Читать книгу - "Стрела, монета, искра - Роман Евгеньевич Суржиков"

некстати! Айден готовит расправу, его нужно остановить! Времени почти не осталось. У Лабелина в столице пятьдесят гвардейцев — Мира выяснила это еще когда считала его преступником. Немалая охрана… но первый советник держит в Фаунтерре две сотни рыцарей-вассалов! И еще неведомое множество тайных агентов. Айден Альмера без труда расправится с Лабелином, если только дать ему время.

— Итан, мне нужно подумать. Прямо сейчас. Немедленно.

— В… ваша милость, я все скажу кратко. Не займу много в… времени. Только выслушайте, п… прошу.

Мира сжала виски. Тайна герцога Айдена… в чем она состоит? Это было двадцать лет назад… и все-таки, может быть, она сможет послужить доказательством? Ведь эта чертова тайна — сам факт ее существования — единственная улика против герцога! Нужно использовать ее, больше попросту нечего!

— Итан, подождите, дайте мне время.

— М… миледи, я должен сказать, — твердо заявил секретарь. — С т… того самого дня, как встретил вас, я все больше и все в… вернее убеждаюсь: вы — исключительный человек. Вы в… воплощаете и ум, и благородство, и…

Айден говорил со мною, считая, что я знаю его тайну. Он мог обмолвиться, дать намек. Его слова могут навести на мысль. Нужно вспомнить как можно точнее. «Из вас выйдет советчица для Аланис», — не то. «Почему я должен говорить с инфантой?..» — не то.

— …Но, и это удивительней всего, вы наделены добротою — с… столь редким качеством для первородной леди! Со дня, как узнал о вашей б… болезни, я не могу не думать о вас. Н… не проходит ни…

Герцог Альмера был чертовски немногословен! «Что вы знаете? Впервые слышу. И это все? Не очень верится.» Будто искры, а не фразы. Он не сказал ничего, что бросило бы тень. «Моя дочь не слишком любит вас…» — нет, не то, вновь пусто.

«Император заплатит дороже. Как это знакомо». Вот странные слова! Почему герцог сказал так? К чему это относилось? Который император?

— Л… леди Глория, я всего лишь с… секретарь, пусть и на службе у владыки. Я не р… ровня вам и прекрасно это понимаю. Я не имею права на т… такие странные слова, но…

Джон Корвис говорил: «Герцог скрывает ради дочери…» Тоже странная фраза. Звучит так, будто само сокрытие тайны — уже деяние. Аланис с детства готовили в императрицы. Герцог Айден создал будущее и для себя, и для нее. Сорвав Шутовской заговор, сделался первым советником, открыл для дочери дорогу к вершине… Но перед тем он что-то скрыл ради нее. Скрытая тайна сделала возможным все остальное. Корвис знал — и потому был убит. Герцог сохранил тайну и хранит по сей день…

— …Видеть вас, миледи, слышать вас для меня д… дороже всего на свете. И я никогда не п… прощу себе, если не скажу…

Стоп! А что, если не хранит? Что, если герцог Айден продал тайну?! «Император заплатит дороже» — не за тайну ли? Были и другие покупатели, но Айден предпочел владыку. И тогда…

— Леди Глория… — Итан набрал полную грудь воздуха. — Я люблю вас!

— Замолчите!

Внезапное осознание вспыхнуло молнией, и Мира закричала:

— Молчите! Молчите!

— Простите меня…

— Молчите же! Ни слова! Полцарства за минуту тишины!

Он застыл, красный, как вареный рак. Мира поймала за хвост ускользающую догадку, подтащила к себе, рассмотрела, развернула. Боги, как все становится ослепительно ясно! Все складывается один к одному, все логично и связано, все события связываются в блестящую цепочку. Конкуренция невест — монополия Южного Пути, ненавистная Северу, — интрига Эрвина Ориджина — убийство наследников — помолвка императора — Шутовской заговор и тайна герцога Альмера. Все взаимосвязано! Какой же дурой надо было быть, чтобы не понять этого раньше!

— Итан, мне нужна ваша помощь.

— М… миледи, я должен вам признаться еще в одном…

— Позже, позже. Сейчас каждая минута на счету. Помогите мне, и как можно быстрее. Вы знакомы с Марком — главой протекции?

— Да, м… миледи.

— Сможете разыскать его?

— Это не сложно: Марк подле владыки, на балконе.

— А первый советник?

— Герцог Альмера? Там же.

— Тьма!..

Нельзя подходить к Марку на глазах у Айдена. Герцог может понять, что к чему.

— М… миледи, позвольте сказать…

— Итан, у вас есть перо и чернила?

— С собою — нет, миледи… — Глаза секретаря становились все круглее.

— Тогда идемте со мною.

Она схватила его за руку и повлекла, не обращая внимания на робкие возражения.

Площадь перед ареной заросла по периметру всевозможными лотками, шатрами и лавками. Пивовары, цветочницы, продавцы фруктов и сладостей, кукольники, чистильщики обуви осели на околицах площади разномастной ватагой, словно лагерь кочевников. Здесь был даже ученый тигр в клетке, почтовая голубятня на колесах и целых три помоста скоморохов. Актеры давали представление, утешая тех неудачливых горожан, кому не хватило мест на трибунах арены. Скоморохи старались петь и орать во весь голос, чтобы перекрыть возбужденные всплески оваций с трибун. Зрители хохотали что было сил, тщась убедить себя и всех: мы, мол, ни капли не жалеем, что не смогли попасть на игры! Здесь, на площади, куда веселее!

Мира быстро нашла то, что искала: будочку уличного переписчика. Белобородый дед радостно потер ладони, завидев приближающуюся пару:

— Вижу, молодые господа, сразу вижу: вам требуются услуги Велеречивого Джерома! Подходите без малейшего стеснения и поведайте вашу просьбу! Какой текст вам требуется? Желаете ли сложить хвалебную оду в честь победительницы игр? Велеречивый Джером исполнит это без труда, да так, что чемпионка заплачет слезами счастья, прочтя ваше послание!

— Мне нужно перо, бумага и чернила, сударь, — попросила Мира.

— Несомненно, юная леди! — расплылся в улыбке старик. — Именно за этим и приходят к Джерому. Перо, бумага, чернила и, смею добавить, рука, что водит пером. Ведь известный факт: перо не станет скользить по листу само, ему непременно потребуется человеческая помощь. Итак, милая леди, любезный лорд, какие слова вы хотите доверить бумаге? Возможно, стихотворение, что милорд посвятил миледи и теперь желает увековечить на листе?

— Нет, сударь, — отрезала Мира. — Мне требуется…

— Постойте-постойте, — прервал ее старик. — Велеречивый Джером догадался, в чем дело! Молодые господа решили обручиться и не знают, как сообщить об этом строгим родителям миледи! Письмо отцу с покаяниями и просьбой благословения — вот что вы желаете сочинить, верно? Доверьтесь