Читать книгу - "Я её похищаю - Алиса Ковалевская"

Аврора

— Готова? – Денис коснулся моей руки.

Засмотревшаяся на отца, я не заметила, как он подошёл.

— Да, — отозвалась немного задумчиво, не сводя глаз с папы.

Денис опустил ладонь на моё плечо.

Солнце светило так ярко, что в золоте его лучей всё будто переливалось. Листва, трава и кустарники пестрили всеми оттенками зелени: от нежного, до насыщенно-изумрудного, камни отливали серебром, высаженные у ворот цветы так и вовсе напоминали диковинный ковёр.

— Тогда пойдём, — он обхватил мою ладонь, но с места не сдвинулся.

Так мы и стояли вдвоём, глядя на отца, держащего на руках Серёжку. За эти полтора года отец ничуть не изменился: всегда собранный, жёсткий с окружающими он, даже оставив место не позволял никому диктовать свои условия. Уйдя с поста мэра, он занял весомую должность в Министерстве спорта и, как недавно признался, ничуть не жалел об этом. Напротив. Бескомпромиссный, решительный, всегда уверенный в том, что делает, он вплотную занялся реализацией нескольких замороженных проектов и в короткие сроки сделал больше, чем его предшественник за долгие месяцы работы. И тем удивительнее было смотреть на него, когда он брал на руки Серёжку…

— Никогда бы не подумала, что отец может быть таким, — призналась я, обернувшись к мужу.

Я до сих пор помнила тот миг, когда мне принесли новорожденного сына. Завёрнутый в одеяльце молочного цвета, он причмокивал губками. Крохотный носик, голубые, ещё не приобретшие цвет глаза, пушистые тёмные ресницы. Тогда я долго смотрела на него, всё ещё слабая после родов, но до безумия счастливая. Провела кончиком пальца по лобику, по щёчкам, а потом передала Дэну.

Сильный мужчина, держащий на руках ребёнка… Глядя на них, я осознавала, что прекраснее этого нет ничего. Нет, и быть не может.

— Ну здравствуй, — тихо сказал тогда Денис. Без улыбки, очень серьёзно глядя на нашего сына. – Ты даже представить себе не можешь, как мы с твоей мамой тебя ждали.

Не удержавшись, я шмыгнула носом, Дэн поднял на меня взгляд, и я, растроганная, ставшая в последние месяцы слишком чувствительная, покачала головой.

— У тебя сын, Дениска, — только и сказала я, улыбнувшись сквозь выступившие слёзы. – У нас сын.

Не прошло и нескольких минут, как в палату, держа в руках огромный букет чайных роз, вошёл отец. Я и забыла, когда видела его в последний раз с цветами. Ещё в то время, когда была жива мама…

— Можно? – как-то сипло спросил он, положив букет на постель. Поцеловал меня в голову и спросил не у меня – у Дэна:

— Можно?

И снова дыхание у меня перехватило. Взгляд отца, почти всегда жёсткий, смягчился. Сидя на стуле напротив постели, он держал на руках своего внука и… Я видела застывшие в его глазах слёзы. Никогда прежде не видела, а в тот день…

— Нет, — сказала я, когда Денис протянул мне ножницы, чтобы я перерезала перетягивающую въезд на территорию лагеря шёлковую ленту. — Нет, Денис, — посмотрела на него и шепнула: — Это сделаешь ты.

Народа на открытии было не так много. Шумихи никому из нас не хотелось, выставлять на показ то, что в сущности было куда более личным, чем могло показаться на первый взгляд, тоже. Немногочисленные представители местных СМИ, несколько городских чиновников и люди, при поддержке и участии которых всё это стало возможным: бывшие и действующие спортсмены, деятели искусства и культуры, меценаты.

— Мы же договаривались, — напомнил Дэн.

— Олимпийский чемпион тут ты, — шепнула я. – Так будет правильно, Дениска.