Читать книгу - "Когда пришел волшебник - Инна Шаргородская"

…Обратный путь на Землю состоял из ряда стремительных телепортаций – на знакомую лужайку с поющим кустом шиповника; в пустынную вечернюю Шемору, к дому с деревянным чертиком, что служил ориентиром для перехода в Маго; на остров Кортуну, к особняку губернатора Аселя…

Там они немного задержались, пока кавалер ван Хорн вызволял магическим путем Вероникины вещи – одежду и сумку с ключами от квартиры.

Капитан Хиббит забыл о своем обещании вернуть перед возвращением домой ее собственность. В последние минуты ему, конечно, было не до этого… Зато белокурый асильфи помнил все – даже то, как выглядела сумочка Вероники, не говоря уж о наряде, что и позволило ему незаметно для губернаторских домочадцев телепортировать их прямо сказочнице в руки.

Затем был холм над Козирингой, переход на земное кладбище, и наконец все трое очутились на Шпалерной улице.

Там они и распрощались.

Кавалер ван Хорн вновь принял облик Антона и сразу же покинул своих спутников, вежливо пожелав им удачи.

А Михаил Анатольевич после его исчезновения озабоченно сказал Веронике:

– Я обещал капитану Хиббиту присмотреть за вами, и право, не знаю, как теперь быть. Дома меня ждут с нетерпением, чтобы отправиться наконец на море… детей обманывать нехорошо. Может, поедете с нами? Сразу же и к занятиям приступим!

– С удовольствием, – ответила Вероника. – Завтра съезжу за Максимкой… – Тут она запнулась, вспомнив, что в сумочке у нее лежит одна-единственная сотня. Только до мамы и доехать…

– Билеты – не проблема, вы же знаете, – сказал, догадавшись о причине ее замешательства, Овечкин. – Созвонимся с утра, и я помогу вам забрать ребенка.

– Спасибо, – вздохнула она. – Михаил Анатольевич… как вы думаете – они не соврали? Что-то мне тревожно…

– У капитана Хиббита очень хороший друг, – он опять понял ее с полуслова. – Даже если они и впрямь разыграли небольшой спектакль, чтобы вас успокоить, все же, думаю, обойдется без крайностей. Капитана слишком ценят в его ведомстве… кто станет лишать памяти и депортировать такого работника!

– Спасибо, – снова вздохнула Вероника. – Значит, до завтра?

– До завтра!

И Михаил Анатольевич растворился в воздухе, пользуясь отсутствием прохожих, которые могли бы это заметить, – вечер возвращения оказался таким же дождливым, как и утро, ставшее началом их долгих приключений…

Вероника побрела домой – медленно и неохотно, не обращая внимания на дождь.

Ей казалось сейчас, что все пережитое было всего лишь волшебным сном, который закончился навсегда. Подумаешь, горе – дождичек…

Она не торопясь поднялась по лестнице на свой этаж, долго копалась в сумке, ища ключи. Отперла дверь, бросила на стул в прихожей пакет с одеждой. Скинула успевшие промокнуть сандалии. Прошла босиком в гостиную.

Подняла руку, нашаривая на стене выключатель. И забыла нажать на кнопку, пораженная внезапно мучительной и сладостной болью в сердце.

На столе посреди комнаты ярко светились в темноте три белые розы – первое чудо Кароля…

…В одно мгновение перед ее мысленным взором пронесся целый ряд картинок – вот, еще совсем незнакомый, он сидит напротив и хвалит ее кофе… говорит: «Специально для вас» и поет… потерянно смотрит на нее, одетую в дивное синее платье… хохочет, запрокинув голову… удивленно вскидывает брови… наклоняется к ее губам…

Кароль!..

«Да? – немедленно откликнулся он. – Что случилось?»

«Ты… меня слышишь?» – изумилась Вероника.

«Еще бы! Ты кричишь как сумасшедшая! Что стряслось?»

«Ничего, – пролепетала она. – Я хочу тебя видеть…»

«Правда?.. Сейчас буду».

«Ты же под арестом?..»

«Сбегу!»

«Как?»

«Как-нибудь да сбегу, не сомневайся. Ты действительно хочешь меня видеть?»

«Очень!»

«Жди».

Он отключился – Вероника поняла это, ощутив на мгновение пустоту и холод, уже испытанные однажды после мысленного разговора с ним. Их сменила радость, которой, как казалось ей еще минуту назад, в ее жизни больше никогда не будет…

Свет в гостиной она так и не зажгла. Постояла немного, пытаясь собраться с мыслями. Но не сумела.

И тогда она засмеялась и заплакала. И отправилась в кухню – варить кофе на двоих…