Читать книгу - "Горечь потерь - Александр Олегович Анин"

***

— Я в ателье! — на ходу бросив фразу, Любава исчезла за дверью квартиры.

Налив себе ещё чаю, Сполох намазал бутерброд с маслом и заполировал этим всем ранее съеденные котлеты. Нужно было опять отправляться в горы, делать там себе уютную квартирку, собирать друзы с аметистом, а если попадётся, то и другие красивые камни, и ставить на поток производство металлических монет, ну и что-то ему подсказывало, что с ателье Любава Агеевна придёт с просьбой достать ещё такой ткани, поскольку нужно пошить платье сестре, да и девочки-швеи слёзно просят поделиться.

Для интереса, создав плетение, он понаблюдал за скоростью преобразования эфира в ткань и не заметил разницы между работой на площадке и тут, на планете.

Сполоснув за собой кружку, он прихватил с вешалки куртку и телепортацией переместился в горы.

***

Остаток дня Глеб провёл в горах. За это время было всего одно оповещение. На площадке продавали железы какого-то таузула. Интереса этот лот не вызывал, поскольку знаний у него откровенно было с гулькин нос. Он бы был рад приобрести какую-нибудь книгу по теории магии, но даже весь функционал торговой площадки для него оставался тайной. Можно ли там делать объявления, что хочется купить или нет? Чем осуществляется оплата за использование торгового места? Ведь даже оповещение о появившихся лотах требует каких-то усилий и энергетических затрат.

День вышел плодотворным. Для начала он добыл пару ядер дара тверди, обеспечив этим себе приличный объём пространства в недрах скалы. Ему оставалось укрепить своды магией, обеспечить свет, тепло и воду с вентиляцией, но в первую очередь наладить изготовление денег, так как любое жильё будет требовать наполнения, да и воздухом питаться у него особо не получается. А потом был сбор камня.

***

Дома ждал горячий ужин. Любава была в приподнятом настроении и бросала на него многозначительные взгляды, только при сестре ничего не говорила.

Дождавшись, когда они останутся на кухни одни, она не удержалась и решилась выговориться.

— Твоё кольцо — это просто фантастика! Я себя так хорошо не чувствовала никогда в жизни.

— Главное, чтоб об этом знало как можно меньше посторонних. — ответил Глеб.

— Ну, ты мать-то за дуру не держи! — с напускным возмущением проговорила Любава.

— Ошибки все совершают. Я вот тебе ткани выдал, а потом подумал, что дурак.

— Ткань знатная, меня в ателье сразу замучили, где купила, а нет ли там ещё, и всё такое. Умела бы сама шить, с удовольствием бы избежала таких расспросов.

— Можно материалы магией сращивать, но это надо кроить уметь.

— Правда? Научишь?

— Кроить?

— Нет, сращивать.

— Если только через электрический щит… — пошутил Глеб.

— Б-рр! — передёрнуло женщину. — Не, на такое я не согласна, даже при наличии твоего кольца. Даник, а ты какие ещё кольца умеешь делать?

— По форме — любые. Могу фигурки животных делать…

— А по содержанию? — перебила его Любава.

— Малое, среднее, полное исцеление, универсальный переводчик, детектор лжи. — ограничил он список.

— Оу! А у меня какое из трёх лечебных?

— Самое сильное. — ответил Глеб.

— Спасибо, сын. Я оценила. У нас в серванте в сервизе лопнутая чашка. Склеишь?

— Неси.

— А если кольцом касаться других людей, исцеляться будут?

— Да, но оно не моментально действует. Впрочем, ты ведь сама всё ощутила.

— А как ты это всё узнал? Ты же не сразу после удара током.

— Память прошлых жизней.

— И ты в прошлом был магом?

— Очень логичный вопрос.

— Извини, просто мне интересно.

— Понимаю, но знаний у меня мало, поэтому я тогда и сорвался на торговую площадку при тебе.

— За тканью?

— Нет, за знаниями. Я обменял плетение по производству ткани на кольцо с исцелением.

— Покажешь, как это работает?

— Любишь чудеса?

— Обожаю! — призналась она. — Слушай… А ты поэтому так спокойно принял то, что тебя осенью заберут в армию?

— И поэтому тоже. Просто там, между воплощениями, ничего не имеет значения. И когда ты это всё помнишь, то страха нет.

— Но ты не хочешь, чтоб об этом знали. Боишься?

— Ты на отца посмотри. У него вообще жизнь есть? Только работа.

— Ну, так у нас роботов нет, чтоб вместо нас работали.

— Я не уверен, что если появятся роботы, что жизнь сильно изменится. Вполне могут устроить другую крайность.

— О чём ты говоришь?

— О подходе к жизни. Если люди у власти считают остальных обслуживающим персоналом, то ничего не изменится. Просто сейчас отец валится с ног от усталости на работе, а будет валится с ног от беготни в её поисках. Вот я не знаю, кто у нас у власти, поэтому и не хочу, чтоб про меня много кто чего знал.

Ты вот медик. Можешь освоить массаж, и твои ручки будут считать золотыми.

— Из-за кольца?

Глеб кивнул.

— Как проявить себя мне, я пока не знаю. Лето отгуляю, пойду в войска. Потом уже буду думать.

— А камень? Ты ведь можешь стать скульптором.

На столе появился читающий книгу медведь, который перевернув страницу, проговорил:

— Много ли скульпторов нужно стране, мадам?

— Обалдеть! — тихо восхитилась Любава.

— Можно, но тихо. — ответил ей мишка и вернулся к чтению книги.

Глеба вполне устраивало то, что он будет иногда развлекать маму Даника, а она с энтузиазмом будет его подкармливать и заботиться. А на утро он снова отправился в город, чтоб собрать созданную артефактами мелочь и начать заполнять свою норную квартиру необходимыми вещами.

***

Работать на производствах от него никто не требовал и, пользуясь этим, Сполох погрузился в изучение купленных плетений, познание магии эфира и обдумывание, как он сможет использовать свои умения, если завтра война.

Для начала он решил проверить, на какую дальность могут бегать его ожившие творения. В принципе, оказалось неплохо. Каменный солдат был послушен его воле на восемьдесят шагов. Вроде ерунда, но когда тебе нужно штурмовать окопы противника, то лучше доверить это профессионалам, которые пройдут мины, которые одной своей массой выиграют любую рукопашную схватку. Которые без страха войдут в блиндаж и в бараний рог скрутят в нём всех. Из минусов контролировать он мог всего одну фигуру и по времени мог делать это всего один час в сутки. Эфир это поглощало со страшной силой, а каналы