Читать книгу - "Цифровое Золото. Невероятная история Биткойна или о том, как идеалисты и бизнесмены изобретают деньги заново - Натаниел Поппер"

“Эта виртуальная валюта не подвластна национальным барьерам, ее можно хранить на личном жестком диске, а не на банковском счету, она не подвержена инфляционным рискам, исходящим от Федерального резерва, по собственной прихоти допечатывающего банкноты”.

До этого этапа функционирование Биткойна практически полностью обеспечивалось деятельностью разработчиков, осваивавших программное обеспечение Биткойна. Теперь же Биткойн привлек к себе новую породу пользователей вроде Роджера Вера, которые не понимали код, но считали политические мотивы применения Биткойна достаточными для принятия решения.

* * *

Сатоши Накамото посчитал этот этап подходящим для того, чтобы исчезнуть из информационного поля. Создатель Биткойна не сделал ни одной записи на форумах с декабря. Он продолжал личную переписку с избранным кругом разработчиков, в который входили Гэвин Андресен, Марти Малми и Майк Хирн – программист Google из Швейцарии, который примкнул к проекту после финансовой блокады WikiLeaks. В конце апреля Хирн спросил, как Сатоши планирует действовать дальше:

“Планируете ли вы снова участвовать в сообществе (например, для обзора нового кода) или решили навсегда уйти в тень?” – спросил он.

“Я сейчас занят другими проектами, – ответил ему Сатоши. – Дело остается в надежных руках, есть Гэвин и все остальные”.

Несколько дней спустя Сатоши написал Гэвину несколько раздосадованное письмо об интервью, которое тот дал в ток-шоу незадолго до этого.

“Я бы хотел, чтобы ты перестал говорить обо мне как о загадочной закулисной фигуре, – написал Сатоши. – Благодаря таким речам пресса воспринимает биткойн, как какую-то пиратскую валюту”.

Гэвин ответил ему письмом, в котором признавал свою вину. Между делом он также сообщил Сатоши, что получил приглашение от ЦРУ пообщаться на тему Биткойна, которое собирается принять.

“Я надеюсь на то, что если поговорить с ними открыто и, что не менее важно, выслушать их вопросы и опасения, можно будет показать им Биткойн таким, каким я его вижу – более эффективной, менее зависимой от политических игр валютой”, – написал он.

На это письмо Гэвин так и не получил никакого ответа. В итоге он решил, что Сатоши внушила отвращение сама мысль о том, что команда Биткойна должна общаться с самым гнусно-прославленным агентством американского правительства.

Последние письма Сатоши были адресованы Марти, в них он просил его стать хранителем сайта Bitcoin.org. “Я переключился на другие проекты, и у меня не будет на это времени в будущем”, – написал Сатоши перед тем как передать Марти сайт и исчезнуть навсегда.

Марти взял на себя ответственность за сайт, но вместе с тем практически прекратил работать над кодом Биткойна. Когда стоимость цифровых монет выросла, он продал больше половины из своих 20 тысяч биткойнов и купил просторную квартиру в Хельсинки. Казалось, что и он, и Сатоши понимают, что сообщество выросло и больше в них не нуждается.

* * *

Настал момент, которого ждали многие поклонники криптовалюты. Биткойн набирал популярность и заслужил внимание серьезных людей. К середине мая стоимость монеты приблизилась к 10 долларам.

Благодаря Silk Road биткойн теперь регулярно использовали как средство обмена – на нелегальные товары. Этого было недостаточно для того, чтобы провозгласить биткойны деньгами, обладающими теми качествами, которых ему пока не хватало. Тем не менее некоторым характеристикам денег он уже соответствовал, что казалось невообразимым в 2009 и 2010 годах.

“Моя жена больше не называет биткойны суррогатами денег”, – сообщил как-то Гэвин во время утреннего чата. Однако Гэвин не позволял себе чересчур увлечься – он противостоял собственным порывам купить еще биткойнов и спекулировать на растущей цене. Так делали многие, но он пообещал жене, что если уж тратит все свое время на этот проект, то хотя бы не станет тратить на него семейный бюджет. К тому моменту стало уже очевидно, что цена биткойна зависит не только от сильных сторон и преимуществ базового протокола. Для того чтобы купить или продать виртуальную валюту, люди полагались на сервисы-надстройки над основным протоколом вроде Mt.Gox. Однако очень скоро оказывалось, что эти сервисы не справляются с обработкой бурно растущего трафика.

В Токио Марку Карпелесу пришлось экстренно прервать медовый месяц со своей женой-японкой, которую он встретил за несколько месяцев до свадьбы (нет, не в баре, в офисном здании, где он работал). Ему необходимо было защититься от хакерской DDOS-атаки на Mt.Gox. Злоумышленники сообщили, что отступятся, если Марк заплатит 5 тысяч долларов выкупа. “Естественно, я им отказал, – объяснил Марк пользователям биржи, – потому что мы не вступаем в переговоры с интернет-террористами!”

У Марка ушли дни на то, чтобы установить необходимую защиту от вполне тривиальной атаки. Тем временем в Техасе Росс закрыл свой магазин подержанных книг, чтобы посвятить все свое время Silk Road. Он не спал ночами, пытаясь переписать код таким образом, чтобы сайт смог выдержать одновременно и растущий трафик, и хакерские атаки. Теперь у Silk Road было более тысячи зарегистрированных пользователей, в десять раз больше, чем два месяца назад. В середине мая, для того чтобы запустить новую версию сайта в сети, ему пришлось закрыть его на несколько дней, что обернулось для него одним из самых проблематичных этапов становления Silk Road.

“Установка новой версии работающего сайта – это непростая задача, – написал он в дневнике, – Трудно представить, сколько кусочков головоломки нужно уложить рядами, чтобы все заработало, как надо (по крайней мере, если код написан таким новичком, как я). Итого, 48 часов сайт был в оффлайне, но потом я перезапустил его, зашел туда – и все работало!” Пока Silk Road был недоступен, цена биткойна стала падать, что дает яркое представление о том, какую важную роль играл этот сайт в судьбе цифровой валюты на том этапе. Пользователи Silk Road то и дело объявлялись на биткойн-форумах с вопросом, где еще в сети можно купить наркотики. Когда Silk Road снова заработал, цена биткойна мигом подскочила.

1 июня страсти действительно стали накаляться: новостной веб-сайт Gawker опубликовал подробную историю о Silk Road, основанную на рассказах покупателей, приобретавших на Silk Road LSD и марихуану. Теперь на сайте было представлено 340 позиций, в числе прочего – черная смола и афганский гашиш.

В дни, последовавшие за публикацией, по тысяче новых пользователей регистрировались на сайте ежедневно, стоимость биткойна на Mt.Gox взлетела, сначала перевалив за 10 долларов – сразу после публикации на Gawker, – а еще через два дня превысила 15 долларов.

Свобода черного рынка была одной из изначальных целей шифропанков, которой они планировали добиться с помощью криптовалют. В конце 1990-х годов кое-кто из них пророчески писал о перспективах создания “Цифрового шелкового пути”.

Теперь же, когда все это происходило в реальности, успех Silk Road вызывал, мягко говоря, смешанные чувства у криптосообщества. В то время как Марти и Роджер Вер восприняли проект с нескрываемым энтузиазмом, многие биткойнеры, в большей степени заинтересованные в технологии, чем в политике, считали, что это худшее, что только могло случиться с сетью Биткойн. Гэвин демонстративно выразил свое неодобрение, а Джефф Гарзик, программист из Северной Каролины, который стал одной из основных фигур в деле разработки программного кода Биткойна, написал письмо в редакцию Gawker, чтобы пояснить, что в действительности Биткойн не гарантирует полной анонимности, как многие полагают, если учесть, что все транзакции регистрируются в блокчейне. Конечно, блокчейн не содержит имен, но Гарзик предположил, что полиция может попытаться установить личности пользователей посредством изощренной системы сетевого анализа.