Читать книгу - "Вулкан Капитал: Орал на Работе. 18+ - Игорь Некрасов"

— Ну что за бред, Карин. Сейчас же ночь. Жука нет. Давай спать уже.

— Подожди, то есть если бы «дрочка» намечалась, то уже спать не хотел бы? — не унималась она, подпирая подбородок рукой и смотря на него с хитрой улыбкой.

Игорь, окончательно выбитый из колеи, сдался.

— Карин, что ты хочешь-то от меня, честно? Что бы я просто сидел с тобой и пил вино?

Карина отпила вина и улыбнулась уже по-другому — более спокойно и по-доброму.

— Да ничего такого. Просто давай посидим. Мне скучно, а теперь ещё и интерес появился к твоим… жизненным приоритетам. Давай обсудим, что важнее: сон или секс с соседкой? Чисто в исследовательских целях.

Она подвинулась на кровати, давая ему место. Игорь посмотрел на неё, на стакан в её руке, на тёплый свет ночника. И понял, что спать он теперь вряд ли будет.

Он тяжко вздохнул, плюхнулся на кровать рядом с ней и взял свой бокал.

— Ладно. Давай обсуждать, но только если мы будем закусывать это вино моими пельменями. А то я начал чувствовать голод.

— Твои пельмени закончились, — констатировала Карина с фальшивым сожалением. — И вообще, холодильник пустой, завтра надо идти в магазин. — она вдруг оживилась. — О, точно! У меня вроде где-то был банан!

— Нет-нет, стой! — Игорь замахал руками, с ужасом вспомнив её недавний стрим с бананом. — Вино с бананом я есть не буду. Это уже слишком… экстремально.

— Ну тогда ладно, — Карина снова устроилась поудобнее, пригубив вино. — Теперь давай о серьёзном. То есть ты, выходит, бесстыдник, хотел воспользоваться ситуацией с беззащитной соседкой, которую напугал ужасный жук-убийца, и просто так её трахнуть, да?

Игорь фыркнул, но в его глазах плескалась улыбка. Он понял, что она не злится, а играет.

— Во-первых, «бесстыдник» — это громко сказано. Во-вторых, какая же ты беззащитная, если с дезодорантом, как с газовым баллончиком, пришла ко мне? А в-третьих… — он сделал глоток вина и посмотрел на неё прямо. — Мы говорили о дрочке, и в целом да, хотел. Потому что ты красивая. Потому что ночь. И потому что ты сама сказала, что хочешь расслабиться. А я, как великодушный, самый добрый сосед в мире и невероятно сострадательный человек, просто решил тебе в этом помочь! — Игорь развёл руками с театральным пафосом. — А ты, не оценив моих высоких душевных порывов, обвиняешь меня в бесстыдстве! Я тут, можно сказать, жертва обстоятельств и твоего коварства! — он закончил с наигранно-скорбным видом.

Карина сначала откровенно опешила от такой наглой подмены понятий, а потом расхохоталась.

— О боже! То есть это я теперь коварная соблазнительница, которая жуками пугает, чтобы добрых соседей в свои сети заманить? — она подмигнула ему. — Ну что ж, раз я такая опасная преступница, тебе бы надо бежать от меня, пока не поздно, а не вино допивать.

— Слишком поздно! — парировал Игорь, поднимая бокал. — Я уже отравлен твоим гостеприимством и… этим вином. Теперь я твой пленник. Придётся меня содержать и кормить теми самыми бананами.

— Ужас! — закатила глаза Карина, но смех её выдавал. — Ладно, признаю, твоё «великодушие» — это что-то новенькое в море мужских отмазок. За оригинальность — плюс в карму. Но за наглость — минус. Так что ты пока на нулях, сосед.

— Ну как это? — возмутился Игорь с наигранной обидой. — От жука-убийцы я тебя всё-таки спас. И теперь, вместо сладкого сна, сижу тут в качестве компании, хотя завтра мне в семь на работу вставать. Должен же я получить какую-то награду? Кроме твоего пресловутого банана, конечно.

Карина подумала секунду, и на её лице появилась хитрая, азартная улыбка.

— Хорошо… Может, давай сыграем?

Игорь приподнял бровь.

— На моих нервах? Так мы вроде уже играем, — пошутил он.

Она рассмеялась.

— Да нет! В карты. На раздевание.

Игорь откровенно удивился, но в его глазах тут же вспыхнул неподдельный интерес. Эта ночь становилась всё интересней.

— В карты на раздевание? — переспросил он, стараясь сохранить невозмутимость. — Серьёзно? Это… неожиданно. А правила какие? И главное — что будем снимать? На нас и так не так уж много одежды. — фыркнул Игорь, скептически оглядывая свои спортивные штаны с футболкой и её пижамные шорты с топом.

— Тем интереснее! — Карина уже с азартом рылась в комоде, доставая колоду карт, запылившуюся с какой-то давней вечеринки. — Правила простые: «Пьяница». Кто проиграл кон — снимает одну вещь. Или… выполняет желание победителя. — Она многозначительно подмигнула.

— Желание? Например? — Игорь почувствовал, как учащается пульс. Игра внезапно стала гораздо интереснее.

— Ну, например, «сделай 20 приседаний» или «станцуй стриптиз под этот вот танец маленьких утят», — она продемонстрировала на телефоне. — Или что-то более… творческое. На усмотрение победителя.

Она раздала карты. Первый кон оказался стремительным. Игорь, думая больше о её «желаниях», чем о картах, проиграл почти сразу.

— Итак… — Карина с торжествующим видом откинулась на спинку кресла. — Вещь… или желание? Выбирай, неудачник.

Игорь сжал в руке свои проигранные карты. Он понимал, что эта дурацкая игра могла завести их куда угодно. И почему-то ему это начало нравиться.

— Ладно… — он с вызовом посмотрел на неё. — Задавай своё «желание». Посмотрим, на что ты способна.

Карина прищурилась, явно наслаждаясь моментом. Она медленно обвела взглядом комнату, и её взгляд задержался на баллончике с дезодорантом, который всё ещё лежал на полу после «боя» с жуком.

— Хм… Ладно, — её губы тронула хитрая улыбка. — Желание номер один. Подойди к тому баллончику… и сделай вид, что это микрофон. Спой ему куплет из любой песни, которую считаешь самой романтичной. С чувством, с толком, с расстановкой!

Игорь застыл с открытым ртом.

— Ты серьёзно? Это твоё «творческое желание»? Спеть дезодоранту?

— Ага! — она радостно кивнула. — Или ты сдаёшься и снимаешь футболку? Выбор за тобой, о великий спаситель от жуков.

Игорь покачал головой, но встал. Он посмотрел на баллончик, потом на ликующий вид Карины, и с театральным вздохом схватил свою футболку за воротник и снял её через голову.

— Нет уж, — заявил он, бросая футболку на стул. — Лучше я буду сидеть без неё, чем буду петь дезодоранту.

Карина фыркнула, но её взгляд