Читать книгу - "Ворожея. Практика в провинции Камарг - Елена Помазуева"

– Куда воду поставить? – вежливо поинтересовалась, поняв, что спасения пока не предвидится.

– Где тебе удобно, – последовал ответ. – И начинай обтирать парня – настойка уже практически готова. Особенно тщательно промой сгибы локтей и ног, чтобы удалить пот. И про пах не забудь – в нем как раз концентрируется черная хмарь и оттуда расползается по всему телу.

– А почему именно там? – уточнила я.

– Потому что потовые выделения там самые сильные, – услышала в ответ.

Ничего не оставалось, как вернуться к кровати и начать смывать пот с кожи больного. Шея, грудь, плечи, руки, особое внимание к внутренней части локтевого сгиба – я старалась делать все тщательно и старательно. Только вот никак не могла дождаться, когда же Броссар придет на помощь и возьмет на себя деликатный момент.

– Хорошо стараешься! – похвалил Броссар. – Теперь обтирай дальше, воду и тряпки не жалей.

Вздохнув, принялась протирать живот, то и дело замирая из-за того, что придется делать дальше. Наставник на помощь не пришел, серебряная лопаточка все еще тихо позвякивала в колбе. Пришлось сделать над собой усилие и приступить к мытью остального тела.

Надо сказать, что рисунки в учебнике по целительству были очень схематичными. Наглядное пособие, представшее передо мной сейчас, весьма отличалось по размеру от того, что мы с девчонками разглядывали с веселым хихиканьем. Мужской орган невольно привлекал все мое внимание, и щеки полыхали так, что казалось – еще немного, и кожа начнет облезать обгоревшей коркой. Хорошо, что на мне защитная маска и никто не видит алеющего лица. Пальцы не слушались, руки дрожали, а противное позвякивание за спиной раздражало все сильнее.

– Готово? – Голос Броссара показался слишком громким.

– Д-да, – сглотнув, сипло ответила я.

Такого испытания в моей жизни еще не было! Даже закралась мысль: а может, ну ее, эту практику? Вот зачем мне все это? Стоит ли свое дело таких душевных терзаний?

– Отходи в сторону, – подойдя ко мне, распорядился наставник. – Возьми колбу и держи рядом со мной, будем лечить парня.

– Он… поправится? – тихо спросила я, перехватывая из его рук металлический держатель.

– У него теперь нет другого выбора. Придется выздоравливать, чтобы посмотреть на девушку, что за ним ухаживала, – отчего-то веселым голосом произнес Броссар.

Я насупилась. Развлекается он! Мне такое пришлось пережить за последние минуты, а ворожей в этой ситуации усмотрел только смешное. Надеюсь, что наш больной никогда не узнает о моем участии в его исцелении. Желать чего-то худшего не позволяла совесть. В конце концов, он ведь не специально подхватил смертельную заразу ради того, чтобы создать для меня неловкую ситуацию!

Отвернулась, стараясь держаться от насмешника на расстоянии, и добилась лишь того, что капля горячего отвара капнула на бледную кожу молодого человека, отчего тот болезненно застонал.

– Конечно, если ты не убьешь его раньше, практикантроп, – тут же отреагировал Броссар. – Встань ближе!

Послушно подошла вплотную, чувствуя небольшие угрызения совести. Все же мы сейчас спасаем больного. А разобраться с невоспитанным ворожеем могу после того, как вырвусь из душной комнаты, насквозь пропахшей ароматическими палочками. В храмах их зажигают специально, чтобы предотвратить распространение болезней по воздуху. В них содержатся антисептические вещества, убивающие заразу.

Броссар смачивал тягучей темно-коричневой жидкостью кусочки корпии, прикрепленные к самому кончику серебряной лопаточки, а затем смазывал проступившие характерные пятна черной хмари. Каждое касание сопровождал чтением заклинания, усиливающего действие лекарства. Он делал все это так ловко, что казалось – нет ничего сложного. Отец говорил, что мастера всегда можно отличить именно по этому признаку – если, наблюдая за человеком, тебе кажется, что ты и сам мог бы справиться, то это говорит о его профессионализме. Для мэтра выполнение работы никогда не кажется сложным. А вот если кто-то вздыхает, рассуждает о трудностях и каких-то невероятных препятствиях в своем деле, то лучше держаться от этого профана подальше. Специалисту своего дела все удается легко, просто и быстро. И сейчас я, наблюдая за тем, как действует Броссар, понимала, что он высококлассный целитель, который в состоянии справиться даже с черной хмарью.

Как и говорил наставник, основные центры распространения черных пятен находились на сгибах локтей, под коленками и в паху. Уверенными, точными движениями Броссар обрабатывал очаги болезни, не отвлекаясь ни на что вокруг. Впрочем, тишина стояла такая, что слышалось даже потрескивание свечей, расставленных в комнате для того, чтобы дать достаточно света. Окно задернуто плотными шторами, дабы черная хмарь по воздуху не просочилась в город. Сизый дым от ароматических палочек плыл вокруг волнами, придавая ощущение нереальности происходящему.

Броссар смазывал каждый участок кожи сосредоточенно, не говоря ни слова. Стоять рядом с ним было утомительно еще и потому, что я боялась сделать что-то не так, а спрашивать опасалась, чтобы не отвлекать.

– Молодец, – с удовлетворением в голосе неожиданно произнес он.

– Я старалась, – отозвалась, испытывая невольно чувство благодарности.

– Я не тебе, – вскинул Броссар на меня взгляд.

Глаза блеснули насмешкой. Наверняка и губы скривились, но их видно не было – защитную маску Броссар тоже надел. Благодарность за то, что оценил мои старания, как ветром сдуло.

– Парень молодец! Столько времени продержался, не впадая в беспамятство, – пояснил Броссар и вновь повернулся к пациенту.

– Вы хотите сказать, – медленно заговорила, осознавая смысл услышанного, – что он все это время был в сознании и понимал, что это я его раздеваю?!

В полном шоке поднесла ладонь к лицу и прикрыла рот, почувствовав на губах ткань маски.

– Сознание было затуманено, голосовые связки опухли. Но он точно понимал, что здесь происходит, – спокойным тоном сказал Броссар, а потом насмешливо добавил: – Теперь, как честная девушка, ты просто обязана взять его замуж.

– Что? – опешила я еще больше.

– После того, что между вами произошло, это самое разумное, – пояснил он, добивая меня окончательно.

– Я… вы же сами сказали, – пытаясь подобрать слова, с запинкой произнесла я.

– Я целитель. Для меня в порядке вещей лечить больного. Это ты заботишься о правилах, так что тебе их и выполнять. – Все это он произнес без тени насмешки.

Только отчего-то казалось, что в этот момент он самым натуральным образом развлекается за мой счет. Нет, ну в самом деле! Броссар заставил меня раздеть молодого человека, обработать его тело, а теперь еще и говорит о правилах приличия! Он в определенной степени прав: ситуация, когда девушка видит обнаженного мужчину, трактуется однозначно. Но я ведь лечила его! И ничего неприличного не делала!