Читать книгу - "Меч Пересвета - Анастасия Дробина"

– Железобетон, а не характер! – восхитилась Белка.

Юлька сделала ей страшные глаза, и две подружки дружно приникли к дверной щели.

– И я вас отлично понимаю, моя девочка! – ворковал низкий мягкий голос Нино Вахтанговны. – Если бы передо мной посадили пятнадцать девиц в козлячьем возрасте и заставили учить их варить кашу… Вах! У меня бы тут же началась истерика!

– Вот и я уже была близка, – со вздохом отвечала Светлана Леонидовна. – Я ведь с детьми никогда не работала. У меня даже младших братьев и сестер не было! Но, понимаете, аспирантура, диссертацию вот-вот защищать, а тут такой удачный, как мне показалось, заработок… Это же все-таки не серьезный предмет преподавать, а домоводство, я была уверена, что справлюсь… И в то же время трусила ужасно!

– Оч-чень, оч-чень хорошо вас понимаю…

– Они же сейчас такие все… взрослые! Такие независимые, раскованные…

– Скажите сразу – нахальные, и я с вами немедленно соглашусь.

– Но не ваша девочка! Она держалась просто восхитительно, а вот я… Мне показалось, что она просто издевается надо мной таким образом. В классе хихикали, и я себя чувствовала очень глупо… Тем более что Натэлу действительно нечему учить на занятиях.

– И тут я с вами согласна.

– И я позволила себе… совершенно недопустимое поведение. Натэла повела себя великолепно, я, признаться, и не ожидала такого от тринадцатилетней девочки. И ее подруги тоже… Я сразу же выбежала вслед за ними, но их уже и след простыл! И тогда мне только оставалось…

Тр-р-рах! Бумс! Вдруг накренилась, упала и покатилась задетая рукой Полундры стойка для обуви. Юлька и Белка дружно отпрянули от двери, галопом промчались назад в прихожую и наспех попытались принять непринужденный вид.

– О! Там кто-то опрокинул всё! – провозгласила старая актриса, распахивая дверь гостиной.

С кухни донесся смех Натэлы, знавшей, что это цитата из спектакля. Но Белка и Юлька «Свадьбы Фигаро» не видели и переглянулись в паническом ужасе.

– Бабушка! – Натэла выросла на пороге кухни. – Ты съела всю пахлаву? Там же было полное блюдо!

– А у меня была антреприза в субботу! – парировала бабушка. – Я приехала ночью, голодная как черт и злая такая же, а твоя мать укатила на гастроль в Питер и ужином не озаботилась!

– Вах, в холодильнике кастрюля долмы!

– Да-а-а? А я думала, Резо замариновал шашлык… У нас гости, Натэла!

– Я слышала, – сдержанно отозвалась Натэла, вытирая руки о полотенце и проходя в комнату.

Подруги проводили ее опасливыми взглядами, но Натэла очень спокойно сказала, стоя в дверях:

– Добрый вечер, Светлана Леонидовна. Я рада видеть вас в моем доме.

– Здравствуй, Натэла. – Учительница поднялась из-за стола, улыбнулась. – Я пришла извиниться перед тобой. Наговорила тебе грубостей в пятницу, ты уж прости, пожалуйста. Вот твой дневник, ты его забыла в классе.

Скулы Натэлы слегка порозовели. Она взглянула на бабушку, на Светлану Леонидовну, широко улыбнулась и удивленно спросила:

– А что такое было в пятницу? Нич-чего не помню!

– Браво, девочка! – тихо сказала Нино Вахтанговна.

Юлька и Белка переглянулись и синхронно показали друг другу большие пальцы. А из прихожей послышался грохот брошенного с плеч на пол мешка с картошкой, и сердитый голос Батона вопросил:

– Девки, вы где? Ее, холеру, как-то жарить надо!

– Все-таки мужчины думают животом, – с сожалением произнесла бабушка, запахиваясь в шаль и выплывая в прихожую. – Молодые люди, ведите себя пристойно, у меня гостья. Светлана Леонидовна – аспирант исторического института, а в нынешнем году любезно согласилась вести в вашей школе уроки домоводства для девочек, и вот теперь…

– Исторического?! – Из-за спин пацанов выломился Пашка с ноутбуком в обнимку и с Соней в кильватере. – Так это как раз то, что нам нужно! Как вы к нам вовремя, Светлана… Леонидовна! Позвольте объявить вам мое восхищение!

– Полторецкий, веди себя прилично… – едва успела вставить Соня.

Но Пашка уже, щелкнув каблуками, как поручик Ржевский, целовал растерявшейся «трудихе» руку, а Нино Вахтанговна смотрела на происходящее со строгим лицом и смеющимися глазами.

Через час в гостиной был накрыт стол по всем правилам кавказского гостеприимства. Долма из холодильника была реанимирована и аппетитно исходила паром, жареное мясо дымилось на серебряном блюде среди пучков зелени, блестели красными боками помидоры, золотилось лобио, а в духовке доходил творожный пирог. За столом сидели и вдохновенно насыщались бабушка и Батон. Остальные сгрудились вокруг кресла, в котором сидела Светлана Леонидовна. На коленях «трудихи»-аспирантки лежал тетрадный листок, на котором Соня – единственная из компании, умеющая пристойно рисовать, – изобразила оба найденных меча.

– Очень любопытно! – Учительница с интересом рассматривала рисунок. – Где вы могли видеть такие мечи?

– В Интернете, – на голубом глазу соврал Пашка. – На одном археологическом сайте.

Светлана Леонидовна посмотрела на Пашку с большим подозрением, но тут же вернулась к рисунку.

– Разумеется, я не эксперт, но могу датировать их… примерно концом четырнадцатого века.

– То есть мечи времен Куликовской битвы? – уточнила Белка.

Учительница кивнула. И тут же спросила:

– А на вашем сайте не было указано, где их нашли?

– Не было, – широко улыбнулся Пашка. – Но, видимо, на поле Куликовом.

– Хм, вряд ли, – еще шире улыбнулась Светлана Леонидовна. – Видите ли, в последнее время вокруг Куликовской битвы разгорелось много споров. Есть исследователи, которые утверждают, что она произошла не на Куликовом поле в Тульской области, а непосредственно в Москве. На так называемом Куличковом поле.

– Аргументы? – строго спросила Соня.

– Есть, и немало. Например, анализ древних летописей, по которым можно отследить весь путь Дмитрия Донского к месту битвы и сбор всех войск. Он указывает скорее не на Куликово поле в Тульской области почти в трехстах километрах от Москвы, а именно на поле Куличково недалеко от современной Краснохолмской набережной. В пользу этого говорит еще и тот факт, что в Тульской области найдено крайне мало исторических находок, хотя археологические экспедиции работали там регулярно. Не было найдено практически ничего, говорящего о грандиозном сражении. Но вопрос все же спорный, и я лично не берусь дать однозначный ответ.

– Светлана Леонидовна, а Пересвет? – с опаской спросила Белка. – Пересвет-то настоящий был?

– Судя по летописям – да, – улыбнулась учительница. – И «Повесть временных лет», и «Задонщина», и более поздняя Софийская летопись – все о нем упоминают.

– И с Челубеем он дрался?

– Дрался. Только, строго говоря, тот был не Челубей, а Темир-бей, или Темир-мурза, один из военачальников Мамая.