Читать книгу - "Подвиги Слабачка - Алексей Артов"

Попытка стариков

Конечно, пока Слабачка качали, хитрые самые самыми первыми, думая, что незаметно, полезли туда, откуда видно всё. Но из-за слабости и трусости многие сразу попадали вниз, а немногие сверху закричали, что им страшно и чтобы их спасали-снимали со стены.

– Ага! – кричали им.

– Не получилось встать выше всех, обманув всех?!

– Достигнет высоты тот, кто сильнее всех!

– И честнее!

– А не хитрее!

– И не наглее!..

– А кто пойдёт первым?!

– Все первые!

– Да, все равны!

– Когда все равны, тогда первых нет!

– Когда все равны, первые все!

– Когда первых нет, все друг дружку затолкают!

– Почему?

– Чтобы стать первыми!

– Но первых много не бывает?!

– Не бывает.

– Первый всегда один!

– Вот и толкают…

– …Чтобы стать первыми.

– А потом и первым!

– Поэтому все с башни попадают!

– Затопчемся!

– Поэтому без порядка никак!

– Никак?

– И в правду.

– Тогда по старшинству!

– По старшинству?

– За то порядок!

– Это нарушение всего и вся!

– А свобода?

– Зато проверено!

– Кем проверено?

– Всеми и во все времена!

– А!.. Ну раз так, тогда…

– Пусть уж первыми идут, ну, хоть в чём-то первые.

– Названные…

– Назначенные…

– Поставленные…

– Не пригодные, но раз уж…

– Но пусть уж такие, раз уж…

– Зато друг за дружкой…

– Так ведь это…

– А притом… задавят.

– А вдруг не за…

– А вот, чтобы точно без вдруг, чтобы точно не зада…

– По старшинству!

– По порядку!

– С порядком!

– Порядок!

– По старшинству!

И так, дорога наверх открылась, стоявшим выше всех (хотя она и так им была открыта). И не важно, что ростом, силой и возрастом были они ниже, слабее и старее всех.

К башне они шли не торопясь. Среди них были хрипящие, покашливающие и хромающие… Один полз, не в силах встать, ибо был так тяжёл, и, не давая себе помочь. Но даже, чтобы ему помочь, вокруг него должно быть столько держащих его, что все они не уместятся вокруг него. А если вокруг него будет не хватать держащих его, то они не смогут и поднять его.

А не могущие его поднять очень смогут осмеивать его, чтобы не осмеивать самих себя. А этого, могущий только ползком, боялся больше, чем не в силах идти, ибо его тогда смогут лишить для него всего: стоять выше всех. Поэтому, добравшись до башни, далеко последним, он смог её только облепить своими лапками. Но, прилепившись к башне, он отлепился от неё только тогда, когда с неё слезли последние пошедшие по ней.

Другого же несли на веточках, а поднеся к башне, уже понесли вверх по башне. Поэтому наислабейший, за счёт силы других боролся за верх среди, вместе и с самыми сильнейшими.

И обогнать главнёвиков не смел никто. Идущие позади них изо всех сил сдерживали остальных, не желающих ждать, хотя не желали ждать и сами. Из-за этого за высшими получилась большая муравьиная свалка, в которой каждый топтался на каждом.

И вот, идущие не спеша, облепили собой башню со всех сторон. Началось их неспешное восхождение! Но самый быстрый в этом неспешном восхождении был тот, которого восходили, который восходил лёжа! Ибо поднимался он не на своих лапках, а лапками его четырёх! И восходил он на восходящих по восходящим! Восходящие кричали его четырём: «Привыкли вы на наших спинках выходить!» Хотя все сами и вышли по чьим-то спинкам. А им отвечали четверо несущих его: «Лапки наши, но выходит по вашим спинкам тот, кто идёт на спинках наших!»

Но, поднявшись ещё совсем не высоко, управлёвики уже стали друг дружку быстро, сильно и часто толкать, пытаясь столкнуть! Так нетерпеливо хотел каждый из них видеть больше других, хотел, чтобы то, что увидит он, уже больше никто не увидел. (Забыв про море других.) И падали многие из них. При этом кричали они: «Спасите, помогите!», «Падаю, ловите!».

Вокруг башни всё было запружено муравьями во много рядов вверх, и сброшенные главнёвики попадали в эту муравьиную кашу. Ушибались, мялись, но не топтались и разбегались.

А тот, который восходил на лапках четырёх по спинкам остальных, упал со своими четырьмя вместе с теми, по спинкам которых восходил. Упал в кипящую кашу ждущих. Вот-вот исчезнет, растворится в муравьином кишеньи, затопчется жаждущими ринуться вверх. Но тут, он, не могущий ходить, вдруг вскочил и побежал прочь от башни, крича: «Башня исцелила! Башня сила!.. И я…»

А вскоре оказалось, что те, кто смог столкнуть и кого столкнуть не смогли и кто не упал сам, сами теперь кое-как слезали обратно, потому что силёнок не хватило. Зато хватило мудрости. Но и то, пока спускались, некоторые пытались поддеть лапку соседа, которая либо держала сверху, либо поддерживала снизу, а сосед в ответ пытался делать то же самое, в нескрываемой надежде, что на очередного главнёвика будет меньше.