Читать книгу - "Зона контакта - Илья Твиров"

Вертолет пролетел над самым центром города, зашел на второй круг. По плану он должен был облететь населенней пункт по широкой дуге, а потом продолжить движение в указанном Мезенцевым направлении. Но Григорий уже успел понять, что искомая цель если и посещала Гороховец, то не оставила в нем никаких следов.

Ситуация принимала самую паршивую форму, и псионик решил поскорее об этом доложить:

– Ничего не вижу. Вообще. Либо его тут отродясь не бывало, либо он пробежал мимо и никого не потревожил.

Кондратьев почесал затылок, хотел было сплюнуть на пол, но вовремя остановил себя, вспомнив, где находится.

– Любишь ты с утра кормить людей позитивными новостями, – проворчал он.

Склонившись над электронной картой, он в течении нескольких секунд разработал новый маршрут поиска и дал целеуказания пилотам.

– Короче, план такой: летим к Таламшаново, проходим по часовой стрелке над Смолино, Володарском, Щелканово и Ильиногорском, после чего смещаемся в сторону Дзержинска, Богородска и потом чешем вдоль сто двадцать пятой вплоть до Поздняково.

Мезенцев изучил предложенный суперсолдатом маршрут, медленно кивнул, соглашаясь сим.

– А если и это никаких результатов не даст? Что тогда?

Михаил ответил как ни в чем не бывало:

– Пойдем заправимся и будем крутиться над лесами между сто двадцать пятой и семьдесят второй. В конце концов, мы делаем все, что от нас зависит, чтобы его выследить, но мы не боги. Командование должно это понимать. Где-нибудь наш клиент все равно всплывет, засветится, и тогда мы с тобой его накроем.

– Мне бы твою уверенность, – пробурчал Григорий, но план друга принял.

Спустя минуту МИ-8 лег на новый курс, а псионик вновь принялся ощупывать окружающее пространство своим парачувствительным локатором. Под брюхом летящей машины проносились деревья, дороги, тянулись деревенские дома, вереница автомобилей. Мезенцев изо всех сил пытался услышать, почувствовать необычную ауру, которая обязательно должна была присутствовать у человека, наделенного столь мощными способностями. Сейчас псионик был сосредоточен, наверное, как никогда в жизни. Он просеивал сквозь себя мощнейший поток информации и был столь собран, что от его взгляда, казалось, ничто не могло ускользнуть.

Облет окрестностей Таламшаново, однако, результатов не дал, и МИ-8 устремился в сторону Дзержинска. Несмотря на то, что этот город был наводнен полицией, армией и спецслужбами всех мастей, Кондратьев все же решился его проверить. Для галочки и спокойного сердца, как он выразился. Что ж, сердце суперсолдата могло спать спокойно. Минут через пять выяснилось, что Григорий не обнаружил в городе ничего подозрительного, и вертолет вновь, в который уже раз, сменил курс.

– Что-то меня начинают утомлять эти поиски, – неожиданно зло процедил Михаил. – Ты как? Держишься?

– Да вроде бы, – неопределенно пожал плечами парень, разминая шею.

– А я запарился, – отрывисто сказал Кондратьев, словно пролаял. – В лес хочу.

Резкая перемена в настроении боевого товарища заставила Мезенцева насторожиться. Суперсолдат недаром носил приставку «супер». Михаил почти никогда не жаловался на трудности службы, и перепадами настроения тоже не страдал, несмотря на жесткий график и опасную работу. Что же заставило друга занервничать? Мезенцев порылся в своей памяти, припоминая прошлые случаи, совместные операции, но ничего похожего не нашел. Странно. Надо взять на заметку, ведь все это не просто так.

Тем временем, вертолет лег на курс вдоль автомобильной дороги Р125, и Григорий, мало-помалу отвлекшись от тягостных дум, принялся ощупывать своими парафизическими чувствами лесной массив.

Тот казался настоящим царствованием природного спокойствия и величия. Лес стал пристанищем животным и птицам, и его насквозь пронизывали специфические потоки энергий, по-особому светившихся в ментальном, психическом и энергетическом диапазонах. Кто считает, что у животного мира нет разума, сильно заблуждается. Григорий, способный взаимодействовать с ментальной сферой практически любой сложности, мог легко доказать обратное. Любой зверек или птица имели не просто набор повелительных инстинктов, но особый разум, который многократно усиливался в присутствии нескольких особей одного и того же вида. Стая волков, птичья стая, колония насекомых являлись по сути своей коллективными разумными системами, причем достаточно мощными и очень специфическими, но именно что разумными – в этом Мезенцев не сомневался. Лес буквально искрил всевозможными яркими психо-ментальными цветами, и приходилось сильно напрягаться, чтобы разобраться в их хитросплетениях.

И все же разум животного или коллективной разумной системы и человеческий разум – это не одно и тоже. Вдобавок, людская психика светится подобно яркой звезде на безоблачном ночном небе. Совокупность психо-энергетических тел искомого человека сияла и вовсе сродни Луне, поэтому Григорий очень скоро смог ее обнаружить.

– Кажется, я кое-что отыскал, – прошептал он, стараясь как можно более аккуратно следить за незнакомцем.

– Уверен? – угрюмым голосом спросил Кондратьев.

– На сто процентов, – кивнул псионик.

На принятие решения ушли какие-то доли секунды.

– Как далеко мы от него? – поинтересовался суперсолдат.

– Три с половиной километра по прямой, – немедленно отозвался Мезенцев.

На то, чтобы отдать соответствующие приказы пилотам, ушло несколько секунд.

– Спустимся ему на голову? – предположил Григорий.

– Нет, – отрицательно мотнул головой Кондратьев. – Вертушка совершит несколько обманных маневров, на втором мы произведем десантирование километрах в пяти от цели, после чего начнем преследовать его на своих двоих. – Он взглянул на Григория необычайно серьезно. – Ты хорошо его чуешь?

Парень молча кивнул.

– Надеюсь, мы его не потерям. Очень уж не хочется бродить по лесу вслепую.

И они действительно не потеряли свою цель. Вертушка несколько раз зашла на посадку, имитируя ложное десантирование, после чего ушла вдоль трассы по прежнему маршруту, а Кондратьев с Мезенцевым устремились вглубь чащи, словно два мотылька на сияющий в ночи источник света.

– Сигнал? – коротко спросил Михаил.

– Горит, – ответил Мезенцев. – Движется споро, но мы его нагоним.

Ничего не говоря, Михаил припустился вперед, что есть мочи. Несмотря на внушительный вес оружия и амуниции, суперсолдат двигался стремительно и плавно, словно бесшумная, легкая тень. Пару лет назад Мезенцев ни за что бы не угнался за своим боевым товарищем, но теперь его физические кондиции изрядно подросли, и это позволило псионику практически не отставать.

– Он тебя не видит? – поинтересовался Кондратьев.

По правде сказать, Григория и самого этот вопрос очень сильно интересовал. Однозначного ответа дать он не мог, поэтому ответил как есть.