Читать книгу - "Тридевятое царство. В когтях белого орла - Денис Новожилов"

– Давай по порядку, – распорядился Колыван.

– Купец новгородский Садко.

– Еще не прибыл, скоро будет, – махнул рукой хозяин тайного двора со своего места, – давай дальше.

– Низложенный великий хан Великой степи Картаус, – зачитал боярин следующего в списке, – челом бьет.

– Это как раз я, – вышеназванный выступил вперед и поклонился, – челом бью, заверяю в самом своем лучшем расположении.

– Излагай просьбу, – кивнул Полкан.

– Да нет у меня никаких просьб, – развел руками бывший хан, – это я вам скоро понадоблюсь. Вот и зашел показаться, что тут я, всегда готов.

– Совсем никаких просьб?

– Раз вы спросили… нет ли тут у вас дворца на продажу? Я человек скромный, согласен на три сада и пять фонтанов.

– Нет, такого у нас нет.

– Варварская страна, – вздохнул Картаус, – ну хотя бы павлинов можно попросить?

– Нет у нас павлинов, – растерялся Полкан, – закажи купцам, привезут. Только плати.

– Всенепременно так и сделаю, – поклонился Картаус, – разрешите откланяться.

– Подожди, – подал вдруг голос Колыван, – а чего это ты говорил о том, что нам скоро твоя помощь понадобится?

– Ну как же, – удивился степняк, – когда к вам из степи войско повалит, тут уж чем-нибудь да пригожусь.

– Откуда знаешь, что степь на нас войной пойдет?

– Всенепременно пойдут, уж я-то их знаю.

– Так это все пока вилами на воде писано.

– Это написано кровью защитников Шамаханского царства – вот тут царица шамаханская приема ждет, спросите у нее.

– Пока на рубежах спокойно, – доложил Михаил Поток.

– Пока спокойно, – с улыбкой согласился Картаус, – когда станет нужно, зовите, я здесь.

– Если будет нужно, – с нажимом произнес боярин Полкан, – обязательно позовем.

– Обязательно позовете, – легко согласился степняк и, поклонившись, отступил назад.

– Шамаханская царица принять просят, – зачитал следующее имя из списка глашатай.

Не имея ни малейшего плана, как ей действовать, Будур вышла вперед.

– Приветствую весь киевский двор и особенно великую княгиню Алену Владимировну, – поклонилась всем Будур.

– Здравствуйте, – вежливо ответила девочка на троне.

– Как вы уже слышали, в наше царство пришла беда: орды степняков предали огню и мечу наши города. Взываю к вашему милосердию, к добрососедским отношениям, которые были у наших государств, – прошу защиты и отмщения.

– Это вы предлагаете нам на Великую степь войной идти? – нахмурился Колыван.

– Разбойники и убийцы должны быть наказаны, и чем раньше это произойдет, тем проще будет с ними справиться.

– Возможно, вы не заметили, но у нас тут война идет, – против нее выступил тот, на кого она рассчитывала больше всего, – киевский воевода.

– И, между прочим, на стороне бунтовщиков выступают берендеи, столь долго находившиеся на вашей службе, – добавил хозяин тайного двора угрюмо.

– Берендеи мне не подчиняются, – вздохнула царица, – я бы и сама была рада, если бы их воинство осталось на защите моих рубежей, но они бросили наше царство в самый тяжелый момент.

– Вот подлые! – вырвалось у Аленушки, но она тут же затихла под неодобрительным взглядом Полкана.

– Воистину так, прекрасная княгиня, – согласилась Будур, заметив, как зарделась юная правительница.

– В любом случае идти войной на степь сейчас невозможно, – выступил Колыван.

– Тем более на нас они не нападали. Со степью у нас мир.

– Это ненадолго, – попыталась уверить собравшихся царица, – вы не видели эти полчища, они не успокоятся, завоевав лишь наше царство – и ваше тоже в страшной опасности.

– У нас война, – напомнил Михаил Поток, – Святогор не собирается сдаваться. Чернигов не взят, берендеи где-то готовятся ударить.

– Верно, – согласился боярин Полкан, – сочувствуем вашему горю, но война еще и со степью нам сейчас вовсе не нужна.

– Нам бы войны с новгородцами избежать… – нахмурился Колыван. – Где же Садко?

– Здесь Садко, – аккуратно расталкивая собравшихся, вперед вышел новгородский купец.

Шамаханская царица, раздосадованная неудачей, отступила. Вот кого стоило бы обольстить, но что-то в тяжелом взгляде вошедшего подсказало Будур, что и здесь ей ничего не светит.

– Это что же делается, – начал без всякого приветствия Садко, – в Смоленске наше посольство перерезали самым наиподлейшим образом. Нарушив все договоренности. Моего лучшего друга убили, мою невесту. И что я узнаю́? Оказывается, сотворившие это злодейство варяги признаны Киевом как законная власть.

Садко выглядел одновременно грозно, но и печально. По нему было видно, этот человек перенес тяжелую потерю.

– Варягов необходимо покарать, – высказался Колыван, – на злодейства им никто разрешений не давал.

– С варягами Даниил вел дела, – осторожно заметил Полкан, – у него на них какой-то свой план был.

– Ну и где этот ваш Даниил? – сердито бросил Садко. – Пусть покажется, поговорим.

– Приболел, – вздохнул боярин.

Повисла неловкая пауза. Никто не решался открыто выступить против Даниила, даже больного, потому как в его планы лезть было опасно, а нарушать их – тем более.

– Так что́, князья-бояре, – снова взял слово новгородец, обводя всех тяжелым взглядом, – что вы мне ответите?

Все собравшиеся отводили взгляд, купцу искренне сочувствовали, но ссориться с Даниилом желающих не находилось. Аленушка пыталась поймать взгляд хоть кого-то из взрослых, чтобы понять, как ей действовать, но все только задумчиво молчали.

– Надо бы выздоровления Даниила дождаться, – неуверенно заметил Горностай.

– Кто в Тридевятом царстве правит – Даниил или великая княгиня? – рассердился Садко. – Ваш Даниил, как говорят, уже больше месяца недужит. Вы мне сколько ждать предлагаете? Да и зачем мне ваш Даниил, у меня к галицкому княжеству вопросов нет. У меня со смоленским княжеством вражда, а возможно, теперь и со всем Тридевятым царством. Вот я и спрашиваю у великой княгини – на чьей стороне будет Киев: на стороне обидчиков наших или нашу правду примет. Я жду ответа.

– От меня? – Аленушка неуверенно поерзала на троне, она попыталась что-то прочесть на лицах своих обычных советчиков, но те молчали. Взгляд юной княгини упал на баюна, но и тот равнодушно пожал плечами, мол, ваши человеческие дела мне неведомы.

– Так что́? – снова поторопил Садко.

– Я знаю, что делать, – наконец решилась юная княгиня, – велите позвать пророка.