Читать книгу - "Хранители Жемчужного жезла - Вольфганг Колльберг"

Иллантину было ясно, что внезапное появление крохотных гномов в разных местах Объединенного Королевства фей и духов идет в разрез со всеми правилами международной дипломатии, которых, кстати, придерживаются даже люди, и должно вызвать большое недоверие. Он сердился на себя за необдуманное и более чем убогое объяснение: что-то насчет того, что крохотные гномы заблудились во время поездки в отпуск. Если бы на его маленький остров-континент вдруг с неба посыпались феи, эльфы и духи… Уж он бы поднял тревогу прежде, чем первый эльф коснулся земли. Не удивительно, что Оберон переполошился: его правление и без того казалось достаточно проблемным.

Клининг, обладая повышенной чувствительностью Посвященного, ощутил сильное негативное энергетическое напряжение между королем фей и королем гномов. Когда во время необузданной и бестактной выходки Оберона, желавшего вскрыть Жемчужный ларец, Кирмас Лингардский и Лаурин обменялись взглядами, Клининг почти физически ощутил угрозу: здесь готовилась великая подлость. С содроганием он заметил вспышки смертельной ненависти в холодных глазах лингардца.

Клининг подробно сообщил Овангару о крохотных гномах с большими круглыми голубыми глазами и огромными красными колпаками. Он рассказал о своей родине и о том, что они много-много столетий безмятежно и счастливо жили на своем острове-континенте, пока в один прекрасный день, когда необычайно благоприятная летная погода повлекла в небо даже стариков и детей, весь народ был внезапно подхвачен невероятным ураганом и разметан по всему миру. Потом он поведал о Прорицании, рассказав только про Священный Жемчужный ларец, но не про его содержимое — могущественный Жемчужный жезл. Он был тронут тем, как озабоченно и серьезно канцлер фей отреагировал на Прорицание. Потом он рассказал, как они дали своему камарину священную клятву не открывать ни единому живому существу, что скрыто в Ларце. Овангар смертельно побледнел, когда иллантин поведал ему, что Священный жезл Урании однажды будет разрушен невоздержанностью и глупостью короля фей и лишь герой с чистым сердцем в состоянии спасти порядок в мире, поскольку лишь ему дано сломать семь печатей Жемчужного ларца. Если герой не найдется к тому моменту, когда Хрустальный жезл короля фей разрушится, последует закат всех миров.

— А кто еще может открыть Ларец? — спросил канцлер фей и эльфов беззвучно и подавленно.

— Никто! Сами боги не смогут спасти святотатца, который попробует это сделать: он немедленно умрет. Но самое ужасное то, что он безвозвратно попадет под власть темной Силы и его душа будет потеряна навсегда.

Несмотря на столь мрачные перспективы, канцлер не мог удержаться от вопроса:

— А Творение столь же прекрасна, как рассказывают в легендах? — Голос его был полон благоговения.

— Наш король говорит, да. Он единственный удостоился чести увидеть ее.

— Много бы я дал за то, чтобы быть на его месте, — вздохнул канцлер фей.

— Да… — голос иллантина звучал так же меланхолично.

Овангар внутренне подобрался и прогнал одолевавшие его страхи. Теперь он снова был могущественным канцлером, великим, опытным чиновником Объединенного Королевства фей и духов.

— Благодарю тебя за искренность, ретсием Клининг.

Он поклонился, выразив маленькому магу свое высочайшее уважение особым приветствием Туландероны. Иллантин ответил таким же поклоном.

— Я доверяю тебе и считаю тебя своим другом и братом.

Лицо Овангара вспыхнуло:

— Клининг, друг мой, я не завидую той высокой ответственности, что возложена судьбой на тебя и твоих друзей. Я могу лишь обещать тебе, что сделаю все, что в моих силах, дабы мы вместе обуздали эту великую угрозу, — голос канцлера звучал привычно твердо и уверенно.

Клининг почувствовал радость и облегчение: с великим канцлером на своей стороне их шансы выполнить миссию резко возрастали.

— Что ты предлагаешь, ретсием Овангар?

— Давай оставим все эти формальности, мы же одни. Надо подумать, как нам поскорее найти этого таинственного героя с чистым сердцем. Я дам задание своей тайной службе: до сих пор они находили любого — неважно, скрывался ли он у нас или на Стороне людей. Только мне нужно его описание, приказ об аресте и хотя бы крохотная отправная точка, с которой могут начать мои специалисты.

— С этим сложно. Известно лишь то, что я тебе рассказал. Надо искать кого-то с чистым сердцем.

— Хм… — У Овангара голова шла кругом. — С чистым сердцем? С чистым сердцем… Да еще и герой? Все герои, каких я знаю, имеют и темные, иной раз даже очень темные стороны.

Иллантин кивнул: это было именно то, что его всегда смущало в героях.

— Возможно, сначала нам надо прояснить для себя, что такое герой.

— Хороший вопрос, — фыркнул Овангар.

— Второй хороший вопрос: у кого чистое сердце?

— А такое создание вообще существует? Клининг, какова вероятность, что ваш камарин ослышался? А если мы попросим орион-альбатроса поискать во Вселенной? Вдруг это совершенное создание существует в других мирах?

— Нет, нет и нет. Он должен жить на Голубой планете. Здесь и сейчас — так сказала Творение.

Овангар потер лоб. Он был озадачен, что случалось с ним крайне редко.

— В любом случае, я подключу своих специалистов. Значит, ищем: во-первых, героя, а во-вторых — существо с чистым сердцем. Но сначала, если ты не против, стоит поговорить с нашей королевой. Скажу честно, когда я думаю о необузданности Его Величества, мне становится страшно. Видел бы ты, как порой в гневе он стучит Жезлом по столу. Весь Зал фей при этом в ужасе замирает. Если бы при дворе стало известно Прорицание, началась бы неописуемая паника. Титания — единственная, кто имеет известное влияние на короля. Я за то, чтобы никого больше не информировать, но ей мы должны сообщить о возможной трагедии, причиной которой может стать необузданность Оберона.

— Ты думаешь, она примет на себя груз такой заботы?

— Она незаурядная и необычайно сильная женщина, прирожденная властительница — умная, мягкая, но в важных делах настойчивая. Она уже решила множество таких проблем, перед которыми Оберон наверняка спасовал бы. По-моему, именно она истинная правительница Объединенного Королевства фей и духов. Все правительственные проблемы во всех деталях я обсуждаю именно с ней. Там, где Оберон имеет лишь общее представление о сути вопроса, она располагает основательными и детальными знаниями. Будь Жезл в ее руках, можно было бы спокойно отказаться от поисков нашего героя с чистым сердцем. У нее лишь одна слабость — глубокая любовь к своему мужу.

— Хорошо, я согласен. А что мы расскажем королю?

— Только правду. Правду о твоем народе, об урагане и о том, что ты должен собрать свой народ. Что касается вопроса о Жемчужном ларце, я бы остановился на том, что ты должен выполнить задание — передать его герою с чистым сердцем. Мы должны попытаться избавить Оберона от мыслей о том, что вы собираетесь оккупировать наше государство.