Читать книгу - "Повелители Подземелий - Юрий Анатольевич Здоровеющий"

быть постоянно настороже. Без защиты и оружия никуда. По одному старайтесь тоже не перемещаться. Минимум парой. И почаще оглядывайтесь. Ушки острее.

– И что? – загремел протестующий голос Лаэрта. – Я теперь буду, как харик, за каждым кустом прятаться? Или вздрагивать должен при малейшем шорохе?

– Нет, – уверенно отозвался мастер Юн. – Мы не кролики. Когда зуб загнил, что с ним делают? Его вырывают. Если «кукловод» так часто использует гильдию «Вольных Наемников», мы уничтожим ее. С корнем. На какое-то время оставим «вездесущего» без глаз и ушей. Хотя бы частично.

– Да! – подскочил «ЖИВОТинский». – Вот это по мне! Я капитан «Серебряного Грифона»! И я не собираюсь прятаться от какого-то вшивика.

– Он не вшивик, – серьезно и громко сказала валькирия. Кику встала и подошла к столу, за которым сидел Лаэрт. – Послушай меня. Послушайте все. Глава гильдии наемников далеко не слабак. Он негодяй по определению, но не слабак и не трус. Это я вам сейчас говорю. Вон и Кэтсу подскажет… Он очень хитрый. Ловкач еще тот. И в ПВП не нубас. Я видела своими глазами, как он работает. И еще. В гильдии больше ста сорока человек, привыкших грабить и убивать. Как и я когда-то, все там годами участвуют в ПВП, так что легкой победы не ждите. Среди наемников мало бойцов АОЕ. Единицы. Специфика. Зато пэвэпэшники... думаю, вы меня услышали. А ведь нам и предстоит драться именно в ПВП. В составе гильдии много очень сильных стрелков. Все они умеют хорошо прятаться, исчезать. Полно убийц с огромным опытом. Есть и валькирии. Кроме меня было четверо. Правда, все они послабее меня, но прокаченные. Есть два оборотня. Тоже отнюдь не подарки. Вот и думайте, каково вам придется. И последняя информация к рассуждению. В полном составе гильдию, если вы собираетесь смести их под корень, вы сможете застать только один раз в неделю. В понедельник вечером. С шести до восьми. В этот день все встречаются на общем собрании, потом расходятся по делам и по поручениям. И ночью, когда было бы выгоднее всего нанести удар, легко не получится. Забыли? Убийцы работают по ночам. Это в ваших гильдиях почти все игроки ночью выходят из игры. У наемников это не так. Минимум треть состава задействована. Правда, две третьих все-таки спят… Сейчас простите меня. Мне через четыре часа на смену. Я вынуждена выйти из игры. Не вовремя. Жаль. Но, надеюсь, не сегодня же все случится.

Кику тепло попрощалась с товарищами и ушла наверх в комнату. Следом встал Кэтсу. Его тоже давно ждали дома.

– Народ, – обратился ко всем Арвен. – Я понимаю, да. Тем, кому действительно нужно, идите. Но тех, кто может остаться, я прошу, останьтесь.

Так и произошло. Из числа «грифонов» в итоге присутствовали меньше двадцати человек. Кроме Кику и Кэтсу, в семье Ларуско ушли: Саса, Кантара и Хигаши Акиро.

Гарольду тоже утром нужно присутствовать на учебе. Хускарл так-то собрался, однако затягивал с выходом. Долго прощался с Миланой. Никак не решался, пока Мелкая не вытолкала здоровяка буквально силком. Для товарищей, наблюдавших со стороны, сценка смотрелась очень забавно, поэтому многие откровенно посмеивались.

Пока в зале стояла закономерная суета, Милка пересела на постоянное место напротив наставника.

– Очень хорошо выглядишь, – похвалил девчушку Юн. – Счастлива?

Милана скромно потупилась, слегка покраснела, потому что рядом сидели товарищи и прекрасно слышали разговор.

– Он хороший. Очень уверенный, честный и добрый.

– Тогда, что не так?

Рыжая бестия как-то замялась, ответила, снизив голос до минимума:

– Слишком стеснительный, а говорить совсем не умеет.

– Только с тобой, Мелкая, – улыбнулся Юн. – Не потому, что не умеет. Сама сказала, стеснительный. Увидишь, научится.

Вскоре проводы друзей завершились, но какое-то время в таверне висела напряженная тишина.

– Сто сорок человек? – задумчиво произнес Арвен, прервав затянувшееся молчание. – Если не ошибаюсь, самая многочисленная гильдия в Аркадии. Никогда бы не подумал, что столько подонков в игре собраны в одном месте.

– Не все там подонки, приятель, – возразил Юн. – Кику и Кэтсу, они что, подонки? Приходят в игру любители шпионских страстей. Вон тебе, Кику. Она в настоящей жизни голоса ни на кого не повысила. А тут? Проблема в том, что очень многие относятся к игре, как всего лишь к игре. Это мы с вами ведем игровую, но настоящую жизнь. Живем собственными моральными принципами и идеалами даже в сказочном мире. А многие рассуждают иначе. И их нельзя винить за инакомыслие, ведь от их неприглядных поступков в игре реального вреда обществу нет. Почему ж не развлечься? Не побыть «плохим»? Кому-то, наоборот, почему не возомнить из себя Робин Гуда? Многие так. А потом, если надоело или поняли, что превратились в кого-то не того, просто уже не имеют выхода. Время потрачено. Средств на прокачку ушла куча с горой. Аватара жалко терять, а добровольно и не уйдешь. Мести собратьев боятся, а для остальных они «красные». Вот и сидят до упора. Как Кэтсу… И все же их нужно уничтожить. И именно ночью. Тем более ночью! Раз их так много, и они настолько сильны, то атаковать, пока две третьих гильдии спят. Зачем рисковать своими людьми? Впрочем, мне кажется, без потерь тут не обойтись.

– Это неправильно, – прозвучал неуверенный голос из глубины зала.

Голос принадлежал амазонке из пати Илоны, одной из сестер-близнецов, а именно: черноокой Таните.

– Неправильно что? – спросил Юн.

– Убивать ночью спящих, – ответила девушка. – Мы сами становимся похожими на них. Я не хочу быть грязным убийцей.

– Тебя никто и не заставляет, – отозвалась Татьяна. Усмехнулась и обратилась к Виоле. – Ее бы в Харкинстоун.

Теперь «грифоны» уставились в сторону другой амазонки, которую многие из них лицезрели впервые. А Таня поднялась, вышла в проход, встала так, чтобы ее хорошо рассмотрели, и заговорила:

– Чистюля, значит? А по мне – размазня. Мораль тебя беспокоит? А мне вот плевать. «Вор должен сидеть в тюрьме, и людям все равно, каким образом я его туда упрячу»! Цитата из одного хорошего фильма. И мне, и Юну, и Виолке тоже плевать, кто именно: заблудшая овечка или матерый подонок воткнет нож в спину Илонке, Арвену или тебе самой. «Вор должен сидеть в тюрьме»! Там его место, сестричка. Угрызения совести в данном случае засунь себе… сама знаешь, куда. Или я не права?