Читать книгу - "Альфа Джакс - Си Джей Праймер"

Кто бы там ни был, он даже не смотрит в мою сторону, когда я выхожу на поле и направляюсь к нему. По мере приближения я начинаю различать силуэт в темноте — это девушка с тёмными волосами. Я останавливаюсь рядом с ней, глядя вниз.

Да какого…

— Куинн? — я с любопытством смотрю на неё сверху вниз, моргая, когда её глаза встречаются с моими. — Какого хрена ты тут делаешь?

По её красивому лицу медленно расползается улыбка, волосы разметались вокруг головы по траве, как блестящие ленты. В лунном свете она кажется видением — естественно прекрасная, как всегда. — Тоже не спится?

— Я… — у меня вдруг напрочь отказывает способность нормально соображать. Голос сходит на нет, пока я просто пялюсь на неё, отмечая эти крошечные серые пижамные шортики и майку. Под ней определённо нет лифчика — её соски затвердели и проступают сквозь тонкую ткань топа. Кровь приливает у меня к члену. Ну а что я могу сказать? Я фанат груди, а у Куинн она… просто совершенство.

Куинн выжидающе смотрит на меня, и я вдруг вспоминаю, что она вообще-то задала вопрос. Я шумно выдыхаю и бормочу: — Нет.

Она вздыхает, глядя мимо меня, в небо. — Иногда, когда мне не спится, я просто лежу и смотрю на звёзды.

Мне бы стоило последовать её примеру и посмотреть куда угодно ещё, но я не могу отвести от неё глаз. Я просто продолжаю на неё смотреть, и через несколько секунд её взгляд снова возвращается ко мне.

— Можешь присоединиться, если хочешь. — Краешки её губ приподнимаются в озорной маленькой улыбке.

Мне не стоит. Мне нужно сказать ей, чтобы она шла обратно внутрь, в свою комнату. Мне самому нужно идти обратно внутрь, в свою. Но я этого не делаю, потому что рядом с этой девушкой я, блядь, не способен мыслить рационально. Вместо этого я выдыхаю и присаживаюсь рядом с Куинн на корточки. — Только на минутку.

Она поворачивает голову ко мне, на лице у неё довольная ухмылка. Но вслух она ничего не говорит — просто снова смотрит в небо, пока я устраиваюсь рядом и пытаюсь найти удобное положение. Я вытягиваюсь на спине, завожу одну руку под голову и опираюсь на ладонь.

Звёзды здесь — это действительно нечто. У нас нет той световой грязи, что бывает в больших городах, — только бесконечное чистое тёмное небо. Я живу здесь уже много лет, но даже не помню, когда в последний раз по-настоящему поднимал голову вверх.

— Видишь Большую Медведицу? — спрашивает Куинн, указывая пальцем в небо.

Я прослеживаю направление, в которое она показывает, и ищу знакомое созвездие. Через несколько секунд нахожу его и улыбаюсь, узнав. — Да, вижу.

— А Малую Медведицу? — тем же пальцем она указывает в противоположную сторону.

На это у меня уходит чуть больше времени, но в итоге я всё же нахожу. — Да, — выдыхаю я. — Вижу.

Куинн показывает прямо вверх. — А Маленького Волка?

Я поворачиваю голову и смотрю на неё, хмурясь. — Маленького Волка?

— Ага, — улыбается она, поворачиваясь ко мне. Она снова указывает вверх, мельком взглянув на небо. — Ты что, не видишь?

Я прищуриваюсь, следя за направлением её пальца, а потом снова смотрю на неё. — Ненавижу тебя разочаровывать, но, по-моему, никакого созвездия Маленького Волка не существует.

Куинн поворачивается ко мне и закатывает глаза. — Включи хоть каплю воображения, Джаксон. Смотри… — она снова указывает наверх, и я опять поднимаю взгляд. — Видишь эти две яркие звезды рядом? Это кончики ушей. А ниже можно разглядеть глаза и нос…

Пока она это описывает, я и правда начинаю видеть очертания маленького волка — ровно так, как она сказала.

— Видишь? — спрашивает Куинн.

Я тихо усмехаюсь. — Да, вообще-то вижу.

Несколько мгновений мы лежим молча, глядя в небо. Потом я медленно поворачиваю голову к ней, и она тоже поворачивается ко мне, встречаясь со мной взглядом сквозь темноту.

— То есть ты часто придумываешь свои собственные созвездия? — спрашиваю я, приподняв бровь.

Куинн пожимает плечами, снова глядя вверх. — Я делаю так с детства. Это была наша с мамой игра, когда я была маленькая и не могла уснуть.

Ей даже не нужно объяснять, что это значит, — я знаю, что её мамы больше нет. Она погибла в трагическом несчастном случае, когда Тео было лет двенадцать или около того, так что Куинн тогда была ещё совсем ребёнком. Тео почти не говорит об этом, но я знаю, что он до сих пор не до конца разобрался со своими демонами, связанными с внезапной смертью матери. Думаю, Брук помогла ему в этом — с тех пор как она появилась, кажется, она вытащила его из тьмы. А вот Куинн, похоже, не живёт во тьме — она вся сама из света.

Я тяжело сглатываю. Пытаюсь подобрать правильные слова, но, если честно, совершенно не знаю, что сказать.

— Тебе не обязательно что-то говорить, — добавляет Куинн, будто, блядь, читает мои мысли. — Я знаю, людям становится неуютно, когда я упоминаю маму.

— Мне не неуютно, — уточняю я, изучая профиль Куинн в лунном свете. — Ты должна иметь возможность говорить о ней. Я имею в виду… мне кажется, для тебя это даже полезно — говорить о ней.

Она поворачивает голову ко мне, и её ореховые глаза вглядываются в мои. — Да, — шепчет она. — Я тоже так думаю. Так ведь и сохраняют память о человеке живой, да? Говоря о нём?

— Точно, — соглашаюсь я. — А если кого-то это смущает, да пошли они нахуй.

Один уголок губ Куинн приподнимается в полуулыбке, потом она снова поворачивает голову к небу, и между нами оседает ещё одна пауза.

— Хочешь попробовать? — спрашивает она через минуту или две, всё так же не отрывая взгляда от звёзд над нами.

— Попробовать что?

— Найти своё собственное созвездие.

Я выдыхаю и тоже смотрю вверх. — Не думаю, что у меня это получится.

— Никогда не узнаешь, пока не попробуешь, — дразнит Куинн, и по интонации я понимаю, что она улыбается.

Несколько минут я смотрю на россыпь звёзд над головой, пытаясь уловить формы, которые они образуют. Пытаясь увидеть мир глазами Куинн.

— Ну, вон там эти звёзды чем-то похожи на