Читать книгу - "Сердце меча - Ольга Чигиринская"

— Ах вы каской драться! — прорычал Нейгал, выбираясь из-под стеклянного сугроба и выпуская последние две пули по отходящим бойцам штурмовой команды, которые успели разобраться, где чьи ноги и подхватить агрегат. Дик высадил в них еще очередь — но слишком короткую: кончилась кассета.

Сет-Карл заменил ее.

— Сейчас снова пустят в ход «василиски» — Нейгал сунул ружье выползающему из коридора Сету, и тот начал перезаряжать. Дик хотел оставить пока свою обойму, расстрелянную только чуть больше, чем наполовину, но увидел, что Призрак отдает свою и забирает у Сета полную, и сам поступил так же. Правильно: в следующей стычке недостача патронов в обойме может оказаться роковой, а так — Сет и Актеон дозарядят их до конца…

— Пой, — велел ему Нейгал.

— Что? — не понял Дик.

— Да что угодно, хоть псалом, лишь бы слова повторялись и музыка была живой!

Дик растерялся. Он мало знал таких песен на астролате — больше на нихонском и аллеманском. Но тут с троекратным звонким хлопком в стену манора впились три «василиска» и Дик заорал одну из развеселых песен Джеза — про Талэмский рынок. Снова нахлынул мутный ужас, подобно океанской волне, поглощающей города, но они сумели вскочить на хребет волны, и, отбивая ритм кулаками по стенам, на узкой, хлипкой досточке боевого куража, песни и ненависти пронестись над бездной. Когда Дик дошел до последнего куплета («А я пью — не напиваюсь, бью — и не бываю бит; а я сплю с чужой девчонкой, а моя ни с кем не спит!») — Нейгал даже засмеялся.

— Проехало! — крикнул он и изготовился к стрельбе.

Из темноты разрывными ударил пулемет, каменная крошка полетела во все стороны, и если бы не доспехи — все защитники манора были бы изранены и истекли кровью. По приказу Нейгала Дик не открывал ответного огня — в снежном месиве противника очень трудно было бы выцелить. Кроме того, нельзя было стрелять, не приоткрыв защитное поле пушки — верная смерть для стрелка. А поле пожирало энергоресурс батареи…

Четверо штурмовых бойцов снова появились из снежной мглы, на сей раз с ними был пятый — он шел впереди, нацелив ствол пулевика-автомата на бойницы галереи.

— Не стрелять! — сипло скомандовал Нейгал. — Теперь подпустим их чуть поближе.

Башня молчала под огнем прикрытия. Пятерка подошла почти вплотную к воротам. Нейгал дождался конца свистопляски и крикнул:

— Давай!

И они с Призраком одновременно бросили вниз гранаты.

Импульсная граната тоже создана не для того, чтобы убивать, а для того, чтобы сбивать противника с ног мгновенно возникающей сферой силового поля. В Империи похожими гранатами пользовались в основном полицейские, если требовалось разогнать толпу. Как они оказались у десантника Нейгала, для чего их использовали Бессмертные — Бог весть.

Нейгал усилил убойный эффект, облепив каждую гранату со всх сторон металлической мелочью. Из штурмующих снова получилась «куча мала», в которую Нейгал, Дик и Ионатан начали всаживать выстрел за выстрелом. Им, кажется, и на этот раз не удалось никого убить — но противник снова открыл огонь издалека, и пришлось залечь.

— А вот сейчас нам достанется по-настоящему, — сказал Нейгал. — Когда станет совсем плохо — прикуси перчатку.

От резкого «Бззз-банг!» «василисков» Дика замутило. Нейгал снова заорал, отбивая ритм прикладом и сапогом, какую-то речевку «Бессмертных», и Дик подхватил ее — но за первым «василиском» пошел второй, третий, и песни умолкли, задохнулись. В глазах у Дика темнело, сердце бухало панически, а внутренности словно смерзлись в комок. Он с трудом удерживался на сиденье стрелка, под забралом было душно и он сорвал шлем, а потом вспомнил совет Нейгала и закусил перчатку. Актеон всхлипывал где-то там, в коридоре, Сет-Карл, стуча зубами, пытался перезарядить пустой магазин. Нейгал дышал часто, и сквозь сипение выдавливал с каждым выдохом:

— Держаться, вашу мать! Держаться… Это еще… не смерть… это всего лишь… твое мясо… так отвечает… на этот звук! — он выстонал еще какое-то матерное слово и замолчал. Казалось, пытке не будет конца. Шлем выпал из рук юноши и с легким хрустом покатился по стеклянной крошке.

Дик не помнил момента, когда сам почувствовал эту крошку щекой. Он не потерял сознания, просто «поплыл», и не сразу понял, что уже лежит на боку и, хотя все видит и все понимает, не в силах подняться. Его голова находилась у самых ног Призрака-Ионатана, который сидел, прислонившись к балюстраде спиной и откинув голову назад. Нейгала от падения удерживало только то, что кидо сам по себе способен сохранять устойчивость, даже если хозяин в нем обмякнет.

«Ну, где же наши!» — Дик хотел сказать это, но не хватило дыхания. — «Где Рэй с Тенью, мы же погибаем здесь!»

* * *

На клифф они взлетели при помощи скалолазной лебедки, пристрелив крюк в сорока метрах над головой. Динго очень не понравилось въезжать наверх в «беседке», но ничем, кроме сдержанного рычания, он свое недовольство не обозначил. Он был очень умный кос.

Внизу гремел бой. Рэй слышал частые одиночные выстрелы, видел сквозь метель вспышки силового поля, отражающего пули и плазму, и клял себя за медлительность. Движение по клиффу вдоль обрыва ночью, в метель, требовало огромной осторожности и от морлоков, и от коса, хотя все трое превосходно видели в темноте. По счастью, двигаться нужно было недалеко: метров сто к северу, чтобы зайти рейдерам в тыл.

— Этти, — позвал его Тень. Этти, «извращенец» — так оба его называли. Рэй разозлился.

— А сам-то ты теперь кто?

Тень-Давид оскалился.

— Я это сделал ради господина.

— А я — ради Господа. Так что не смей звать меня извращенцем, понял? Меня зовут Рэй Порше. Что у тебя здесь?

Давид показал ему свой маленький сканер. По сканеру выходило, что ровно под ними находятся две машины — большая и маленькая.

— Их катер, — сказал Давид. — И наш глайдер.

У Рэя появилась идея.

— Возьмем глайдер, — сказал он.

— Что?

— Один из нас возьмет глайдер, пробьется на нем к воротам и убьет, скольких сможет. У капитана и мастера Нейгала мало боеприпасов, они не справятся с тяжелой пехотой. А на глайдере можно убить человека в кидо. Почему я должен это тебе объяснять? А я постараюсь захватить катер.

— А Моро?

Рэй показал на Динго.

— Кос найдет его и порвет ему глотку. Или ты на глайдере его раздавишь.

— Почему я?

— Потому что я не знаю местности.

Давид немного подумал, а потом кивнул:

— Да.

Они дождались нового штурма, пристрелили к скале крюк и начали стремительный бесшумный спуск.

* * *

— Огонь ведут трое, — сказал Джаргал. — Один за пушкой, двое перемещаются от бойницык бойнице. А мы насчитали сколько — вроде, пятерых?