Читать книгу - "Вор и Книга Демона - Дэвид Эддингс"

— Вот именно. К тому же, когда мы уладим некоторыеформальности, они оба проснутся хорошо отдохнувшими. В следующий раз, когда выбудете говорить с Креутером, можете поднять этот вопрос.

— Это могло бы решить многие проблемы, верно? —согласился Халор. — А что это за разговоры по поводу ночных кошмаров?

— Вам что-нибудь снилось сегодня ночью, сержант? —спросила его Двейя.

— Что-то приснилось, — признался Халор. —Какая-то бессмыслица, но сны всегда такие.

— Нет, сержант, в этом был смысл, — не согласиласьДвейя. — Очень большой смысл.

— Что еще задумал Генд? — в некоторомзамешательстве спросил Бхейд. — Я думал, он пытается изменить прошлое, носон этой ночью был о будущем, ведь так?

— Наверное, он немного отчаялся, — задумчивопроизнесла Двейя. — С видениями прошлого ему не слишком повезло, и ячувствую, что здесь сильно попахивает недовольством моего братца. Думаю, Гендсилой пытается навязать нам какой-то ультимативный вариант развития событий.Оперировать будущим — дело весьма рискованное. — Она обернулась и спросилаЛейту: — Тебе удалось прощупать мысли Гелты во время этого сна?

Лейта кивнула.

— Многое из этого было просто комедией, — ответилаона. — Гелта добавила кое-что, чего на самом деле не было. Война шла длянее не так успешно, как утверждалось в сновидении.

— Насколько я понимаю, вы все уже не в первый развидите один и тот же сон, — сказал Халор.

— Злые люди, мистер Халор, пытаются играть нашимимыслями, — ответил ему Гер. — Этот Генд вставляет нам в сны всякиеглупости, которых на самом деле не было, чтобы мы поверили, что этодействительно было. Но тот сон, который мы все видели сегодня ночью, был не опрошлом, как остальные сны, которые мы видели раньше. Думаю, события в немпроисходят спустя примерно месяц после сегодняшнего дня.

— Как ты пришел к такому выводу, Гер? — спросилБхейд.

— Листья на деревьях за окнами той залы, где Андинавалялась на полу, были красными. Разве это не значит, что дело происходитосенью?

Халор прищурил глаза.

— Значит, они были красными? — сказал он. —Это означает, что все это должно произойти месяца через полтора.

Он посмотрел на Двейю.

— И это никак нельзя изменить? — спросил онее. — Или этот Генд может опять проскользнуть туда, посыпать землю снегоми заставить нас пересмотреть этот сон?

— Не думаю, что он посмеет это сделать, сержант, —ответила она. — Опасность прыжков во времени в сновидениях заключается ещеи в возможности парадокса. Если в одно и то же время в одном и том же местепроизойдут два совершенно разных события, реальность начнет распадаться, а мыэтого никак не хотим. Изменять прошлое довольно безопасно, если не заходитьслишком далеко. С изменением будущего все обстоит совсем иначе.

— Но ведь прошлое уже произошло, Двейя, — возразилБхейд. — Его нельзя изменить.

— Это и не нужно, Бхейд, — ответила она. —Сновидения изменяют только наши воспоминания о прошлом. В реальном мире Гелтаникогда не обретала полной власти над Ансу. Она завоевала троны примерно шестикланов Ансу, шагая по трупам, но затем оставшиеся кланы объединили свои силы ипобедили ее. Она уже шла на плаху, когда Пехаль спас ее. Однако она вспоминаетоб этом иначе. Она верит, что ей удалось подчинить себе весь Ансу, а чтобы всев Ансу поверили в то же самое, Генд, конечно же, использовал сновидения. Вотпочему ансу напали на Векти, когда она им приказала.

— Кто-нибудь тут что-нибудь понимает? — жалобноспросил Элиар.

— Все не так уж сложно, Элиар, — сказал емуГер. — Все эти сны — всего лишь трюки, не более того.

— Наверное, лучше всего рассматривать их именнотак, — согласилась Двейя. — Все немного сложнее, но “трюк” — довольноточное слово, если говорить о сновидениях в прошлом. Однако на этот раз Гендпытается проникнуть через нас в будущее.

— Как мы можем это предотвратить? — спросилаАндина.

— Думаю, нам не нужно этого предотвращать,дорогая, — с нежностью ответила Двейя. — Полагаю, нам надо лишьпоиграть с этим сновидением.

— Нет! — взвился ввысь голос Андины. — Я небуду кланяться перед этой рябой скотиной!

— Ты не понимаешь, Андина, — сказала ейДвейя. — Насколько я помню, Кинжал сказал тебе: “Повинуйся”, когда ты егоувидела?

— Но это никак не могло означать, что я должнаповиноваться Гелте!

— Значения слов, написанных на Кинжале, немноготуманны, дорогая. Элиару было приказано: “Веди”, но это не означало, что ондолжен командовать армией. На самом деле это означало, что именно он долженоткрывать двери. Лейте было сказано: “Слушай”, но она слушает не ушами. Когдатебе было сказано: “Повинуйся”, Кинжал дал тебе средство, чтобы уничтожитьГелту.

— Я не буду этого делать! Я лучше умру!

— У тебя нет такой возможности, дорогая. Тебе это можетне нравиться, Андина, но ты должна это сделать.

— Полагаю, вы можете уладить эти мелкие дрязги безмоего участия, — предположил сержант Халор. — А я лучше пока пойдувзглянуть на эти три города.

— Потерпите несколько минут, сержант, — сказалАльтал. — Я хочу поговорить со Смеугором и Таури. Думаю, пора бросить тудакое-какие силы, чтобы приостановить вторжение.

Он кинул взгляд на Лейту.

— Тебе лучше пойти с нами, — сказал он ей. —Прежде чем спустить эту парочку с цепи, я хочу знать в точности, о чем онидумают.

— Да будет так, как ты повелеваешь, о великийвождь, — ответила Лейта, приседая в нарочито глубоком реверансе.

— Может, хоть ты поговоришь с ней, Бхейд? —попросил Альтал. — У меня и так голова забита, так что в моей жизни полнорадостей и без всех этих уловок да подмигиваний.

— Ну что ты, Альтал, — сказала Лейта в притворномудивлении, — как ты можешь так говорить.

Альтал и Лейта шли по тихим коридорам Дома в сторонуюго-восточного крыла, и Альтал по ходу объяснял ей кое-какие особенности дела.

— Он не видят ни стен, ни пола, Лейта. Они думают,будто они в Кагвере — в горах.

— Как это тебе удается, Альтал? — спросиласветловолосая девушка.