Читать книгу - "В большой мир? - Артур Фатыхов"

великолепный стимул стать сильнее. Вы умеете, мотивировать, Карт.

— Хозяина! — Наконец-то раскрыла глаза стражница. Ох, уж эта мелюзга! — Я кристалл добыть! Два! Я его маж… мажодо… Начальника бинтованный отдать смотреть! Он хвалить Первая-Старшая! Сказать — что сегодня налог не брать, весь опыт мне идти! Вот! Я молодец⁈

— Молодец, молодец, — подтвердил я. — Только сильно не увлекайся, за периметром следить не забывай.

— Я следить!

— Я присматриваю, Карт, — успокоила меня белая гарга. — На это моих сил хватает, можете не беспокоиться.

— Вот и славно. Продолжайте охотиться, — это дело нужное.

— Хозяина! — не дала мне пойти дальше Харис. — Ты обещал Старший-Уважаемый имя дать! Оченно надо! Сила больше быть, охотиться больше — больше опыт и кристалл нужный добывать! Надо, Хозяина.

— Ладно…

Первым на ум пришло Белянка… Ну, если до Бел сократить, а ещё лучше Беллой назвать. А что? Аристократично. Особенно если вспомнить, кем только не назывались в интернете Маши, Наташи и Светы. Пусть будет Беллой. Хотя… Не отзывается у меня в сердце это имя. Тут я вспомнил, свои впечатления, испытанные, когда несколько секунд назад смотрел на белую гаргулью. Бабушка… Ладно, чтобы не сильно оскорблять женское, пусть и «каменное», сердце — тётушка. Тётушка, тётушка — апа, так зовут тётушек на родном мне языке. Седая, белая — Может быть Снежинка? Ну… Скажем так, для Снежинки она слишком ста… возрастная. Белая, как зима. Кыш-апа!

— Старшая-Уважаемая, я хочу дать тебе имя Кыш-апа.

— Благодарю, Карт.

— Хозяина, рассказать! — возбуждённо зацикала младшая гаргулья. — Пожалуйста! Харис — защищать, я знать. Кыш-апа — не знать.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Старшая-Уважаемая у нас белая как снег…

— Снег⁈ — перебила меня любопытная мелочь. — Что такое снег?

— Снег — это твёрдая капелька дождя. Это бывает зимой, когда очень холодно. Капелька замерзает и становится твёрдой белой снежинкой, прямо как наша Старшая-Уважаемая. Но снежинка маленькая, а зима длинная, как и жизнь нашей Уважаемой. Когда с неба падают снежинки, — на улице очень тихо и спокойно, а Уважаемая как раз и следит за тем, чтобы у нас было тихо и спокойно. На языке моего народа зима звучит как «кыш». А апа — уважаемая. Вот и получается: Белая как зима спокойная уважаемая — Кыш-апа.

Понимаю, получилось малость сумбурно, но попробуй объяснить, почему именно так захотелось назвать старую гаргулью?

— Красива! — Харис аж глаза зажмурила, наверное, пытаясь представить сказанное. — Кыш-апа…

— Харис права, Карт, очень красиво. Благодарю вас за имя, — улыбнулась старая гарга, показывая, что рот ещё полон мелких, но крепких зубов. Мало мне одних кошмаров было?

— Рад, что понравилось.

Я принялся смотреть, чем занимаются другие обитатели моей избушки. Глюк под присмотром Акелы качался, геноцидя небольших крабов, заодно заново осваивая свой ненаглядный хопеш. Оружейник от него не отставал, используя для этого своё короткое копьё, с которым не расставался. Для приманки они в метре от воды накидали куски мелкой рыбёшки, и когда только наловить успели? Вот крабы, почуяв запах вкусняшки, похоже, устремились сюда со всей округи. А мумии с волколаком это только и нужно было. Что копьё, что хопеш мелькали в воздухе с завидным постоянством, а Акела ещё то и дело успевал комлем копья указывать на ошибки в стойке мумии. Пушистик с Блудом веселились чуть в стороне, чтобы не мешать старшим. Тоже пытались активно проредить крабовое население. Но тут им приходилось труднее, чем большим фармерам, — в отличие от мумии и волколака, мелкотне крабы могли оказать сопротивление, и активно этим занимались. Чем только ту раззадоривали ещё больше.

А где Клык? Где ещё может быть любящая плескаться кошка? Конечно, в море. Вон голова над водой показалась. Меня увидела и рукой помахала.

— Мой господин, идёмте купаться!

А почему бы и нет? Заодно и плаванье прокачаю. Но не успел я спуститься с крыльца, как возле меня оказалась мумия.

— Карт, я должен вам срочно кое-что рассказать, — своим фирменным безэмоциональным голосом сообщил мажордом. И я понял, что случилось что-то действительно серьёзное, раз Глюк лишил меня удовольствия окунуться в море. — По вашему указанию, я поговорил со старой гаргульей. Так вот, во дворе их замка вот уже несколько лет каждую ночь появлялась красная сфера размером с голову разумного… Есть ли она там сейчас, гаргулья не знает, — давно не смотрела на двор замка по ночам.

Красная сфера — это божественное испытание же?..

— Но есть одно но, — в замке и в его окрестностях очень много низший нежити: скелетов и зомби. Она даже видела пару мумий…

Глава 10

— Вот он — замок, — щёлкнул Фома, увеличивая кусочек карты на весь экран, проецируемый на стену. Хотя карта и была довольно приличного разрешения, увеличение до такого размера размыло некоторые линии, но всё равно картинку можно было разобрать…

Поначалу, я не думал приглашать хомо-суслика на это совещание, понимая, что если он сейчас не фармит около крыльца, то точно возится со своими новыми подопечными. Ну или просто на них медитирует. Была у нашего садовника такая привычка, — усядется напротив грядки на свой мохнатый зад и смотрит на траву не моргая. То ли просто видом наслаждается, то ли шаманит чего себе. В общем, не хотел отвлекать. Но как только мы дружной толпой, включая Клык и двух гаргулий, Первая-Старшая увязалась из-за своего врождённого любопытства, заверив, что и отсюда за периметром следить сможет, вошли в фойе избушки, наш штатный хакер вышел из зимнего сада. Видимо, мажордом позвал. Или ещё как почувствовал.

— Карт, — проговорил Глюк, когда я после его слов решил идти в кабинет и позвал их с Акелой, как главных консультантов. — А вы думаете разумно обсуждать планируемую операцию, а, зная ваш характер, вы точно уже решили туда наведаться, когда гильдийцы слушают, что происходит в Сердце Замка?

Тот факт, что в избушке находятся посторонние устройства, а ни мажордом и уже тем более домовой ни сном ни духом, — сильно напрягло эту парочку. Да и не только.

— Они что, видят, как я перед зеркалом кручусь? — ахнула фурри, широко раскрыв, итак, довольно большие глаза и, вроде как, немножко покраснев. — Бичура-бабай, что хочешь делай, но найди, как они это делают! Подглядывать нехорошо!

Полульвица озвучила мои самые сокровенные