Читать книгу - "Сбежавшая истинная для дознавателя - Юлианна Винсент"

— похлопала меня по плечу Настя, когда мы подошли к небольшому столику в углу и встали так, чтобы каждый мог осматривать свой кусок зала. — Дети тебя любят, а ты любишь их. Ты был бы прекрасным отцом.

— Так, давай поговорим об этом на следующей сессии, хорошо? — остановил я нашего местно психотерапевта. — Мы здесь собрались абсолютно по другому поводу.

— Кстати, да, — Дэмиан поднял на меня удивленные глаза, будто только что проснулся. — А по какому поводу мы тут собрались?

Я посмотрел на друга недовольно.

— Вы мое прикрытие, — пояснил я.

Гор, который в это время как раз решил отпить из бокала с шампанским, чуть не поперхнулся:

— Кто? — переспросил он. — Прикрытие? Вьер, не хочу тебя расстраивать, но для прикрытия обычно берут с собой одну, ну максимум двух, красивых девушек. А не две глубоко женатых семейных пары.

— А я и взял с собой двух красивых девушек! — с этими словами, Настя с Риной взяли меня под руки, мы дружно показали этим оболтусом языки и отправились приветствовать прибывающих гостей или, как говорила Настя, прошествовали на круг лицемерия.

Неделю назад временно исполняющий обязанности короля (вот уже почти десять лет как) Дрэдфилда — Теодор Брэйв — вызвал меня на приватную беседу. И поведал грустную историю о том, что его нагло шантажируют информацией о том, что где-то у него есть ребенок, от которого он отказался.

— А я не отказывался, — поправляя военный камзол, сурово поведал мне мужчина. — Да, молодость была у меня бурная. А у кого ее не было? Но я всегда был осторожен в данных вопросах. У меня только один ребенок — моя гордость Кристиан и других детей у меня нет.

— Это я уже понял, господин Брэйв, — напомнил я о своем присутствии. — Какая помощь требуется от меня?

— Мне нужно, чтобы ты проверил эту информацию, — прочистив горло, ответил Теодор и протянул мне довольно увесистую папку. — Вот, я подготовил список возможных матерей.

Мои брови взлетели вверх от удивления быстрее, чем я успел их проконтролировать.

“Вот говорил мне Горнел, — вспомнил я про себя слова друга. —Учись держать лицо, иначе твоя карьера частного детектива продлится не очень долго!”

— Что-то нетак? — уточнил Брэйв, видя мое удивленное выражение лица.

— Нет-нет! — поспешил я убедить его в обратном. — Я все проверю и как соберу информацию, доложу.

— Я же могу рассчитывать, — голос мужчины стал тише. — Что наш разговор останется в тайне?

— Естественно! — подтвердил я. — Конфиденциальность клиента — первое правило частного сыска.

— Я знал, что могу на тебя положиться, Ксавьер! — скупо улыбаясь, проговорил бывший советник.

Я вышел из резиденции короля немного разочарованным. Когда три года назад друзья предложили мне открыть частное детективное агентство, я представлял себе это совсем по-другому.

Я думал, что буду ловить преступников и вершить правосудие. А по факту оказалось, что я каждый день копаюсь в чужом грязном белье. Расследую кражу цветочных горшков, слежу за мужьями, что изменяют своим женам, а потом и за этими же женами, которые в отместку изменяют мужьям, выясняю, кто главный вандал Дрэдфилда и тд.

Горнел предлагал мне и должность в Отряде Теней и стать преподавателем в академии, но я отказался, потому что не хочу быть вечным нахлебником.

Я понимал, что восстановить некогда богатый и уважаемый род Моро будет непросто, но я не думал, что настолько.

Как говорит Настя:“У всего есть своя цена, друг! Это — твоя за пятнадцатилетнее скитание”. Я даже не спорил. Понимал, что сам идиот. Натворил дел, теперь расхлебываю. Ладно хоть сестра меня простила. И друзья приняли обратно в семью. Значит, я еще не сильно потерян для общества.

И даже согласились отправиться со мной на задание. Ну как согласились? Они то просто на бал ехали. На бал, на котором собралась половина женщин из списка господина Брэйва.

И этот бал был прекрасной возможностью выяснить, имеются ли у них дети и насколько сильно они похожи на Теодора.

Вот только я тогда еще не знал, какой сюрприз мне готовит этот бал.

Глава 3

Глава 3

Лилит Легран

Годы скитания помогли мне нажить себе ряд полезных знакомых, к которым я и планировала обратиться, чтобы достать пригласительный на бал.

И каково же было мое удивление, когда взглянув в список приглашенных, который любезно мне предоставил один из таких знакомых для того, чтобы я выбрала под чьей фамилией поеду на бал, я обнаружила там имя своей покойной маменьки.

Видимо, те, кто составляли список, были не в курсе ее кончины и это было очень выгодно для меня.

— Сделай меня Вивьен Легран, — сказала я невысокому мужчине в забавных круглых очках, отдавая небольшой мешочек с золотыми монетами.

В ответ мне понимающе кивнули и сказали приходить ближе к вечеру за пригласительным.

Я отправилась прикупить бальные туфли, потому что их у меня, как выяснилось после ревизии шкафа, не оказалось.

Собрав все необходимое, к вечеру я, наконец-то, вернулась в свой пустой дом. Зайдя в дверь и не услышав звонкое:

“Мамочка, ты велнулась!” — сопровождаемое быстрым топотом детских ножек моей маленькой лохматой непоседы, я позволила эмоциям немного пробраться в мое сердце и голову.

Опустилась в кресло, почувствовав, как силы покидают меня, а по щекам текут горячие слезы. Раскисать было нельзя, но и выдерживать это бесконечное напряжение я тоже уже не всегда могла.

Я это называла “жизнь на полусогнутых”, когда ты в любой момент готов сорваться с места и побежать, потому что тот, кто тебя преследует, добрался до тебя.

Я ненавидела себя за эту слабость. Я должна быть сильной ради Софии. Ради моей малышки, которая появилась в моей жизни настолько неожиданно и перевернула все с ног на голову, что я больше не представляла свою жизнь без нее.

Она была мудрой не по годам и всегда внимательно смотрела на меня своими невероятно красивыми глазами, цвета насыщенного изумруда.

“Мамочка, мы всегда есть длуг у длуга!” — говорила она мне перед сном, крепко обнимая меня за шею.

Я смахнула непрошенные слезы, встала с кресла и пошла готовиться к балу.

Дорога до дворца оказалась дольше, чем я рассчитывала, но это дало мне время морально подготовиться ко встрече с отцом, которого у меня никогда не было.

Где-то