Читать книгу - "Трон в конце туннеля. Часть 1 - 2 - Дарья Светлая"

полутора- или даже двухвековой давности, но ветхой она не была. Даже время не тронуло, обошло стороной эти вещи… Стало не по себе. Вдруг ощутила себя брошенным ребенком, боящимся темноты, из которой кто-то смотрит недобрым взглядом. Пылающие в свете свечей глаза черных пантер только усугубляли гнетущее впечатление. Покинула комнату, пятясь задом наперед. Было настолько страшно, что не могла повернуться спиной к тому ужасу, что поселился в этом месте.

Плотно закрыла за собой дверь в зловещую комнату. Будь у меня побольше сил, еще бы придвинула к ней что-нибудь – уж очень хотелось отсечь от себя неведомый ужас. Вернула канделябр на место и опустилась в кресло у камина, где не столь давно сидел Эливанс.

Смотрела на пламя, иногда поглядывая на страшную дверь и ждала возвращения лорда. Но усталость все же взяла свое и я уснула мертвым сном. Мне снился жрец, он был вновь связан и отчаянно спорил о чем-то с лордом, но тот не желал слушать.

Потом сон изменился. Я увидела старую часовню посреди кладбища, и маленькую девочку, что сидела на треснувшей могильной плите, рядом с большим склепом. Шел снег, но девочка была одета в довольно легкое платьице, пурпурное, с белым кружевным воротничком. По ее виду нельзя было сказать, что она мерзнет. Казалось, она пребывает в задумчивости или кого-то ждет. Окликнула девочку, но та не обернулась.

Когда подошла вплотную, она поднялась с плиты и, задрав голову, внимательно посмотрела на меня. Ее серебристые глаза, в сочетании с волнистыми каштановыми волосами, которые перебирал ветер, напомнили мне лицо любимого брата… что теперь мне и не брат вовсе. Девочка тихо произнесла:

- Он красивый?

- Кто?                                      

- Твой брат…

- Откуда ты знаешь, что я подумала?

- Я знаю о тебе все, Сильвана, дочь Харальда. Дочерям Вельвы (Дочери Вельвы - провидицы, пророчицы, почитаемые наравне с божествами) положено все знать – она сделала паузу, любуясь замешательством на моем лице – Меня зовут Танарна. Мне известно будущее и поэтому я ждала тебя здесь. Идем со мной.

Девочка протянула мне ладошку и я нерешительно взяла ее руку, которая оказалась сухой и холодной. Танарна повела меня меж могил. Кладбище сменилось узкой тропкой, положенной среди кустов и снега, что привела в ту самую деревню, где обосновалась шайка лорда Эливанса. Танарна остановилась у полуразрушенного храма на холме и указала вперед:

- Посмотри туда, видишь, где начинается лес? Это была северная граница нашего города.

- Города?

- Да принцесса, это город – горько усмехнулась маленькая провидица – и некогда он был прекрасен! Он стоял близко к тракту, ныне именуемым Старым, и торговцы, водившие караваны меж севером и югом останавливались тут. Здесь правил древний графский род, именем которого назван город и ты знаешь это имя принцесса…

- Вардесан – проклятый город и проклятый род – изумлено прошептала, заново оглядывая уцелевшие здания и укрытые снегом руины.

- Не многие помнят о нем теперь. Даже для образованного Широна Эливанса это всего лишь «странная деревушка».

- Но что здесь произошло?

- Слушай... – она немного помолчала и, задумчиво глядя вдаль, сквозь беззвучно падающий снег, начала свой рассказ – Альберт Вардесан был торговцем и однажды, вернувшись из длительной поездки по южным королевствам, он привез сюда шкатулку с огромным бриллиантом, которым расплатился с ним один делец. Меня еще не было на свете, но тогда жила моя бабка Талисия – от нее я получила Дар. У Талисии было видение. Она узнала, что бриллиант проклят одним из могущественных некромантов прошлого, что шкатулку нельзя открывать и доставать из нее камень. Благо, Альберт со времени совершения сделки, еще не открывал ее, храня в своей сокровищнице. Талисия успела предупредить графа о грозящей опасности.

Продать или спрятать подальше такую опасную вещь Альберту не позволял страх, что по его вине бриллиант кому-то навредит. Граф хранил проклятое сокровище у себя, а перед смертью завещал положить шкатулку в его гроб. И всем своим потомкам запретил прикасаться к ней, ибо знал: погибнет ужасной смертью  открывший ее и принесет смерть еще многим.

Но нашелся тот, кто нарушил запрет. Внук Альберта – Лиридий – проматывал состояние деда, за всю свою жизнь ни разу не послужив чести семьи. Когда карточные долги и пьянство потребовали новых средств, он вспомнил про драгоценный бриллиант, что дед велел похоронить вместе с ним и не трогать ни при каких обстоятельствах.

Лиридий был пьян, когда ввалился в склеп и вскрыл могилу Альберта. Он открыл шкатулку и то, что произошло дальше, навсегда отбило у него охоту пьянствовать. Вместе с крышкой шкатулки открылся портал в один из демонических миров, откуда тут же стали выглядывать его обитатели. Они не вырвались на свободу только потому что был день.

Увидев демонов, Лиридий испугался и бежал. Вернулся в дом и забился в дальний угол своих покоев. Выпил еще вина чтобы успокоиться, но проку не было: после того что он видел, все вина стали для него не крепче воды.

Каким-то чудом он сохранил разум… Лиридий вел дневник, где описал все ужасы которые произошли после. Он раскаивался и пытался все исправить, но было слишком поздно. Когда солнце зашло, первые демоны прошли сквозь портал и вступили в наш мир. Каждую ночь полчища отвратительных, крылатых серых тварей, жаждущих человеческой плоти и страданий, осаждали дома.

Жизнь Варденсана превратилась в битву за существование. Когда купцы узнали, что здесь происходит, караваны перестали проходить через наши земли и так тракт Вианортен изменил направление. Теперь он пролегает в стороне от нас.

Каждую ночь мы превращались в пленников своих домов. Кто-то пытался бежать из города. Но за день далеко не уйдешь, а ночью твари каким-то образом находили и настигали беглецов. Не выжил никто. Последней пала оборона графского дома. Твари из портала успели полностью опустошить его. До рассвета не успели убить лишь Лиридия. Он был последним человеком в городе и умер на следующую ночь.

Многие до его смерти пытались закрыть шкатулку. Но днем никто не мог приблизиться к ней, ибо проклятие сжигало заживо любого, не оставляя даже пепла. Ночью же все боялись выходить из домов. Лиридий однажды решился прийти ночью в склеп, но не смог ничего сделать. Шкатулку, согласно условиям проклятия, не мог закрыть никто из тех людей, что находились в городе в момент ее открытия. А приезжие у нас больше не появлялись. Что же до священнослужителей… они бежали из города первыми, когда почуяли, чем дело пахнет.

-