Читать книгу - "Большая книга приключений. Мое лучшее лето - Елена Нестерина"

– Да, да, ребята, находка действительно уникальная, вы уж с ней поосторожнее… – пробормотала Наталья Семёновна.

– Конечно, с такими деньгами будем поосторожнее, – уверила её Арина. И, как бы размышляя вслух, добавила: – Много тысяч долларов…

– Ну надо же, и она почти ваша, да, Наталья Семёновна? – голосом подлизы спросила Зоя Редькина.

– Зачем вам кость-то, а? – поинтересовался электрик, который до этого, лениво развалившись, сидел себе и помалкивал. – На холодец?

– Это музейная редкость, – ответила Наталья Семёновна.

– На кой ляд она нужна-то? И холодца не сваришь…

– А вы нам «зорьки» за кость без обмана заплатите? – поинтересовался Антоша.

– Конечно. Я же обещала.

– Лучше б долларами. Мы б сразу отдали её вам, – пробубнил Костя прямо над ухом завхоза.

– А ну-ка, ребятки, покажите картинку-то, – засуетился молчавший до этого Николай Петрович. – Чтой-то за динозавр такой с костями?

– Вот этот. – Арина подсунула ему под нос книжку и постучала по рисунку, где был изображён огромный длинношеий динозавр. – Ну надо же, сколько бы этот динозавр весь стоил, если одна только его кость несколько тысяч долларов тянет.

– Правда здорово, Наталья Семёновна, что мы её именно вам продаём? – похлопав наивными глазами, спросила Зоя Редькина.

– Да, да, правда… – Наталья Семёновна растерялась и даже заволновалась.

– Ну ладно, ребята, пойдёмте, – задорно крикнула Арина. – А то в столовую опоздаем.

Четвёрка не спеша направилась к столовой. Но голоса их были хорошо слышны.

– А давайте мы не будем кость Наталье Семёновне отдавать. Продадим её с аукциона. Может, больше «зорек» заработаем?

– Давайте.

– Надо только назначить аукцион на какое-нибудь время.

– Назначим.

Мысль, которую заронили в мозг Николая Петровича братья Белой Руки, не давала бедному завхозу покоя. Вдобавок Николай Петрович видел, как волнуется по поводу кости Наталья Семёновна, умная учёная женщина с высшим образованием. Значит, всё на самом деле, и деньги за кость можно действительно с какого-нибудь музея стрясти. Да ещё какие деньги… И поскольку за компьютер Андрюха денег давать не собирался, Петрович решил сделать ставку на кость. Или выкопать её, или…

Прибежавший перед тихим часом посмотреть на археологический раскоп Мыльченко обнаружил, что яма аккуратно засыпана землёй. Примчавшиеся на Антошин крик Арина, Костя и Зоя решили, что это даже к лучшему – никто теперь не сможет пристально рассмотреть их композицию из дерева и глины, и поставили на Антошиной территории финской земли табличку «Участок продаётся».

После тихого часа начался ажиотаж.

– Мыльченко, сколько стоит твой участок? – от подобных вопросов у Антона скоро голова пошла кругом.

Наученный своими друзьями, Антон делал задумчивое лицо и поднимал палец вверх.

– М-м-м! – говорил он, и создавалось впечатление, что Антоша серьёзно размышляет над тем, сколько именно запросить за свою находку.

– Эй, Мыльченко, что ты мучаешься, устрой аукцион! – как бы невзначай проходя мимо, крикнул Антону, окружённому толпой покупателей, Костя Шибай и снова пошёл прочь. Тайное братство старательно делало вид, что оно тут совершенно ни при чём. Ажиотаж продлился до самой поздней ночи. Многим хотелось заиметь участок с костью. Поэтому Антошу вынудили назначить аукцион прямо на завтра.

– Вы посмотрите, что творится! – через полчаса после отбоя Галя с проверкой зашла за корпус и увидела, как в засыпанной ими же яме копается Николай Петрович, завхоз. Галя пулей влетела в корпус, схватила напарника за руку и потащила к месту событий.

– Копает, – констатировал Боря.

– Причём ты понимаешь, кто копает? Это значит, что неопознанная энергия, которая в той яме находится, наружу просится! Вот и вербует кость хоть кого-нибудь, чтобы только её на свет божий извлекли! И взрослых, и детей… А наш завхоз теперь её верный раб! Мы закапываем, он откапывает! Скоро опять аномальные явления начнутся! Снова пропадёт кто-нибудь. Балованцеву-то, кажется, отпустило, про карты и тотализатор она больше не думает. Но запросто может начать воровать. Мы-то ведь не знаем, кто на самом деле еду из столовой утащил… Может, и впрямь она. Так-то, Боря… Или привидение вдруг опять появится… О-ой!

Боря не мог больше слушать стенания Гали.

Закрыв корпус на ключ, он взял Галю за руку и в сгущающейся темноте подошёл к яме, из которой активно вылетала земля.

– Николай Петрович, вы что тут в темноте делаете? – не доходя до раскопа примерно полтора метра, крикнул Боря.

Галя осторожно высунулась из-за Бориной спины.

– Вернитесь к свету, к истине! – тоненько пропищала она. – Откажитесь от того, что сейчас у вас в голове! Мы протянем вам руку помощи!

– Давайте руку, я уже вылезаю, – из ямы показались рука и голова Петровича.

Боря смело шагнул вперёд, схватил Петровича за руку и вытянул наверх.

– Да вот, проверял, – располагающе улыбнувшись, проговорил он, – не бомба ли там, в этой яме.

– Не бомба, не бомба, – Галя осмелела, подошла к Петровичу, взяла его за руку и стала тянуть от ямы, – только вы больше не ходите сюда никогда и не думайте об этом. Забудьте.

– Почему? – удивился Петрович. – Кость-то мне эта древняя и совсем не нужна. Это я просто бдительный такой…

– Николай Петрович, вы бдите над чем-нибудь другим, ладно? – Галя шла от ямы прочь стремительными шагами и как на буксире тащила за собой завхоза. – А сюда не ходите, не ходите, не ходите…

Николай Петрович дошёл вместе с воспитателями пятого отряда до самого своего вагончика. Галя и Боря наперебой советовали ему к яме больше не подходить и не поддаваться никакому влиянию. Это всё, что смог понять завхоз. Торжественно пообещав больше у ямы не показываться и на провокации не поддаваться, Петрович решительно захлопнул дверь своего вагончика перед Борей и Галей. А они отправились в свой корпус, где в их отсутствие дети, конечно же, стояли на ушах.

«Видно, эти двое тоже на кость метят, – решил для себя завхоз, – значит, сто процентов, эта гнилушка – денежная вещь. Ну, ребятки-воспитатели, фигу с маслом вы получите, а не кость мою заветную! Много тысяч долларов, говорите? Ценная археологическая находка? Сделаем. Как говорится: было ваше, стало наше. Мои будут денежки!»

Довольный собой и своим планом, Петрович улёгся спать.