Читать книгу - "Уникальная система изометрических упражнений Железного Самсона - Юрий Шапошников"

Продолжение разговора Шура уже не слышал. Но эти слова запомнил на всю жизнь.

Огни удалились, люди ушли. Сон и усталость взяли свое. Шура заснул.

Проснулся он от голода и сильной жажды. Осторожно встал и отправился по цирку в поисках ведра с водой. Ведра не нашел, но зато обнаружил нечто, повергшее его в совершенный восторг, – гири и штанги, реквизит выступавшего силача.

«Очень хорошо, – сказал себе будущий победитель Сандова. – Теперь я смогу испытать свою силу».

Но как Шура ни старался, он смог лишь чуть-чуть оторвать тяжелую штангу от земли. А Ваня Пуд поднимал ее на вытянутые руки без видимого труда. Так в темном закутке пустого цирка, на рассвете дня, не предвещавшего ничего хорошего, Шура Засс понял, как далека его дорога к победе над знаменитыми соперниками.

Цирк просыпался. Из клеток и стойл доносились вой и всхрапывание пробудившихся животных, мучимых, как и наш герой, голодом и жаждой. Скоро должны были прийти служители. Пора было выбираться на волю.

Шура пополз вдоль края тента, ища место, где его можно было бы приподнять и выбраться из балагана. В одном углу веревки были натянуты не очень туго. Шура приподнял брезент, и в глаза ему ударили лучи восходящего солнца.

Несколько минут он стоял в растерянности. Нужно было что-то делать. Первая мысль – гнев отца. За отлучку без разрешения отец мог не только жестоко избить, но и совсем выгнать из дому.

Однако иного выхода, кроме как отправиться домой с повинной, в голову не приходило. Мелькнула, правда, робкая надежда попроситься служить в цирк. Но перипетии прошедших суток отогнали ее прочь.

И наш герой зашагал к дому. Разочарование, боязнь отцовского гнева, стыд – все это удлиняло и без того неблизкую дорогу. Шура шел кружным путем, через овраги и перелески – не хотел встретиться с кем-нибудь из знакомых. Саднили сбитые в кровь ноги, нестерпимо хотелось есть и спать. Хорошо еще, что удалось напиться из ручья…

Около полудня он толкнул дверь дома. Его никто не встретил. На столе нашелся кусок хлеба и луковица. Съев этот нехитрый харч, Шура тут же за столом и заснул.

Разбудил его старший брат. Беседа братьев была предельно краткой.

– Где ты был всю ночь?

– В городе, в цирке. Куда ушел отец?

– Поехал в город, заявить в полицию. Ты его не встретил?

– Нет, я не шел дорогой.

– Худо тебе будет.

– Знаю.

Вскоре пришла мать с остальными детьми – оказывается, вся семья с раннего утра ушла на поиски в окрестные овраги. Думали, случилось несчастье. А может, бандиты украли младшенького из семьи Зассов… Шура отвечал на расспросы неохотно, прятал глаза. Все решила мать. «Седлай лошадь и езжай в поле, – сказала она. – Отец вернется, узнает, что ты работаешь, – авось смилостивится». Но случилось иначе.

…Шура возвращался домой после тяжелого трудового дня, которому предшествовали сумбурные цирковые приключения и беспокойная ночь. Он чуть было не падал с ног от усталости. И тут в дверях дома перед ним вырос отец. Старший Засс уже был, видимо, осведомлен о всех приключениях сына – кнут в руке свидетельствовал об этом. Позже, вспоминая этот эпизод своего детства, в одном из интервью знаменитый цирковой актер Александр Засс употребил английскую поговорку: «Можете радоваться, что вам не пришлось носить мои ботинки». Поговорка эта идентична русской: «Хорошо, что ты не побывал в его шкуре». А «шкура» Шуры в тот вечер, надо сказать, трещала по всем швам.

Отец не сказал ни слова, пока не закончил свою работу кнутом по спине сына. Потом он произнес всего несколько слов: провинившемуся предстоит жить в чулане на голом полу и питаться хлебом с водой. Даже заработанные Шурой в цирке деньги не смягчили его гнева.

Такой режим продолжался три дня. На четвертый день Шуре было объявлено, что он уезжает на год в дальнюю деревню подпаском. Отец договорился с управляющим об этой черной и неблагодарной работе для своего младшего сына с целями чисто педагогическими – самоволие должно быть строго наказано.