Читать книгу - "Империя наших надежд - Лина Мур"

– В нём наркотик… в его крови наркотик… героин с чем-то. Оскар… он… помогите ему, – сдавленно шепчу я. Хочу кричать и не могу.

– Всё, всё закончилось, – грубый голос Грога звучит мягко. Он подхватывает меня подмышки и накрывает пледом. Я слышу, как он передаёт мои слова медсестре.

– Рафаэль… я должна поехать с ним… – всё перед глазами кружится, я пытаюсь оттолкнуть Грога от себя, но мои руки попросту скользят по его.

– Ему помогут, а тебе нужно немного прийти в себя. Хорошо, что ты жива, – Грог уносит меня куда-то в сторону и опускает в машину. Меня всю трясёт от холода. Я до сих пор слышу свист ветра в ушах, во рту гнилой привкус. Меня так тошнит. Но я должна… у меня есть причина, чтобы не отключаться.

– Эмира, как ты могла допустить такое? Брак с этим ублюдком! Уму непостижимо, что ты на это согласилась! – В мой разум врывается злой голос отца.

– Эрнест, дай ей время прийти в себя. Ей плохо. Она упала с огромной высоты и находится в шоке. Если бы не Рафаэль, она была бы мертва. Он принял на себя весь удар…

На меня ложится тень. Грог.

Мон шер… мой любимый… прости меня… я приеду… сейчас, ещё немного подожди. Меня подожди…

– Да плевал я на ещё одну шваль. Пусть подохнет, наконец-то, мне это только забот убавит. Это из-за него всё случилось. Если бы он не вдолбил этой дуре в голову всякие глупости, то я бы сейчас был в Америке и решал свои дела, а не занимался очередным спектаклем этой идиотки. Как можно быть такой тупой, Эмира? Сколько раз я тебе говорил, не водись с отбросами! Я пытался тебя оградить, но ты сама виновата во всём! Получила по заслугам! А мне доставила очередные хлопоты и бумажную волокиту с властями!

Я как в тумане поднимаю голову, видя отца, брызгающего слюной и размахивающего руками. Я и не ожидала от него поддержки, но слышать вот такое, отвратительно.

– Это ты ублюдок, – хриплю я.

– Мира, – шокированный Грог поворачивается ко мне.

А внутри меня невероятный всплеск адреналина, помогающий подняться на ноги и сбросить с себя плед. Я с лютой ненавистью смотрю в глаза отцу и желаю ему самого страшного в этом мире – смерти в одиночестве, и чтобы никто ему не помог. Меня оскорбляют его слова, сказанные про Рафаэля. Меня оскорбляет даже то, что он смеет предъявлять мне претензии, обвиняя во всём случившемся, когда я не просила его о своём рождении. Это он захотел. Он вынудил одну суку родить другую. Меня.

– Это ты. Ты самый страшный кошмар для любого человека, – мой голос сипит, но я уверенно делаю шаг к отцу и выставляю палец, указывая на него. – Рафаэль – самый честный и искренний человек, которого я знала. Он закрыл меня собой. Он это делал постоянно, а что сделал ты, скажи? Ты натравил на него Оскара. Из-за тебя я оказалась там. Из-за тебя я смотрела, как моего любимого бьют в том номере, и в который раз стыдилась тебя. Из-за тебя я сходила с ума от боли каждую секунду своей жизни. Из-за тебя моё сердце всё разорвано, и с него стянута кожа. Ты не стоишь ни единого шрама на моей коже. Ты не стоишь ни одной слезы, которые я дарила тебе столько лет. Ты эгоистичный, жестокий и одинокий подонок. И я с радостью тебя убью. Я убью тебя голыми руками. Я разорву тебя сейчас так, как ты медленно разрывал меня все эти годы. Я убью тебя!

Дёргаюсь к отцу, но меня хватает Грог, удерживая от желания стереть пальцы в кровь и добраться до этого чёрствого сердца внутри него. Сожрать его хочу и не подавиться, чтобы он мучился так же, как и я.

– Довольно. Я спишу твои слова на потрясение и шок, Эмира. С этого момента ты станешь идеальной дочерью, поняла меня? Ты вернёшься обратно в Женеву и продолжишь обучение, чтобы начать быть нормальной, а не истеричкой, которую я терплю. Я сделаю из тебя человека, а этот Рафаэль, точнее, наркоман и преступник…

– Эрнест, хватит…

– Пусть сдохнет и сгниёт заживо. Как сдох его сообщник. Это ты мой кошмар, и я жалею о том, что когда-то не дал твоей матери тебя прикончить, – всё вокруг замирает. Я смотрю на него, и это конец. Грог шумно втягивает в себя воздух, крепче удерживая меня.

Моё лицо искажается от гнева. Я даже чувствую, как мышцы сводит от отвращения. И это не боль, которую он мог мне причинить раньше, сказав такое. Меня это больше не задевает, а вот слова про Рафаэля очень.

Собираю слюну во рту и плюю в его лицо, попадая прямо на нос.

– Сдохни, мразь, – рычу я.

Отец замахивается, чтобы ударить меня за такое, но Грог успевает отойти в сторону вместе со мной.

– Ну же! Давай! Ударь, трусливый мудак! Ударь, мразь паршивая! Ты же только на это способен! – Хрипло смеюсь я и дёргаюсь в руках Грога. На меня накатывает безумие. Мне хочется раздраконить отца, чтобы он дал мне возможность показать ему, как я его ненавижу. Всем своим сердцем ненавижу.

– Убери её, иначе я за себя не ручаюсь, – шипит отец, стирая мою слюну с лица платком.

– Грог, отпусти меня! Отпусти меня! Пусть ударит! Пусть! Он же только на это и способен! Он же трус! Жалкий и вонючий трус! – Визжу я, ударяя Грога по рукам.

– Мира, прекрати. Своей истерикой ты Рафаэлю не поможешь. Сначала успокойся, а затем мы отправимся в госпиталь, ладно? Успокойся, прошу тебя. Не зли его.

Мокрые, вонючие пряди волос прилипают к лицу, а я молочу кулачками по рукам Грога, царапаю их и, напоследок, изо всех сил впиваюсь в них ногтями.

– Чёрт, Мира, мне ведь больно, – скулит Грог, освобождая меня из своих рук.

Отпрыгиваю от мужчин и полиции, собравшейся вокруг нас. Меня трясёт. Мне так холодно. Мне так страшно.

Я люблю тебя…

Эти слова звенят в голове, а потом удар и ледяная вода. Я вспоминаю то, что успел сказать Рафаэль. Последнее слово, чтобы я ответила ему.

– Куда его отвезли? Я хочу немедленно отправиться к нему, – дрожащим голосом, пытаясь остановить стук зубов друг о друга, произношу я.

– Ты смотришь не на того, – замечает Грог, отсылая рукой офицера полиции.

– Именно на того. Этот ублюдок мне не отец. Он…

– Эмира Райз! Закрой свой поганый рот! Ты и так создала мне кучу проблем, и я их решаю! Ты…

Обида, злость и боль разрывают моё сердце в который раз. Поворачиваюсь к этому ублюдку, одетому в элегантные чёрное пальто и костюм. На нём даже пылинок нет, как и эмоций. Ни одной. Боже, это так противно.

– Решаешь? – Горько всхлипываю я, быстро стирая слезу, выкатившуюся из глаз. – Решаешь? Правда, что ли? И как ты решил? Отдал меня Оскару? Заставил пережить очередное издевательство над своей дочерью? Неужели ты насколько чудовищно бессердечен, если даже не смог удержать свой рот закрытым? Это ты виноват. Во всём только ты и виноват, Эрнест Райз. Ты убийца. И не только людей, но и всего живого, что было во мне. Я тебя ненавижу и буду ненавидеть всю жизнь. Ты для меня мёртв, и мне плевать, что ты сделаешь дальше, но сейчас я намерена ехать туда, где находится Рафаэль. Тебе не удастся забрать у меня того, кто сумел меня полюбить и научил быть собой. Я никогда тебя не прощу, и если он умрёт из-за тебя, то клянусь, папочка, я пойду на любое преступление, чтобы твоя жизнь превратилась в ад, в котором ты заточил меня.