Читать книгу - ""Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка"

она обозначалась не как проповедь или манифест, а скорее как нечто, витающее в атмосфере, как внешний раздражитель. Никто из персонажей «Черного яблока» не был положительным. Даже Охотник пытался спасти Белоснежку лишь потому, что им двигали собственные желания и расчет.

Тем временем Белоснежка возвращалась – шажок за шажком, эмоция за эмоцией – в реальную повседневность, постепенно выздоравливая и приходя в себя к финалу спектакля. Его должен был увенчать яркий, в чем-то гипнотический эпизод. Белоснежка лежит на земле. Тут свет гаснет; сцена и зал оказываются в полной темноте, в которой все сильнее и сильнее стучит пульс. Именно в этот момент Белоснежка узнает о смерти Охотника и убивает Принца серебряной острой расческой. А затем сбегает из замка обратно в любимый лес – в темень, к диким зверям и бесплотным теням.

Когда они в первый раз прорепетировали финальную сцену с декорациями, звуком и светом, никто после этого долго не мог проронить ни звука. Все только недоверчиво смотрели друг на друга, как будто спрашивая: «Ты тоже это чувствуешь? Мы что, на секунду оказались где-то не здесь?»

– Следующая репетиция в понедельник вечером. На том же месте, в то же время, – напомнила Тинка.

– А разве не все еще готово? Может, организуем один свободный вечерок? – предложил Алекси, игравший Принца.

Тинка метнула в него злобный взгляд.

– У нас всего две недели перед премьерой и работы еще очень много. А кое-кому неплохо было бы подучить слова – так, чтобы они сами с языка слетали…

Алекси пожал плечами и вышел из зала, чуть ли не печатая шаг.

Сампса подошел к Белоснежке и погладил ее по спине.

– Ты была прекрасна. Как всегда.

– Спасибо, – ответила она, завязывая шнурки своих армейских ботинок. Ее руки все еще тряслись от возбуждения.

– Увидимся послезавтра. Мне надо бежать, а не то я опоздаю и мама будет рвать и метать.

Сампса чмокнул Белоснежку в лоб, забросил рюкзак на плечо и ушел. За время финальной сцены он успел сменить костюм Охотника на свою повседневную одежду. Его семья традиционно собиралась в пятницу вечером на общий ужин, куда также приезжали Сампсины бабушка с дедушкой и тетя, живущая в Тампере. Этой традиции было уже много лет, и Сампса не мог пропустить пятничный ужин. Он несколько раз звал Белоснежку с собою, но та всегда отказывалась. Мысль о том, что все будут оценивающе пялиться на нее, не радовала. Белоснежка обещала зайти к Сампсе в воскресенье на кофе, когда дома будут только его родители и младшая сестра. Это был предел ее открытости.

…Темная пустая школа была тихой и сонной, когда Белоснежка и Тинка спускались по лестнице в вестибюль. Пустые коридоры выглядели странно; по ним далеко разносилось эхо шагов. Это днем они все заполнены студентами и уровень децибел заметно превышает допустимую норму…

Тинка вслух анализировала огрехи и несовершенства спектакля, но Белоснежка не могла сосредоточиться на ее рассуждениях. Правильно ли она поступила, когда согласилась играть в пьесе? Ей не нравилось то, как сильно она погрузилась в роль, то, как реальность растворяется перед ее глазами. Она не играла Белоснежку, бегущую по лесу. Она была ею. Она вдыхала запах крови на своих руках. Пульс леса был ее пульсом. Белоснежка не привыкла терять контроль над собой, и это пугало ее.

Тинка заметила, что ее собеседница все время молчит, и куртки они надевали уже в полной тишине. Белоснежка намотала на шею красный пушистый шерстяной платок, который для нее связала и прислала по почте бывшая однокурсница Элиза. Они все еще общались. А ведь еще прошлой зимой Белоснежка не могла себе представить, что Элиза станет ей настоящим другом…

На улице плавно спускались вниз большие пушистые снежинки, которые сразу же таяли, касаясь земли. Не было надежды, что декабрь станет белым.

– Если в нашей программе и есть какие-то сбои, то дело точно не в тебе. Ты прямо настоящая Белоснежка-убийца, – сказала Тинка, когда они вышли из школы.

Затем она махнула рукой и пошла в другую сторону, и Белоснежка не успела ей ничего ответить.

Меся ботинками грязь, она двинулась в сторону улицы Хямеенкату. Чуть дальше перед собой, на пешеходной дорожке, увидела преподавателей психологии и математики, которые тоже уходили сегодня с работы запоздно. Учителя в это время года долго проверяют контрольные работы и эссе. Часть из них не хотят нести все это добро домой, а предпочитают сидеть в школе до вечера. Было забавно видеть их вне школы, смеющимися и весело болтающими между собой. Белоснежка тем не менее была рада, что находится далеко от них и не может разобрать, о чем они говорят. Лучше знать как можно меньше о внешкольной жизни учителей.

Перед нею мрачно возвышалась знакомая громада из красного кирпича – собор Алексантери. Было так темно, что с дорожки уже нельзя было разглядеть старые надгробные камни церковного кладбища. Огромные снежинки были похожи на перья, осыпающиеся с черных ветвей деревьев, словно с крыльев падших ангелов. Белоснежка глубже затолкала руки в карманы и пошла быстрее.

Вдруг в левом кармане она нащупала нечто странное, чужеродное. Белоснежка достала это нечто. Белый лист бумаги формата А4, сложенный вчетверо… Небольшое, напечатанное на компьютере письмо. Она остановилась под фонарем, чтобы прочитать его.

Белоснежечка моя,

Твой Принц тебя не знает. Ни в пьесе, ни в реальной жизни. Он видит лишь твою оболочку. Он видит лишь часть тебя. Я же вижу глубже, до глубины твоей души.

У тебя кровь на руках, Белоснежка. И ты это знаешь. И я это знаю.

Я замечаю каждое твое движение.

Вскоре ты вновь