Читать книгу - "Рассветный вор - Джеймс Баркли"

За пределами треугольника, образованного рынками, ближе к порту гудела, лязгала и грохотала ремесленная часть города. Здесь обжигали, пилили, отливали и ковали, создавая домашнюю утварь и снаряжение для кораблей. А в промежутках между увеселительными и торговыми заведениями, конторами и мастерскими жили люди. Одни прозябали в нищете, другие купались в роскоши, но это были крайности; в большинстве своем горожане Корины были людьми среднего достатка.

Пустив лошадей шагом, Вороны направились к западному рынку, на северной окраине которого и располагался постоялый двор «Скворечник». Улицы были забиты народом, домашней скотиной и телегами. Здесь можно было купить все что угодно — от тончайшей дорогой ткани, привезенной из далеких эльфийских земель, до гончарных, железных и стальных изделий, вылепленных, обожженных, отлитых и выкованных в гончарных и литейных цехах Корины и Джадена. На каждом шагу встречались харчевни, за редким исключением грязные и убогие. Единственным языком торговли являлся язык денег валюты, и всюду в солнечных лучах поблескивали, переходя из рук в руки, бронза и серебро.

К счастью, торговый день заканчивался, и основной людской поток двигался от рынка. Но мощенная булыжником площадь по-прежнему была плотно заставлена телегами и повозками; уговоры тут были бесполезны, и отряд, выстроившись в колонну по одному, змейкой потек к «Скворечнику».

Сын Томаса, Роб, как все юноши, испытывающий благоговейный трепет перед воинами, принял у них лошадей и повел на конюшню, а усталые Вороны вошли в дом.

— Привет, мальчик! — из-за стойки бара поприветствовал Безымянного Томас. Он неизменно называл Воителя именно так, объясняя это тем, что «Безымянным» может назвать только незнакомого человека. В большом зале с низким потолком и дубовыми колоннами были по кругу расставлены тридцать столов. Бар располагался прямо напротив входной двери, и его изогнутая стойка тянулась через все помещение. Слева от бара были двери на кухню, на второй этаж и в заднюю комнату, а справа — камин. Остальные три стены были заняты книжными полками. Книги и мягкий свет ламп создавали в зале уютную атмосферу. Как обычно, в этот час «Скворечник» был заполнен примерно на четверть.

— Привет, Томас, — сказал Безымянный усталым голосом.

Высокому лысеющему Томасу было около пятидесяти лет.

— Идите в заднюю комнату, — сказал он. — Я принесу вина, пива и кофе. Марис сейчас разожжет камины. Я… — Он обвел взглядом Воронов и умолк. Потом посмотрел на Денсера и нахмурился. Безымянный кивнул, подошел к бару и положил руку на плечо своему компаньону.

— Сегодня вечером здесь будет попойка. Нам нужно многое отметить, многое вспомнить и оплакать Раса.

Больше ничего не было сказано; Вороны прошли в заднюю комнату, по очереди приветствуя Томаса кивком или улыбкой.

В задней комнате над камином висела эмблема Воронов с короткими перекрещенными мечами, у дальней стены, рядом с двойными дверями стоял длинный роскошный стол на семь мест и изысканные мягкие кресла и диваны. Вороны опустились в кресла, а Денсер остался стоять, не зная, куда ему сесть. Наконец он направился к простому, обитому красной материей стулу, который стоял у самого камина.

— Только не туда, — остановил его на полпути голос Талана. — Там всегда сидел Рас. Если хочешь, сядь на диван Томаса. Он возражать не станет.

Денсер сел на диван.

— Ну а теперь, — сказал Безымянный, поворачиваясь к магу, — первым делом решим наши дела. Когда мы сможем получить причитающееся нам вознаграждение?

— Как я уже объяснял Илкару, сначала амулет будет исследоваться, и только потом мы станем искать покупателя.

Однако минимальную цену можно установить прямо сейчас, и я могу предложить вам пять процентов от нее. Скажем, вас устроит двести тысяч чистым серебром?

Безымянный быстро обвел Воронов взглядом. Возражений не было.

— Вполне. Наши деньги хранятся в Центральном резервном банке. Ты должен внести эту сумму на наш счет в течение недели.

Денсер поднялся.

— Я внесу ее завтра. А теперь прошу извинить меня, мне нужно принять ванну.

Он повернулся, чтобы уйти, но Безымянный остановил его:

— Где ты собираешься жить?

— Я еще об этом не думал.

— Скажи Томасу, пусть приготовит комнату. Я предоставляю ее тебе бесплатно.

— Это очень любезно с твоей стороны, спасибо. — Денсер попытался за улыбкой скрыть смущение, но этому ему плохо удалось.

— Когда приведешь себя в порядок, приходи выпить с нами. В конце концов, мы будем пить на твои деньги. Как стемнеет, встретимся в баре. — Денсер кивнул. — Еще одно. Илкар? «Предсказание», будь добр.

Илкар кивнул. С добродушной улыбкой он встал и подошел к Денсеру.

— Что такое? — насторожился Денсер.

— Ничего особенного, — ответил Илкар. — Это очень распространенное заклинание. Я просто проверю твою честность. Когда я прикоснусь к тебе, сразу же ответь на мой вопрос «да» или «нет».

Эльф закрыл глаза и пробормотал короткое заклинание. Потом он правой рукой провел у себя перед глазами, губами и сердцем и опустил ее на плечо Денсеру.

— Будут ли внесены двести тысяч серебром на счет Воронов в Центральном резервном банке в течение недели, начиная с сегодняшнего дня?

— Да.

Илкар открыл глаза, подошел к двери и распахнул ее:

— Увидимся вечером.

Денсер вышел. Илкар закрыл дверь и сердито взглянул на Безымянного.

— Хочешь, чтобы мы дали ему еще что-нибудь? Может, предоставить ему право использовать кровь воспитанников Джулатсы для восполнения маны?

Безымянный промолчал.

— Я ему не доверяю, — сказал Хирад.

— Как ты считаешь, почему он остановился здесь? — спросил Безымянный.

— И дело не в деньгах, — словно не слыша, продолжал размышлять вслух варвар. — Предсказание говорит, что он их заплатит. Но он слишком охотно согласился заплатить нам слишком большую сумму. Подумай, за такую работу нам обычно платили по две тысячи каждому.

— Как ты считаешь, почему он остановился здесь? — повторил свой вопрос Безымянный. — Если он хочет вовлечь нас во что-то, я хочу знать, во что. Вот поэтому, Илкар, я и пригласил его вечером выпить с нами.

— Думаешь, будет беда? — спросил Талан.

— Нет. — Безымянный откинулся на спинку кресла и вытянул ноги. — Но все равно лучше нам нацепить короткие мечи — и сегодня вечером мы сделаем это не только из-за уважения к памяти Раса.

— И отныне нам придется носить их все время, не только сегодня, не так ли? — Илкар вытащил пробку из бутылки и налил себе бокал вина.

— И мне. — Сайрендор попросил жестом Илкара плеснуть и ему. Эльф передал ему свой бокал, а себе налил другой.

— Теперь, когда блеск серебра померк, вы забеспокоились? — Илкар снова опустился в кресло. — Зитеск опасен, он намного опаснее, чем кажется. Это, конечно, особый разговор, но я ни за что не поверю в то, что Денсер рассказал нам об амулете.