Читать книгу - "Банковская тайна - Шен Бекасов"

ГАРДЕЗИ. Серго, заткнись, пожалуйста. У меня к тебе ещё будет особый разговор насчёт красавиц… Далее. Юра Сахаров, наш исполнительный директор и глава операционного управления…

ОКСАНА. Здравствуйте…

ЮРА. Ну здорово, коли не шутишь… Ф-ф-ф!

ГАРДЕЗИ. Юра! Ты что, опять нетрезвый с утра?

ЮРА. Я? Да ты чё, Андрюха! Просто опохмелился после вчерашнего…

ГАРДЕЗИ. Совсем обалдел? Какой ещё опохмел? Ты можешь вообще не пить на рабочем месте?

ЮРА. Шутишь?

ГАРДЕЗИ. Хорошо, а хотя бы не в рабочее время?

ЮРА. А я и пью, между прочим, только в нерабочее время! После шести или, в крайнем случае, в обеденный перерыв… А опохмел, кстати, это и не выпивка вовсе!

ГАРДЕЗИ. Да? А что же это, по-твоему?

ЮРА. Лечение! Если хочешь, чтобы я был работоспособен, не лишай меня допинга… Это же как инсулин для диабетика!

ГАРДЕЗИ. Инсулин? С ума сойти… Ладно, проехали. С тобой тоже будет отдельный разговор. Кто у нас дальше? Семён Попов, начальник отдела по управлению активами.

СЕМЁН. Я вот всё-таки не понял насчёт «с головы на ноги»… Может, у кого и бардак, но вот у меня…

ГАРДЕЗИ. Ты-то рот закрой! Кто бы выступал…

СЕМЁН. Что, и со мной отдельный разговор будет?

ГАРДЕЗИ. Не разговор, а публичная порка… Позже. Так, Оксана, вот рядом с Семёном – Святослав, глава валютного трейдинга, дальше – Костя, руководитель фондового трейдинга…

ОКСАНА. Здравствуйте… Да вы не беспокойтесь, Андрей Викторович, я всех помню…

ГАРДЕЗИ. Да? Ну вот и славно. Вы, Оксана, посидите и послушайте, как мы обсудим ряд наших насущных проблем. Может быть, к концу совещания у вас появятся какие-то рацпредложения…

ОКСАНА. Я, конечно, постараюсь, но…

ГАРДЕЗИ. Вот и договорились. Раз уж тут Сеня Попов начал возмущённо выступать, то с него и начнем.

СЕМЁН. А что, какие-то проблемы?

ГАРДЕЗИ. Что ты, никаких проблем! Только вот скажи-ка мне, Сеня, какова средневзвешенная доходность портфелей твоих клиентов по итогам последнего квартала?

СЕМЁН. Н-ну… Я так с ходу точно не могу сказать… Где-то около двадцати процентов годовых…

ГАРДЕЗИ. Нет.

СЕМЁН. Нет? Что значит – нет? А! Ты, наверное, из мидл-офиса получил точные цифры… Больше, чем пятнадцать?

ГАРДЕЗИ. Нет. Меньше.

СЕМЁН. Четырнадцать?

ГАРДЕЗИ. Меньше. Значительно.

СЕМЁН. Да? Ну не знаю тогда…

ГАРДЕЗИ. Семь с половиной.

СЕМЁН. Сколько-сколько? Не может быть! Наверное, ошибка в расчётах…

ГАРДЕЗИ. Сначала мне сказали – десять. Я удивился, что так мало, и попросил перепроверить. Вот тогда-то мне и дали уточнённую цифру – семь целых пять десятых.

СЕМЁН. Как это понимать?

ГАРДЕЗИ. Это ты меня спрашиваешь? Это я тебя должен спрашивать – как это понимать? Мне сказали, что ты весь год занимался приписками! Закрывал убытки по одним клиентам средствами других!

СЕМЁН. Враньё!

ГАРДЕЗИ. А вот служебное расследование и покажет, вранье это или нет…

СЕМЁН. Служебное расследование?

ГАРДЕЗИ. Ты побледнел или мне показалось?

СЕМЁН. Да плевал я на это служебное расследование…

ГАРДЕЗИ. Вот как! Хамим, значит… Сидишь с таким видом, будто семь и пять десятых – показатель круче некуда! Ты хотя бы осознаёшь, что в этом году от твоего отдела ни копейки прибыли, а только расходы на ваши немереные зарплаты! Не видать вам бонусов…

СЕМЁН. Да идите вы со своими бонусами! Немереные зарплаты? Не смеши меня! В этом жлобском банке всегда платили гроши… Вообще давно хотел сказать, что в гробу я видел всех вас… и вообще! Оксана, хочешь хороший совет? Найди себе хорошее место для своей карьеры, а не этот гадючник…

ГАРДЕЗИ. Ты куда это направился? Я с тобой ещё не закончил!

СЕМЁН. А я закончил! Сейчас принесу заявление «по собственному»! Счастливо оставаться!

ГАРДЕЗИ. Вот хрен ты у меня уволишься до конца служебного расследования! Кхм… Оксана… гм… вы уж простите за такой пассаж…

ОКСАНА. Да я… в общем-то…

ГАРДЕЗИ. Так, с отделом по управлению активами мы ещё разберёмся… К торговым дескам у меня тоже претензии. Константин и Святослав! Ваши ребята – рекордсмены по нарушению режима. Курение, опоздания, прогулы, нарушение дресс-кода, использование техники не по назначению… Все будут депремированы по итогам квартала в размере восьмидесяти процентов оклада… О бонусах даже и не заикайтесь! Ясно? Молчите? Вот и славно. И не надо тут играть желваками… Оксана, вы заметки делаете?

ОКСАНА. Заметки? А какие заметки я должна делать?

ГАРДЕЗИ. Ну как же? Вы же видите – у нас тут всё нуждается в реформе. Потребуется жесточайшая регламентация. Разумная бюрократия не помешает, и в этом вопросе, честно говоря, я очень на вас полагаюсь…

ОКСАНА. Я как-то не думала…

ГАРДЕЗИ. А вы подумайте, подумайте! Есть насущная необходимость в свежем взгляде… Так, дальше. Серго!

СЕРГО. Меня-то за что, а?

ГАРДЕЗИ. С клиентами ты пьянствуешь добросовестно, так что в смысле бизнеса относительно других ты смотришься не так уж плохо…

СЕРГО. Прямо бальзам на сердце…

ГАРДЕЗИ. Но! Твой моральный облик безобразен!

СЕРГО. Моральный облик? При чём тут мой моральный облик, а?

ГАРДЕЗИ. Серго, ты знаешь такое модное слово – «харассмент»?

СЕРГО. Какой такой «харассмент»?

ГАРДЕЗИ. Сексуальные домогательства к коллегам!

СЕРГО. Я?! Домогательства?!

ГАРДЕЗИ. Девушки жалуются на твой необузданный темперамент! Дескать, ты используешь своё служебное положение для построения неформальных отношений…

СЕРГО. Слушай, неформальные отношения – это так плохо?

ГАРДЕЗИ. А если на тебя в суд подадут? Или в милицию заявление напишут? Пришьют тебе дело…

СЕРГО. Какое ещё дело?! Всё исключительно на обаянии!

ГАРДЕЗИ. Кобель ты, Серго!

СЕРГО. Думаешь, раз начальник – можно оскорблять, да? Ещё и при дамах!

ГАРДЕЗИ. Ты вообще должен перед Оксаной извиниться!

СЕРГО. За что?

ГАРДЕЗИ. За свои грязные намерения ещё тогда, в период практики…

СЕРГО. Молчи!

ГАРДЕЗИ. Тогда ты ещё мог сдерживаться, а сейчас совсем распоясался! Вы уж, Оксана, простите за эти откровения, но эта проблема может серьёзно повлиять на производственный процесс…

ОКСАНА. Я… Мне… Ой, мама…