Читать книгу - "Стрела, монета, искра - Роман Евгеньевич Суржиков"

дня, как ночью мы вас, хозяин, освободили. Да… А вести наблюдение, скажу я вам, это тоже непросто. Нужно это делать правильно, по науке. Вот был случай: служил я в войске графа Блэкмора, и довелось нам выступить в Пастушьи Луга…

— Доксет!

— Что?.. А, ну да. Так вот, значит. Под вечер, когда еще не смеркалось, а солнце только вот начало садиться, лежим мы с Вихренком в траве на пригорке. Обзор на крепость оттуда самый что ни есть удовлетворительный. И видим мы: выходит из казарм тот самый, о ком бишь вы вспоминали: брюхастый такой, и рожа круглая, и лысый. На нем еще коричневый плащ был. Идет он за казармы, садится верхом на коня… или на кобылу — это я уж не рассмотрел. Знаю точно, что гнедая была. Садится, значит, верхом и скачет прочь из крепости. И к седлу у него — это как сейчас помню! — кожаная сума была приторочена, и он ее то и дело рукой поглаживал, будто сильно берег.

При этих словах сердце Хармона жарко забилось. Он подался ближе к старому солдату:

— Сума, говоришь? Это отлично! В ней-то и лежал графский товар! Но все же куда поскакал этот человек?

— С ним, хозяин, как я уже сказал, еще двое всадников было. Они тоже вышли из казармы и повторили маневр того, брюхастого: сели в седла и следом за ним припустили рысью. Оба — серьезные люди: в дублетах да при мечах, и в шлемах круглых. Мы с Вихренком сразу притаились, как их увидели. Верно, малец? А этот, пивовар который, он вроде и вовсе был без оружия…

— Хорошо, что ты все это заметил, — прервал его Хармон, — но сперва все-таки скажи: куда они направились, покинув крепость?

— Тут это… понимаете, хозяин, тут такое дело… Так, значит, вышло…

Хармон с ужасом понял, отчего Доксет так долго тянет с ответом!

— Забыл, что ли?!

— Ну, не так чтобы совсем забыл, но как-то не разглядел… Понимаете, хозяин, было темно…

— Какой черт темно?! Ты же сказал: еще даже не смеркалось!

— Ну, не темно, но все же разглядеть было сложно… Что-то помешало. Куда-то они свернули — оп, и пропали из виду…

— Доксет, — Хармон взял старого солдата за грудки, — сколько ты тогда сивухи выхлебал?! Вокруг той крепости — чистое поле! Как в поле можно трех всадников потерять?!

Непохоже было, чтобы Доксет особенно смутился.

— Э, хозяин, сразу видно, что вы никогда не вели наблюдения! В чистом-то поле сложней всего разглядеть, куда люди скачут: ведь ориентиров-то нет! Бывает, смотришь — кажется, скачут на северо-запад. А потом глянешь снова — вроде на северо-восток.

— Да чтоб тебе неладно было! От крепости идут всего две дороги: одна на север, вторая — на юг! Как можно между ними спутать?!

— Вот я и говорю, хозяин: в поле оно бывает сложно понять — на север скачут или на юг…

Хармон соорудил подобающее случаю ругательство с упоминанием Праотцов, Темного Идо, детородных органов и процессов пищеварения. Затем перевел дух и с надеждой взглянул на Вихренка:

— Малец, а ты помнишь, куда поехали те всадники?

— Помню, хозяин!

— Ну и куда же? На север или на юг?

— Э-э-э… чего-чего?

Выяснилось, что Вихренок не имеет понятия о сторонах света.

— Дорога на юг ведет к городу, — пояснил Хармон, — а на север — от города. Так куда?

— Э-э-э… а к городу — это в какую сторону?

Хармон издал сдавленный рык и выдрал из бороды клок волос.

— Но вы не серчайте, хозяин! — поспешно успокоил Вихренок. — Я на месте могу показать!

— Отличная мысль! До руин крепости — двенадцать миль. Всего-то четыре часа ходу…

Но деваться было некуда — больше ничего не удалось выжать из Доксета и его напарника по наблюдению. Они заночевали в Лабелине, а с рассветом двинулись к руинам крепости.

Джоакин искал возможности поговорить с Хармоном наедине и в дороге улучил момент. Расположившись поближе к торговцу, он шепотом спросил:

— Вы говорите, хозяин, вот та… вещь, которую мы с вами видели в казармах… это не Священный Предмет, а фальшивка?

— Уж как есть, — кивнул Хармон.

— Фальшивка — в смысле того, что ее сделали не боги, а люди?

— Верно.

— И вы точно знаете, что она — фальшивка?

— Точнее некуда. У герцога с бароном была книга — там описаны и зарисованы все Священные Предметы. Они сверили и убедились.

— Но, хозяин… как же можно изготовить такую подделку?! Разве есть мастера, способные на такое?

Этот вопрос немало занимал и самого Хармона. Правда, он до поры не хотел забивать себе голову пустым любопытством. Запланировал так: вот верну Предмет и успокоюсь на сей счет, а потом сразу попытаюсь понять: из чего же подлецы сделали копию?

— Видать, нашелся мастер. Сделал же.

— Я никак не возьму в толк: что же это за материал был? Стекло? Не стекло. Хрусталь? Не хрусталь! Уж больно легкая была штука и слишком бойко вращалась. Стекляшка бы крутанулась раз десять да и остановилась. Верно?

— Верно, — признал Хармон. — Не стекло было и не хрусталь, и не слюда, и не лед.

— Но что еще бывает прозрачным?!

— Понятия не имею, — пожал плечами Хармон. — Да только точно знаю, что новый товар — фальшивка. Я-то держал в руках подлинник и помню: он еще легче был.

— Еще легче?! — поразился Джоакин. — Он что же, из воздуха был сделан?!

— Если в Подземном Царстве бывает твердый воздух, то, пожалуй, из него.

Джоакин надолго умолк, пытаясь уложить в голове услышанное. Потом все же спросил:

— А не стоит ли нам разузнать в ремесленных гильдиях да на рынке о мастере, способном сделать этакую штуку? Ведь слава об умельце должна далеко идти!

Хармон уже поразмыслил об этом способе и отбросил его.

— Не стоит, Джоакин. Во-первых, потому, что мастер этот наверняка сидит в подвале у злодеев и на них одних работает. Понимаешь, если бы он делал товары на продажу, я уж давно бы о нем прознал! Не первый год торгую в здешних местах, присматриваюсь ко всяким новинкам, диковинкам. Ничего похожего на невесомое стекло никогда не видел.

— А во-вторых, хозяин?..

— Что — во-вторых?..

— Ну, вы