Читать книгу - "Наследство Алвисида. Канун Армагеддона - Андрей Балабуха"

— Так, пустяки, — отмахнулся барон. — Сейчас не об этом надо думать!

— А о чем же, бычья требуха? — вмешался Гловер, который, не дожидаясь, пока его обслужат, сам налил себе эля в кубок.

— О графе Маридунском, — ответил Ансеис. — Похоже, ему угрожает смертельная опасность.

— О, проклятье! — воскликнул Гловер. — В Рэдвэлле тоже остались эти заморские рыцари!

— Много?

— Двенадцать человек, — мрачно ответил Бламур, который отвечал за безопасность замка графов Маридунских. — Плюс две дюжины слуг и оруженосцев. Мне немедленно надо отправляться в Рэдвэлл. Эй, — повернулся он к одному из слуг, — бегом распорядись, чтобы приготовили моего коня, я уезжаю.

— Я с тобой, Бламур, — решил сэр Гловер.

— Успокойтесь, — остановил обоих барон. — Нет нужды мчаться ночью, рискуя свернуть себе шею. К тому же до замка вы в лучшем случае доберетесь только к рассвету, когда все будет кончено.

— Но что же делать?! — вздохнул сенешаль Рэдвэлла.

— Мы же не можем оставить Радхаура в беде, бычья требуха! — поддержал его сэр Гловер.

— К тому же в Рэдвэлле гостит Верховный король и другие знатные рыцари, прибывшие на торжества, — добавил мрачный сэр Бламур.

— Хм, — усмехнулся Ансеис, вставая. — Уж не думаете ли вы, что граф Маридунский не справится с тем, с чем справились мы. К тому же там столько рыцарей.

— И еще этот, как его, бычья требуха, Алвисид, — буркнул Гловер.

— Это меня как раз больше всего и беспокоит, — задумчиво произнес барон, разглядывая перстень на безымянном пальце левой руки. Сверкнул фиолетовый кристалл, странным образом ограненный и с выпуклым изображением змейки, свернувшейся спиралью.

— Но ведь не можем же мы сидеть здесь, сложа руки?! — в отчаянии воскликнул Бламур. — Вы как хотите, а я еду!!!

— Вы забыли про Коридор Алвисида, — сказал Ансеис, поворачивая голову в сторону открывшейся двери, где показались сенешаль замка и Отлак. — Нашли? — спросил он.

— Ищут, — кратко ответил сенешаль. — Все остальные приказы выполнены, ворота заперты, посты усилены, у покоев госпожи выставлена охрана: Ваших младших детей привели к ней. Баронесса встревожена этим и просит сообщить, что случилось?

— Идите и успокойте ее, — приказал барон. — Скажите, что я просто решил проверить боеспособность своего гарнизона, поспорив с сэром Бламуром. Но охрану не снимать до моего личного приказания.

— Я совсем забыл про волшебный коридор, — сказал Бламур, как только сенешаль ушел. — Нельзя медлить ни секунды.

— Да, бычья требуха, вперед! — воскликнул Гловер, которому уже доводилось во время достославной осады Рэдвэлла проходить по Коридору Алвисида.

— Граф, у тебя весь камзол в крови, — заметил Ансеис. — Надо, чтобы рану осмотрел лекарь!

— Да время ли сейчас думать о подобных пустяках? Вечер еще не закончен.

— Граф, мы справимся со всеми делами вдвоем с Бламуром. А вот тебя я попрошу оказать мне личную услугу и вместе с Отлаком и моим оруженосцем охранять покои баронессы. Я очень беспокоюсь и могу положиться только на тебя.

— Хорошо, бычья требуха, я сделаю это. Но… но вы поторопитесь.

— Идемте, Бламур, — предложил барон, указывая на вход в башню. Он повернулся к старшему слуге:

— Почему до сих пор не убрали падаль?

— Не было вашего распоряжения, господин. Вдруг вы захотели бы осмотреть их?

— Не захочу, — ответил барон. Несмотря на нетерпение Бламура, он не торопился входить в магический вход, скрытый от посторонних глаз (да и от собственных, если честно) в боковой комнатке лаборатории. Пик грандиозного магического события еще явно не наступил, и барон ждал любых сюрпризов. — Граф, можно тебя на минутку, — остановил он Гловера. — Бламур, подожди меня наверху.

Когда Гловер приблизился, Ансеис прошептал:

— Прошу, присмотри за юношами, они сегодня пытались драться на дуэли.

Гловер удивленно приподнял бровь, но промолчал.

— И очень тебя прошу, сбереги мне моего оруженосца любой ценой. Что бы не случилось. Это очень важно…

— Да кто он такой, бычья требуха, чтобы ты о нем так беспокоился?! Твой незаконный сын?

— Можешь считать, что так, — согласился барон.

— Пока ты не вернешься, на него и муха не сядет, — пообещал граф Камулодунский. — Как и на графиню и остальных твоих детей.

Барон обнял его на прощанье, поморщившись от неловкого движения, потревожившего свежую рану, и ступил на нижнюю ступеньку.

Но не успел бывший чародей сделать и шага, как страшная боль неожиданно навалилась на него, сбив на холодные равнодушные ступени, скрутила иссыхающим жаром, наполняя тяжестью каждую клеточку, не давая дышать, не давая пошевелиться, не давая думать…