Читать книгу - "У каждого свои недостатки - Дарья Гусина"

Содержимое сумки удручало. Искусственный воздух, вода многократной очистки – в условиях космических судов кожа быстро сохнет и стареет, а мне нечего капнуть на стянутое после душа лицо. Попросить у Демидова его мужской арсенал? Нет уж! Придется действительно совершить набег на запасы леди Сибиллы. Открытые баночки трогать не буду, а от чего-нибудь с дозатором не откажусь. Я вытащила ящик целиком и взгромоздила его на кровать. Да, леди Драммонд знала толк в косметике. Чего стоит один крем со слизью улитки, живущей только на Новой Индонезии! А это кокосовое суфле для локтей сделано на Старой Земле?! Сколько же оно стоит? Жаль, что все эти яркие, декоративные штучки для глаз, бровей и губ из коллекции леди Си мне, в силу нынешних обстоятельств, не понадобятся. Хотя, кто знает…

Я нашла в шкафу пустой контейнер и начала складывать в него отбракованные баночки и пузырьки, содержимого которых, по моему мнению, могли касаться пальчики Сибиллы. Микки-Маус, заскучавший в углу, запросив разрешение, полез на кровать и принялся помогать. Он быстро уловил принцип работы: все, что имеет открытый доступ к содержимому – в утиль. Дело пошло быстрее. Иногда робот застывал в сомненьях и требовал точных указаний.

– Нет, это оставь, – говорила я. – Помою и буду в нем что-нибудь хранить… Хорошая коробочка, ты прав, отложи.

– Я рад, что ты такой общительный.

Я вздрогнула. Увлекшись, я не заметила, как открылась бесшумная дверь каюты. На пороге, прислонившись к косяку, стоял Демидов:

– Полчаса одиночества, и ты уже разговариваешь с роботами. Чем вы тут занимаетесь?

– Вот, – растерянно сказала я, опуская новенькую баночку с кремом в «утиль». Микки-Маус возмущенно заверещал, не одобряя нарушение алгоритма. – Избавляемся от всякого… хлама.

– Ну-ну. Тебе, – Кир протянул мне прозрачную пластину дорогого комфона. – Чтобы не приходилось каждый раз самолично отдавать приказы. Громкой связи на яхте нет, только тревожные сигналы по каютам. И, кстати, настрой индивидуальный доступ на двери.

– Зачем? – ощетинилась я.

– У меня иногда бывают гости. С нашей «легендой» всякое возможно. Вдруг какой-нибудь пьяненькой девчонке захочется на спор перетянуть тебя в лоно истинной любви. Понимаю, ты был бы не против, но в ближайшие три месяца забудь. Конспирация прежде всего.

– Какие еще девчонки?! То есть вы сами…?! – возмутилась я.

– А что я? Я же не обещал, что ограничусь «односторонним движением». Это ты – страстно влюбленный в меня мальчик без особых перспектив. А я птица вольная. На людях будем изображать пару, а на своем корабле хозяин я. Старт через десять минут. Не выходи из каюты до окончания прохода через «торс-канал».

Дверь бесшумно встала на место.

– Нет, ты слышал это, Микки? – обратилась я к своему неожиданному помощнику. – Одностороннее движение, приказы отдавать, каково?!

Робот повел левым «ухом» – то ли разделял мое возмущение, то ли извинялся за поведение хозяина.

…У меня странная реакция на гиперпространство – после него я долго чешусь, вся. Врачи говорят, это нервное, вот только почему-то от микроинъекции антигистамина мне сразу становится легче.

Отправившись за лекарством и поплутав по коридорам, я вышла, наконец, в доселе не изученную мной часть «Каллиопы». Какое-то время меня вел за собой умненький Микки, сразу понявший приказ «Медотсек. Показать дорогу», но на полпути робот-уборщик, видимо, получил сигнал от Пайка или судовой системы и свернул куда-то в технический отсек.

Яхта была велика. Я нашла камбуз, оранжерею и медотсек. Звучащие совсем рядом голоса заставили меня сбавить шаг. Где-то неподалеку разговаривали Кир и Пайк. Я повернула за угол и спряталась в нише.

Медотсек на "Каллиопе" был просто роскошным и состоял из аптечного хранилища и БАМС – бортовой автономной медицинской системы, очень дорогой штуки, оборудованной разнообразными диагностическими прибамбасами и хирургическим комплексом. Вот куда бы я не хотела попасть! Внутри БАМС меня вмиг раскусят.

Я побывала в этой штуке лишь раз, когда после своей благополучной Нью-Лукки заболела гриппом на "Монмартре". У парней был иммунитет на этот штамм, а у меня не было. Марку было пофиг. Парни еле уговорили его дать мне неделю больничного. К счастью, у Стива были друзья на пассажирском лайнере, оборудованном БАМС, и он отвез меня к ним в порт в полубессознательном состоянии. Помню свое общение с компьютерной системой-медиком, говорящей приятным женским голосом. В меня впрыскивались, втирались и вливались лекарства, и мне было хорошо. И все же полностью выздоровела я только через две недели. Наверное, даже когда люди станут бессмертными и научатся перемещаться в пространстве силой мысли, старый недобрый грипп отправится с ними покорять дальний космос.

–… обложили, как зверя, – услышала я голос Демидова.

– Вы очень ценный зверь, Кирилл Петрович, – отозвался камердинер.

Они говорили на ориенте, и я все понимала.

– Ты тоже. Не забывай об этом, Пайк, – Демидов помолчал..

– Я все время об этом помню. Однако вы обещали мне некоторую свободу в определенном деле, Кирилл Петрович, – мягко возразил слуга, – и я намерен и дальше пользоваться этой свободой.

– Хм, не знаю, – Демидов вздохнул и чем-то позвенел. – Ты говоришь, что я не слишком осторожен. А сам? Зачем было открываться при мальчике?

– Сэм – очень умный мальчуган, а мои… особенности двум зорким глазам не заметить трудно.

– Очень зорким, – согласился Кир со смешком.

– Надеюсь, ваш договор сработает наилучшим образом. Сэм – хороший мальчик.

– Ты к нему очень проникся, насколько я успел заметить.

– Он напоминает мне вас в этом возрасте. Вы были немногим моложе, когда мы впервые встретились.

– Мне было шестнадцать.

Странно. Мне почему-то показалось, что Пайк – это один из тех родовых слуг, что принято покупать в богатых семьях при рождении ребенка. Я осторожно высунулась. Пайк, раздетый до старомодной майки, с присосками по плечам и груди, сидел на краешке операционного стола. Возле него стоял Демидов. Молодой человек держал в руках сканер и смотрел на экран, следя за столбиками красных и зеленых цифр. Мне очень не хотелось выходить из своего укрытия. Казалось, что БАМС исподтишка наблюдает за мной, угрожающе сияя своей стерильной белизной. Может, плюнуть на аллергию и перетерпеть?

Меж тем разговор продолжался. Я бы многое отдала, чтобы понять, почему от невинного, в принципе, обмена фразами у меня тревожно щемит в груди.

– Показатели в норме, – сказал Демидов. – Что у нас дальше по плану?

– Тот ваш человек на Нью-Маркете. Кажется, у него есть информация.

– Нью-Маркет? Отлично! Парня нужно приодеть.

– Я помогу Сэму с покупками.

– Рад. У тебя отличный вкус. Мне нужно, чтобы мальчишка выглядел на все сто! Как ты думаешь, Пайк, это сработает? Так, как с Сибиллой?