Читать книгу - "Красный Рыцарь - Майлз Кэмерон"

Выстроенная шеренга несущественно, но нарушилась. Солдаты старались приноровиться, у ветеранов были тяжелые копья или боевые топоры, и они беспокойно перебрасывали их из руки в руку. Арбалетчики выбирали, откуда прицелиться. Лучники с длинными луками выжидали, пока цель появится в пределах видимости, чтобы вскинуть свое оружие. Никто не смог бы долго удерживать лук весом в сотню фунтов натянутым.

Капитан не сомневался: все они тоже напуганы. Под доспехами он истекал потом, при движении холодный воздух проникал в щели под руками и в область паха, но горячий пот все равно продолжал стекать по спине. А вот руки похолодели.

Ощущалось и напряжение их противника. Неужели он тоже беспокоится? Боится? Способен размышлять?

По–прежнему не слышно пения птиц. Наступил момент, когда все замерло в ожидании. Капитан даже подумал, а дышит ли хоть кто–то.

— Виверна! — заорал Плохиш Том.

Она выскочила из–за деревьев прямо напротив капитана — выше любого боевого коня, с длинной узкой головой, полной изогнутых зубов. Покрывавшие ее чешуйки были настолько темными, что казались черными, и такими гладкими, будто отполированные.

Она поразила невероятной быстротой. Эти чертовы создания тем и славились.

Ужас стал почти осязаемым и расширялся вкруговую от существа, словно волна, которая, накатив на капитана, понеслась дальше и обездвижила Майкла, припечатав парня к месту.

Гельфред вскинул арбалет и выстрелил. Болт попал в чудовище, и оно, разинув пасть, взвыло с такой яростью, что в лесу загудело, а у людей заложило уши.

Капитану хватило времени, чтобы подготовиться: принять защитную стойку, вскинуть высоко копье, удерживая его в согнутых в локтях руках, упереться на отставленную назад ногу. Руки предательски тряслись, поэтому казалось, что тяжелый наконечник дрожит, словно живой.

Виверна нацелилась именно на него. Обычная их тактика. С замиранием сердца он заглянул в ее желто–золотые глаза с коричневыми разводами — узкий черный зрачок, ощущение чужеродности.

Вдогонку болту Гельфреда лучники выпустили стрелы. Большинство промахнулось — кто–то запаниковал, для других расстояние до цели оказалось существенно меньше расчетного. Но промазали отнюдь не все.

Виверна пронеслась последние разделявшие их два ярда. Из–под мощных когтистых лап летели комья вырванной земли. Наконец она настигла хлипкую людскую шеренгу, низко опустила выставленную вперед голову и направила ее в грудь капитана. Крылья полураскрыты, ударявший в них поток воздуха обеспечивал ей устойчивость.

Гельфред вновь наводил на нее арбалет, уверенный, что командир прикроет его на короткое, но все же достаточное время.

Капитан, подавшись всем телом вперед, оперся на выставленную ногу, резко распрямил согнутые руки, нанеся самый мощный и быстрый удар, на который только был способен. Словно секира, наконечник копья врезался виверне в шею, рассек мягкую кожу под челюстью, достиг кости… Ее неистовая атака еще глубже вогнала острие внутрь, и оно насквозь прошло через шею чудовища.

Менее одного удара сердца оказалось у него на то, чтобы порадоваться точности броска. Капитан упал, сокрушенный мордой чудовища с глубоко загнанным в шею копьем. Кровь била фонтаном, голова съехала вниз по древку копья — минуя перекрестье, широко разинув клыкастую пасть в стремлении добраться до него. Ее ненависть усилилась и была почти осязаема, кровь струилась, подобно кислотному потоку, а глаза…

Капитан замер, все еще сжимая древко. Огромные челюсти приближались.

Ужас.

У основания крылья наконечника расширялись, и голова застряла, нанизанная на них. Теперь ей его не достать. У капитана появилась возможность перевести дух, отведя взгляд от поникшей виверны…

…Истекая кровью, она тем не менее смогла поломать древко копья и, разинув пасть еще шире, ринуться в атаку.

Закаленная сталь шлема приняла удар на себя. Красного Рыцаря окутало зловоние твари: запах мертвечины, стылой сырой земли, горячей серы — все вперемешку и сразу. Виверна металась из стороны в сторону, пытаясь избавиться от сломанного копья, застрявшего в глотке, стараясь еще сильнее распахнуть челюсти и сомкнуть их на его голове. Он слышал отвратительный пронзительный скрежет по шлему ее загнутых внутрь зубов.

Чудовище зарычало, да так, что по шлему пошла дрожь, попыталось стащить доспех с его головы, сделав рывок вверх. Мышцы шеи капитана растянулись до предела, и он закричал от боли. Крепко вцепился в спасительный обрубок древка как в единственную оставшуюся у него возможность. Он слышал рядом громкие боевые кличи. Слышал чавкающие звуки ударов, ощущал их — по виверне лупили всем имеющимся оружием, всаживая в нее кучу стрел.

Голова капитана все еще оставалась у нее в пасти, и она старалась крутануть ею так, чтобы сломать ему шею, но не могла сильнее зажать в зубах шлем. Зловоние было просто удушающим.

Когда виверне удалось оторвать его от земли, он поджал ноги и правой рукой нащупал тяжелый рондельный кинжал^[30] — стальной клинок с рукоятью. Закричав от безысходности и гнева, наугад ударил чудовище в голову.

Виверна выплюнула его, и он камнем полетел на замерзшую землю. Кинжал отскочил. Сделав кульбит, капитан сумел–таки подняться на ноги…

И выхватить меч.

Рубанул, торопясь успеть до того, как накатит волна боли. Резанул снизу вверх, справа налево по туловищу виверны и вогнал меч в сустав с тыльной стороны лапы.

Она молниеносно развернулась, и, не дав ему опомниться, клыкастой мордой сбила с ног. Атака была столь стремительной, что уклониться не представлялось возможным. Виверна запрокинула голову и испустила вопль.

Плохиш Том всадил боевой топор в плечо чудовища с противоположной стороны.

Существо попыталось отскочить назад, но это было ошибкой. С двумя поврежденными конечностями виверна споткнулась.

Капитану удалось встать. Шея и спина горели огнем, но он выпрямился и бросился вперед, нацелившись в бок чудовища. Виверна, не обращая на него внимания, крутанулась, намереваясь раздавить Плохиша Тома, но Йоханнес, внезапно появившийся перед ней, ударил ее по грудине боевым молотом. Ее морда была утыкана арбалетными болтами и стрелами. Еще больше их торчало в проткнутой шее. И все же, получив очередную рану, лишившись из–за длинной стрелы, пропущенной в краткий миг передышки, глаза, несмотря на продолжающиеся истязания тела, она смогла одним взмахом хвоста убить оруженосца, сплющив его доспехи и перебив позвоночник.

Мощным ударом двуручного меча Хьюго переломал виверне ребра. Джордж Брювс всадил ей копье в бок и, оставив его там, выхватил меч. Лилиард рубанул мечом по тыльной стороне ее второй лапы, а Фолиак без устали колотил ее молотом.