Читать книгу - "Господство клана Неспящих. Сборник - Руслан Алексеевич Михайлов"

передних позициях танк, а за ним… а вот с момента «а за ним» начинались различные вариации. Но без самого первого пункта, без толстого танка, все эти вариации не имели ни малейшего смысла.

Убедившись, что остальная часть «буклета» посвящена растениям и камням, я вновь сложил бумаги и убрал их в мешок.

Поднялся, тронул ногой вновь вырубившегося Тирана – не волк, а чертов соня! – поднял его на руки, и зашагал к толпящемуся вокруг магазинного прилавка народу. Игроков много – поэтому и взял волчонка на руки, чтобы не затоптали. Все мельтешат, спешат, опаздывают… и это мне на руку – никто особо не приглядывается к чужим никам.

Продавцов было ажно три и, учитывая количество клубящихся вокруг игроков, их едва хватало.

О! Я ошибся – продавцов было четыре, просто последний стоял у самого края стола и был игроком, а не «местным»! Но он на равных с «местными» принимал и отпускал товар, свободно запуская руку в общий денежный мешок, бросая и доставая монеты различного номинала. Это какой же уровень репутации надо иметь, чтобы получить полное доверие всегда подозрительных и осторожных торговцев «местных»?

Максимальный? Пятнадцатый? Наверняка. До одинадцатого-двенадцатого уровня добраться еще относительно легко, а дальше уже начинается не геморрой, нет, дальше начинаются тяжкие попытки, сравнимые по сложности с попыткой найти Святой Грааль в реальном мире! И с теми же шансами. Но уж если добился такой репутации, то доверие в данной локации становится почти абсолютным.

С трудом удержавшись от изумленного свиста, я покосился на одежду игрока-продавца и понимающе кивнул. Еще один из Алого Креста. Понятно.

Покосившись на заветные сапоги – выглядевшие весьма внушительно и тяжеловесно, – я ткнул в них пальцем и, с трудом перекрикивая общий гомон, спросил у торгующего «местного»:

– Уважаемый, какая цена за сапожки?

– Четырнадцать серебрушек, добрый человек, – не глядя на меня, отозвался торговец.

Столько у меня было. Вот только не с собой, а в личной комнате.

Попытаться? Почему бы и нет…

– Уважаемый! – вновь начал я. – Тут такая напасть – я кошель с деньгами прихватить забыл, а сапоги ну очень надо! Не поверишь на честное слово? Ты мне сапожки дай, а я денежку через пару часов принесу. А? Что скажешь?

– Хе, мил человек, – хмыкнул торговец, отсчитывая сдачу и по-прежнему не поднимая на меня глаз. – Если кажному прохожему верить, то по миру с сумой пойдешь – милостыню клянчить. Ты уж не обессудь за отказ, но…

– Но все же! – перебил я его. – Немногого ведь прошу.

– Слушай, не мешай работать, а? – попросил меня игрок-продавец, стряхивая с белого плаща с алым крестом налипшую листву. – Не даст, сам ведь знаешь? А раз знаешь, то и не напрягайс…

В этот момент «местный» наконец поднял глаза и рассмотрел мое лицо. Сработало «опознание», и на его лице мгновенно засияла улыбка:

– Погодь-ка! Росгард? Не иначе ты!

– Ага, – поспешно кивнул я. – Росгард. Он самый.

– А я и не рассмотрел сразу! Уж не серчай – сам видишь, сколько дел навалилось. Держи сапоги, добрый Росгард, – передо мной плюхнулась пара сапог. – А насчет платы не переживай и не спеши почем зря – занесешь, как деньги появятся. Не к спеху.

– Не понял, – медленно произнес игрок, смотря на меня уже совсем другим взглядом.

– Может, еще чего надо? Мясца аль флягу? И факелов в избытке – цельную связку могу дать, – не унимался тем временем торговец.

– Не, спасибо, – поблагодарил я. – Только сапоги нужны. От всего сердца спасибо! Обязательно отдам деньги!

– Говорю же – и не переживай даже, – отмахнулся «местный» и, пожелав удачи, вернулся к своим делам.

– Не понял, – повторил забывший о торговле Алый Крест. – У тебя сколько репы? И что это за щенок такой?

– Репы нет, у меня только редька, – горестно вздохнул я и, запихнув сапоги подмышку, развернулся и потопал прочь. – А щенок породистый – помесь таксы с пекинесом!

– Рр-ры?! – удивился Тиран, скосив на меня взгляд.

– А может, еще и от барана пара генов затесалось, – пробурчал я.

– Рр-ра! – в рыке почувствовалось возмущение.

– Ладно, ладно, – поспешил я успокоить обидевшегося волчонка. – Шутка. Ты у меня злой и страшный серый волк! Но вот папаша твой – тот еще козел! Ну, в пещеру, однако?!

– Рр-ра!

– Рр-ра, значит, рр-ра! – согласился я. – Вот только в одну харю я туда соваться передумал. Найдем группу и вперед!

– Козел? – раздался у меня над ухом гулкий бас. – От оно как бывает…

Вздернув голову, я ошарашенно уставился на нависшую надо мной громадную фигуру.

В шаге от меня стоял Грим собственной персоной. Слава всем богам – одетый. И улыбающийся. Правда, меня только от одной его улыбки холодом продрало. Вроде улыбка и добрая, но такая многообещающая!

Ма-а-а-ма….

– Давно не виделись, добрый друг Росгард, – еще шире улыбнулся Грим, щурясь в последних лучах закатного солнца, нагнулся, взглянул на волчонка поближе. – А кто папа-то будет? Нешто и правда, козел?

– Эт-то… – сипло проблеял я.

– Шучу, шучу, – весело прищурился Грим, хлопая меня по плечу своей ручищей. У меня ажно колени подкосило от такого дружеского удара. – От козла только козел и народится, травку жрать да рога таскать на башке своей дурной. А по этому детенышу сразу видать – тем еще волчарой вырастет. Значит, и папаша у него волк знатный, матерый. Верно?

– Ага, – кивнул я. – Еще как верно! Тот еще волчара! М-матерый…

До зубовного скрежета хотелось добавить «позорный», но неимоверным усилием воли я сдержал свой болтливый язык. И так уже лишнего брякнул. Но откуда здесь Грим?!

Словно услышав мой безмолвный вопль, Грим задумчиво почесал бороду и произнес:

– Не поверишь, друг Росгард, но меня сегодня будто волшебством каким сюда потянуло! Прямо в голову втемяшилось! Не стал противиться и вот! Встретил доброго друга! Разве ж плохо?

«Будь проклято это волшебство!» – мысленно проорал я, вслух произнеся совсем другое:

– Совсем неплохо. И я тоже рад встрече с тобой, Грим.

– Посидим, поговорим? – предложил Грим, кивая в сторону импровизированной торговой лавки. – Может, здесь и винца доброго купим, чтобы глотки пересохшие смочить. Да и пиво сойдет, коли свежее да хорошо сваренное!

– Во рту у меня и правда пересохло, – машинально ответил я чистую правду и, опамятовавшись, заюлил. – И рад бы, да не могу, добрый Грим!

– Что так? – с легкой обидой произнес великан.

– Хоть и рад я безмерно встрече с тобой, – перешел я на высокопарный стиль. – Но негоже мне сейчас вино пить да праздные речи вести. Сюда не забавы ради явился я – а ради избавления местной деревушки от напасти страшной, от тварей