же продолжил более серьезно: – Боюсь, в таком состоянии ты скорее на корм водяному пойдешь. Но пару ведер воды я тебе обеспечу. В купальне на берегу.

Понятное дело, храмовник даже не подумал помочь мне добраться до той самой загадочной купальни. Он с кривой усмешкой наблюдал, как я в буквальном смысле слова ползла к выходу из дома, отчаянно цепляясь за стены, чтобы не упасть. Видимо, надеялся, что я все-таки сдамся и предпочту вернуться в кровать. Что же, в таком случае он не на ту напал. Метаморфы всегда идут до последнего!

– Да уж, – пробормотал храмовник, поймав мою шальную мысль. – Ты уже продемонстрировала это Правда, мне всегда казалось, что у метаморфов сильно развит инстинкт самосохранения. А у тебя он, по-моему, напрочь отсутствует.

Я не удержалась и показала гнусному типу язык. Затем навалилась всем телом, открывая тяжелую входную дверь. И в восхищении замерла на пороге.

Как я и предполагала, дом стоял у самого берега озера, заросшего высокой осокой. Ровная утоптанная дорожка, причудливо виляя, спускалась по пологому склону и обрывалась у покосившейся от старости купальни. Безмятежно ровная гладь маленького лесного водоема искрилась солнечными бликами. В кронах сосен над головой оглушительно пели птицы, наслаждаясь краткими часами утренней прохлады. Да изредка раздавался плеск, когда резвящаяся рыба шумно била по поверхности воды хвостом.

Чувствуя себя немощной старушкой, я осторожно проковыляла к купальне, которая, по сути, представляла из себя навес над водой, с трех сторон отгороженный стенами от любопытных глаз. Там устало присела на лавку, сама поразившись своей силе духа. Надо же – дошла, сама дошла!

Шерьян тем временем принес мне целое ведро воды и вручил ржавый ковшик.

– Тебя раздеть или сама справишься? – спросил храмовник, лукаво подмигнув.

– Сама справлюсь, – отозвалась я. Шерьян постоял рядом еще немного, будто собираясь что-то добавить, но потом все же вышел. А я осталась наедине с озером, лесом, который шелестел листвой над моей головой, и сладким ароматом крупных желтых кувшинок, важно плавающих у самых мостиков.

Вдоволь наплескавшись, я быстро натянула на себя рубаху и штаны и покинула гостеприимную купальню. В животе у меня урчало от голода. Кажется, я сейчас целого барана в одиночку схомячу.

Но при выходе из купальни я наткнулась на Шерьяна. Тот терпеливо дожидался меня, удобно расположившись на траве.

– Повязку, как я понимаю, ты намочила. – Приятель немедля обвиняюще ткнул в меня пальцем. – Тефна, шрам первое время лучше сухим держать.

– Предупреждать надо, – беззлобно огрызнулась я.

– Я начинаю думать, что тебе нравится процесс перевязки. – Шерьян тяжело вздохнул и встал. – Пошли, горе луковое. Бинты поменяю и завтраком тебя накормлю.

В комнате Шерьян первым делом потянулся снять с меня рубаху, за что сразу получил по рукам.

– Я сама! – обиженно провозгласила я. – Нечего невинную девицу лапать.

– Пожалуйста. – Шерьян улыбнулся и вручил мне банку с уже знакомой желтой мазью. – Только учти, что ее втирать надо.

Я чуть слышно охнула при этих словах. Затем с опаской покосилась на ядовитую субстанцию. Уже предчувствую, как кожа гореть будет.

Шерьян прислонился к дверному косяку, видимо предвкушая небывалое зрелище. Я злобно зыркнула на него из-под длинной челки, решительно повернулась спиной и стащила рубаху. Затем уже гораздо менее решительно разрезала мокрую повязку ножичком, который лежал на прикроватном столике. И совсем неуверенно ткнула в шрам пальцем, вымазанным лечебным снадобьем.

Тишину утра разорвал мой отчаянный крик. Так больно, пожалуй, даже вчера не было.

– У меня от твоих выходок когда-нибудь разрыв сердца случится, – недовольно пробурчал Шерьян. – Что же ты орешь, будто тебя режут? Хорошо, что хозяин дома – Иркший – в деревню ушел.

– Тебе легко говорить, – проныла я, смахивая выступившие на глазах слезы.

– Ладно, Тефна, давай помогу. – Шерьян подошел ближе и решительно отобрал у меня банку. – Потому как сама ты шрам нормально не обработаешь.

– Опять куда не надо глазеть будешь? – с опаской поинтересовалась я, судорожно прикрыв обнаженную грудь рубахой.

– Я зажмурюсь, – уведомил меня Шерьян и тут же крепко закрыл глаза в подтверждение своего обещания.

Храмовник щедро зачерпнул горстью мазь и на удивление точно провел пальцами прямо по шраму. Я закусила губу, сдерживая очередной крик.

– Но повязку на ощупь я при всем желании не наложу. – Шерьян открыл глаза и с явным удовольствием внимательно осмотрел результат своих трудов.

– Гад ты, – уныло прошептала я, смирившись со своей незавидной участью, – Если мой отец об этом узнает – точно тебя на мне жениться заставит.

– А мы ему не скажем, – Шерьян расплылся в такой довольной улыбке, что мне нестерпимо захотелось треснуть его по лбу.