Читать книгу - "Танцующая пустоту - Елена Безызвестных"

Ничего Люся такого не говорила! Эх, сквозь землю бы провалиться обратно в метро. Люся хотела просить прощения, но разве виновата она в подземной невзрачности? Подземным существам не нужно быть яркими. Все подземные по сути черви да крысы. Люся тоже – крыса или червяк, люди смотрят на неё и, может быть, видят крысу.

Люся и Вадим стояли на тротуаре совсем близко друг от друга. Вокруг зажигались огни. Люся захотела понять, что это за огни, и что за люди, и что за маленькие поезда – они называют их «автомобили». Она захотела слиться с городом, влиться в него, почувствовать… изнутри. Может, тогда город примет её и начнёт замечать?

– Странно. – Вадим прислушался к чему-то далёкому. – Тебя как будто совсем нет. Впервые подобное ощущение от девушки. Нет, ты не подумай, мне, наоборот, интересно. Отчего так?

«А может, меня нет из-за этой Векши, – подумала Люся. – И как же плохо, существо исчезает в тени из-за более яркого существа». Люся не привыкла решать человеческие проблемы. Если бы Векша была хармом, Люся бы сразилась с ней. Ох, она бы билась до последнего! Это была бы битва её мечты. Если бы Векша была врагом – Люся бы смогла отстоять себя.

Проблема в том, что Векша не враг.

Люди умеют сражаться без применения сил, их улыбки бывают ножами, они ведут свои «переговоры», «переписки», они меряются словами и бросаются взглядами. Люся не умеет.

Ей почудилось, солнечные лучи пробиваются изнутри – сквозь кожу на запястье сочится свет, жёлтая кровь. Люся испугалась. Схватила другой рукой себя за запястье, сжала рану большим пальцем, чтоб остановить течение солнца… Солнечная кровь – мёд, только очень-очень жидкий и светлый.

– Эй, ты чего? – Рита подбежала.

– Солнце. Видишь, течёт?

Люся присела на корточки. Она наблюдала, как солнце тонкой пульсирующей струёй вытекает из синей жилки на запястье. Совсем не больно, слабость охватывает всё сильнее с каждой вытекшей каплей! Как если бы лучи в рюкзаке Вадима потеряли бы форму и растеклись. Может, Люся освобождается от яда? По капле вытекает солнце, но Рита не видит этого. Смотрит с удивлением, не понимает. Никто, кроме Люси, не видит! Неужели она так просто погибнет в первый же день, умрёт от солнцетечения? Вместе с солнцем уходят силы – по капле, и Люсе страшно.

– Ничего не вижу, – удивилась Рита.

– Прости, я…

Открылась рана на животе. Солнце брызнуло и растеклось жёлтым пятном, липким и вязким. Солнечный свет пульсировал, бил струёй, Люсино платье пропиталось светом, свет капал на асфальт, пачкал Ритины туфельки и кроссовки Крота. Никто не видел льющегося света… От пролитого солнца стало совсем светло. Ребята молча смотрели, как Люся сгибается пополам, сжимает себя, жмурится. «Ты чего, ты чего?» – слышала Люся сквозь ватный гул. Она ослабла и села на тротуар.

Люся вспомнила Юру. Как он давит на ручку контроллера – чётко, одним уверенным движением. И улыбается. Нет уж, если это галлюцинация, видение, нужно её победить! Нет никакого солнца! Нет!

Она думала о Юриных веснушках и вспоминала свитер Рэда. Люся раскачивалась, как Рэд, прикрывала веки и силилась улыбнуться. «Убери свой острый подбородок, больно же!» – смеётся Рэд. Нужно успокоиться. Рэд – это и есть спокойствие. Он смеялся бы над ней сейчас, милый Рэд. Увидит ли Люся его?

Когда Люся забыла о своих ранах, солнце остановилось. Так же неожиданно, как началось.

Люся развернулась и пошла на зов города – гудки, шум, шорох, голоса… Город отчего-то взволновался, чего-то ждал…

– Ты куда? Обиделась? – Рита подбежала, в решимости задержать Люсю.

– И вовсе я не обиделась! Пойду домой…

Она знала – так говорят люди: «домой». Весь мир был теперь для Люси домом.