Читать книгу - "Хаски и его учитель белый кот. Том 1 - Жоубао Бучи Жоу"

[11] 红莲 hónglián dìyù хунлянь диюй «ад алого лотоса» — самый глубокий уровень ада, где души вечно страдают от лютого холода.

Вспомнив об этом, Мо Жань невольно рассмеялся в голос.

Если подумать, то Чу Ваньнин со своим бледным лицом и белыми одеждами похож на призрак старой девы, явившейся из Преисподней по души нерадивых учеников. Да и где еще обитать злому духу, как не в Аду?

Голос Сюэ Мэна вторгся в его мысли:

— В твоем плачевном положении тебе хватает совести ухмыляться?! Быстрее доедай свой завтрак, и я отведу тебя на Платформу Шаньэ. Сегодня Учитель публично накажет тебя!

Мо Жань обиженно вздохнул и осторожно потрогал свежий шрам на щеке:

— Ай… больно!

— И поделом!

— Ох, даже не знаю, смог ли он исправить Тяньвэнь. Если нет, то, может, меня лучше как-то по-другому допросить, а то ведь неизвестно, что я опять могу наговорить.

Увидев, что Мо Жань, кажется, охвачен искренним беспокойством, Сюэ Мэн побагровел и гневно крикнул:

— Если ты опять собираешься на глазах у всех говорить непристойности Учителю, я прямо сейчас язык тебе вырву!

Мо Жань тут же прикрыл рот ладонью и замахал другой рукой:

— Не надо! Не нужно мне ничего вырывать! Если Учитель снова свяжет меня своей лозой, в доказательство своей непорочности я тут же покончу с собой[12].

[12] От переводчика: когда другие способы самоубийства по каким-либо причинам невозможны, а дальнейшее продолжение жизни может повлечь за собой потерю чести, в азиатских странах в древности существовал обычай откусывания языка (без спец подготовки такое не сотворить)].

Рано утром[13], согласно установленному порядку, Мо Жань был сопровожден для разбирательства на Платформу Шаньэ. Стоя на помосте, куда бы ни упал его взгляд, он видел беспокойное море из людей, одетых в темно-синюю с серебряной оторочкой форму и почти черную легкую броню учеников Пика Сышэн. На утреннем солнце, словно блики на воде, сверкали наручи и форменные пряжки на ремнях в виде львиных голов.

[13] 辰时 chénshí чэньши «час дракона» — время от 7 до 9 часов утра.

Мо Жань стоял на коленях на высоком помосте и слушал, как старейшина Цзелюй[14] зачитывает длинный список его прегрешений:

[14] 戒律 jièlǜ цзелюй «правила жизни».

— Ученик старейшины Юйхэна, Мо Вэйюй, не соблюдал законы, не слушал наставлений, не следовал правилам внутреннего распорядка[15] и утратил моральные принципы. За нарушение четвертой, девятой и пятнадцатой заповеди, согласно внутренним правилам ордена, ему назначено восемьдесят ударов палкой, сто раз переписать Правила, а также месяц запрещено покидать школу. Мо Вэйюй, у тебя есть возражения?

[15] 门规 ménguī мэнгуй — свод правил, обычно в духовных школах и буддийских монастырях.

Мо Жань взглянул на фигуру в белом вдали.

Ну конечно, на всем Пике Сышэн был только один старейшина, которому было позволительно не носить синюю с серебряной отделкой форменную одежду.

Чу Ваньнин явился одетым в белоснежные атласные одежды, поверх которых была тончайшая накидка из серебристого шелка, сияющая на солнце словно иней с Девятых Небес. В подобном облачении его учитель еще больше напоминал спустившегося на землю бесстрастного и холодного небожителя, чуждого этому миру. Он сидел довольно далеко, так что Мо Жань не смог ясно разглядеть выражение его лица, но был совершенно уверен, что на нем сейчас нет и тени эмоций.

Глубоко вздохнув, Мо Жань ответил:

— Нет возражений.

Следуя регламенту, старейшина Цзелюй спросил собравшихся на площади учеников:

— Если кто-то не согласен с вынесенным решением или ему есть, что добавить, говорите сейчас.

Собравшиеся внизу ученики топтались в нерешительности, обмениваясь растерянными взглядами.

Никто из них и представить не мог, что старейшина Юйхэн в самом деле способен отправить своего ученика на Платформу Шаньэ для публичного наказания. Если облечь этот поступок в красивые слова, то можно было бы сказать, что этот учитель суров, но справедлив, однако, если говорить начистоту, многие считали, что так мог поступить лишь бессердечный демон.

 Подперев подбородок рукой, с бесстрастным выражением лица бессердечный демон Чу Ваньнин восседал на своем почетном месте, ожидая завершения суда. Вдруг кто-то крикнул, используя технику усиления звука:

— Старейшина Юйхэн, этот старший ученик готов просить о снисхождении для младшего брата Мо.

— …О снисхождении?

Видимо, этот юноша решил, что раз уж Мо Жань приходится родным племянником уважаемому главе, то даже если он оступился сейчас, его все равно ждет блестящее будущее, а значит грех не воспользоваться случаем, чтобы снискать его расположение. Выйдя вперед, он с самым серьезным лицом начал нести полную чушь:

— Хотя младший ученик Мо поступил неправильно, обычно он всегда очень доброжелателен с людьми, дружен с соучениками и в меру своих сил старается помогать слабым. Прошу старейшину принять во внимание, что по природе своей он человек не злой, и смягчить наказание!

Очевидно, мысль использовать ситуацию, чтобы снискать расположение младшего братца Мо пришла не ему одному.

Постепенно у наказуемого появлялись все новые заступники, но доводы их были настолько нелепыми и странными, что неловко стало даже самому Мо Жаню… Откуда у него «душа ребенка и сердце, открытое для всего мира»? Они тут собрались для дисциплинарного наказания или чтобы петь ему хвалу?

— Старейшина Юйхэн, однажды младший брат Мо защитил меня от злых духов и своими руками обезглавил напавшего на меня страшного оборотня. Прошу зачесть это ему в заслуги для уравновешивания его неблаговидных деяний. Надеюсь, старейшина смягчит наказание!

— Старейшина Юйхэн, когда внутренние демоны атаковали меня, младший собрат Мо помог мне справиться с одержимостью. Я верю, что брат Мо совершил этот проступок в час, когда разум его помутился. Прошу старейшину учесть это и смягчить наказание младшему брату!

— Старейшина Юйхэн, некогда младший брат Мо даровал мне чудодейственное средство, которое спасло жизнь моей матушки. По сути своей он добрый и милосердный человек. Прошу старейшину смягчить наказание!

Довод следующего защитника был уже озвучен предыдущим оратором, и он не сразу смог придумать, чего бы еще такого наплести. Почувствовав на себе холодный взгляд Чу Ваньнина, молодой человек так испугался, что сболтнул первое, что пришло на ум:

— Старейшина Юйхэн, младший ученик Мо когда-то помог мне с двойным совершенствованием[16]…

[16] 双修 shuāngxiū шуансю «двойное совершенствование» — духовные практики, в основе которых лежит сексуальный контакт.

— Пф! — кто-то не смог сдержаться и прыснул со смеху.

Попавший впросак юноша тут же покраснел до корней волос и смущенно отступил назад.

Видя, что дело принимает дурной оборот, старейшина Цзелюй бросился увещевать разъяренного Чу