Читать книгу - "Хроники Этории. Тени прошлого - Михаил Костин"

Остатки тяжелых туч рассеялись, унеся с собой все тревоги предыдущего дня. Их место заняла легкая дымка, сквозь которую на все еще мокрую, слякотную землю падали яркие солнечные лучи. Мне было жарко, хотелось пить, но я радовался всем сердцем. После разговора с А-ти у меня, вернее у нас, появились ясность и цель, реальная цель. Благодарные тому, что ливень и гроза миновали, мы бодро шагали на юг. Как-то незаметно рядом с дорогой выросла темная полоска леса. То тут, то там среди зелени появлялись мелкие тропы, которые убегали, как ручейки, в гущу деревьев. К одной из таких троп нас и подвел Минар.

– Ну, вот и прибыли, – он спрыгнул с лошади, – дальше придется идти через лес, так что предлагаю перекусить здесь.

Возражать никто не стал. Привал был недолгим, и как только теплый горьковатый сидр смочил нам горло после еды, лямки тяжелых мешков вновь врезались в плечи.

Золотые солнечные лучи, в которых плясали блестящие пылинки, косо падали сквозь плотный занавес из ветвей и листьев, придавая почти волшебное свечение лесному полумраку. Холодный, сырой воздух, пропитанный сладкими запахами живых растений, немного дурманил, а доносившееся сверху пение птиц и голоса неизвестных животных напоминали о том, что мы лишь гости в том таинственном мире. Спустя два часа мы вышли к небольшой поляне, наполовину залитой солнечным светом. Словно часовые, лужайку окружали плотные ряды могучих сосен, охраняя покой скромной хижины, наполовину вросшей в землю. Из кривой узкой трубы тянулись струйки белого дыма, так что было ясно, что хозяин дома.

Оставив нас в стороне, Минар скинул плащ и поспешил к домику. На легкий стук дверца приоткрылась, и Минар проскользнул внутрь. Потекли томительные минуты ожидания. Когда дверь вновь распахнулась, оруженосец вышел на свет в сопровождении высокого старца. Хотя до этого я никогда не встречал отшельников, данное слово очень подходило к хозяину хижины. Время и одиночество явно наложили свою печать на его облик. Длинные, белые как снег волосы спускались на плечи и сливались с такой же белой бородой до пояса. Одет отшельник был в серый балахон до самой земли, отчего казалось, что старец не идет, а плывет по траве. Приблизившись почти вплотную, он оглядел нас слегка выцветшими глазами, причмокнул и громко вздохнул, выказывая не самое лучшее настроение, возможно, вызванное нашим неожиданным появлением. Мы молчали. Затянувшаяся пауза, похоже, еще больше рассердили старика. Он снова громко вздохнул, потряс седой головой и заговорил глубоким чистым голосом:

– Ну-ка, ну-ка, ишь пришли… голодранцы, юнцы безмозглые… из гнезда выпали и давай сразу героев изображать! Забавно!

Отшельник явно не был впечатлен нашим видом.

– Ну и что нужно горе-героям? Почему меня от дел важных отрывать решили?

– Мы недавно наткнулись на одну весьма интересную книгу, – поспешил с ответом Минар.

– А я здесь при чем? – перебил его старец.

– Нам бы хотелось узнать, что в ней написано.

– Ну, так читайте…

– К сожалению, эта странная книга написана на уру, а из нас никто этого древнего языка не знает.

– Для чего вам знать, что написано в книге? – отшельник нахмурился.

– Это может помочь нам с поисками…

– И что же ищут герои-неудачники? Золото? Девок?

– Торговый караван из Биллона.

– Неужто целый караван? – отшельник ухмыльнулся.

– Да, целый караван, – встрял я, – он исчез с месяц назад где-то в этих краях, и о нем до сих пор ничего не известно. С караванам пропали мой отец и брат! А книга пока наша единственная зацепка.

– Ха, если это ваша единственная зацепка, то, похоже, вы не очень хорошие искатели. – Старец еще раз обвел нас взглядом и махнул рукой: – Ох, голодранцы и есть голодранцы, и как вам только дело такое важное доверили?

– Нам не доверяли, мы сами за него взялись! – ответил я.

– Сами, значит, ох, как же мне надоели всякие мелкие ленивые типчики.

– Это вы о нас? – спросил Роб с вызовом.

– О ком же еще! Вас что, уже ничему не учат в ваших школах? Да о чем я говорю, это же Нордения… здесь знания никому не нужны! Ответы, они же всегда под носом, чтобы их увидеть, нужно лишь немного терпения и усердия. Но нет! Никто не хочет ни учиться, ни трудиться, раз – щелкнул пальцами, и на тебе – отшельник, он и на все вопросы ответит, и с загадками мира поможет, и книгу любую прочитает. Не знаю только, с чего вы решили, что я стану тратить на вас время! Думаете, у меня его много? Девать некуда?

– Нам очень нужна ваша помощь, от этого могут зависеть жизни людей, – сказал Минар вежливо, но твердо.

– И, по-вашему, это достаточная причина, чтобы отвлекать одинокого человека от его дневных размышлений? Почему бы вам не вернуться в замок вашего господина и не покопаться в книгах, которые там валяются?

Слушая ворчание старика, я невольно вспомнил родной Биллон. Отшельник уж очень походил на нашего местного учителя, Око, печально знаменитого тем, что он бранил всех за любую мелочь. Если подумать, Око и внешне походил на отшельника – старый, худой и несдержанный на язык. Оруженосец же напомнил мне одного из наших городских глашатаев, Аби, человека с уникальным талантом настаивать на своем.

– Я все понимаю, – говорил Минар, – и очень сожалею, что мы вам помешали. Но пропал целый караван, несколько десятков людей.

Бормоча что-то про себя, отшельник вздыхал и чмокал губами, постукивая посохом, потом развернулся и пошел к хижине.

– Не принимайте всерьез, на самом деле он хороший человек. Просто он не любит, когда его беспокоят, – прошептал Минар, кинув взгляд на удаляющуюся фигуру старца. В этот момент до нас донесся голос:

– К счастью для вас, у меня сегодня есть немного свободного времени, иначе я бы прогнал вас, чтобы и духу вашего не было.

– Думаю, нам стоит пойти за ним, – заметил Минар.

– Точно? – спросил Айк.

– Говорю вам, он нам поможет. Он и прежде любил поворчать.

Минар поспешил к двери, но на полпути обернулся и добавил:

– Главное, запомните, его зовут Ирк Мудрый. Обращайтесь к нему именно так и ни в коем случае не называйте его «сиром». Он этого терпеть не может.

Уже на пороге в ноздри ударил запах старого тряпья, сухих трав, сгоревших дров, мокрого дерна и дымящего очага. Эти и другие, с позволения сказать, ароматы заполняли каморку, не давая дышать. У меня запершило в горле, глаза заслезились. Старик сидел за круглым столом, откинувшись на спинку колченогого самодельного стула. В одной руке он держал посох, в другой – длинную курительную трубку. Осмотрев нас еще раз, он жестом пригласил всех сесть. Мы разместились на лавке и продавленном топчане.