Читать книгу - "Три рэкетира - Ярослав Зуев"

Заметив кровь в волосах мужа, Кристина едва не лишилась чувств, но все-таки устояла на ногах. Как почти всегда бывает в таких случаях, показная крутизна слетела с Кристины, словно шелуха, оставив в коридоре перепуганную и совершенно растерявшуюся женщину.

– Васенька! Ой, Васенька! – причитала Кристина, бесцельно мечась вокруг коленопреклоненного супруга.

– Я сейчас скорую вызову! – наконец нашлась она.

– Поистине, не нужно, – захрипел Вася, пытаясь оторваться от пола. Худшее с ним уже приключилось (на сегодня, по крайней мере), и это давало ему даже некоторую фору перед полностью выбитой из колеи женой.

– Кристичка, помоги, – закряхтел Бонасюк. Кристина вцепилась в мужа, совместными усилиями они достигли кровати.

– Я сейчас компресс приготовлю, – Кристина, к которой понемногу возвращалась способность соображать, нагнулась к аптечке, вывернув содержимое на журнальный столик.

«Йод, зеленка, перекись – рану промыть… Кубики льда – вхолодильнике…», – часть медикаментов посыпалась на пол. Руки дрожали, не хотели слушаться. Вернувшись к мужу через пару минут с готовым компрессом в руках, Кристина, собрав силы, рассмотрела полученные Бонасюком повреждения внимательнее. Правый глаз заплыл, на скуле красовалась ссадина, на лбу – впечатляющая шишка. Вась-Вась лежал зажмурившись, и дышал со свистом, переходящим в утробное бульканье.

– Вася? Васенька? Кто тебя избил?

– Хулиганы, Кристичка, – жалобно прошептал Василий Васильевич. – Доклепались, под домом. – Он перевел дыхание. – Закурить не дал. Не поверили, поистине, что не курю…

– Я в скорую позвоню.

– Ох, не надо, – Васино лицо скорчилось в болезненной гримасе, – что от них толку?

– Вася, – Кристина забыла про ледяной компресс в руках, потрясенная ужасной догадкой. – Вася? Это не из-за сауны?

Бонасюк попробовал отрицательно покачать головой и еще крепче зажмурился от нахлынувшей боли. Кристина закрепила компресс на голову мужа. Заставила выпить пенталгин и теперь дробила между ложками таблетки стрептоцида, намереваясь обработать рану на голове. Она полностью овладела собой.

– Хулиганы, поистине, – стонал Вася. – Незнакомые. Закурить попросили… – Больше ему сказать было нечего.

* * *

Следователь с Близнецом накинулись на него совершенно внезапно, вместо приветствия начав колотить, куда попало. После чего, как и предполагал Украинский, Бонасюк рассказал все, что знал, и даже больше того. И про Аню Ледовую. И про Бонифацкого. И про свою Кристину. Как на духу.

– В следующий раз, жирный, будешь с нами пооткровеннее, – назидательно произнес Близнец.

– Понял, Васек, какое самое эффективное средство от склероза? – добавил Следователь.

Вася, зажмурившись, сидел на полу, шмыгая разбитым носом.

Проведя это нехитрое дознание, Следователь и Близнец удалились. На прощание Следователь в третий раз повторил фразу, которую Василий Васильевич успел выучить наизусть: «Кому хоть слово ляпнешь – конец тебе…». Так что Бонасюк прибыл домой с готовой историей про хулиганов. Сказать правду Кристине несчастный баньщик не смел.

* * *

Расстегнув рубашку мужа, Кристина обнаружила целый букет кровоподтеков, расцветивших спереди и сзади обильно заплывшие жиром телеса Василия Васильевича. Бонасюк глаз не открывал, позволяя жене манипулировать своим несчастным телом, словно резиновой куклой. Закончив с примочками и обработав грудную клетку мужа йодом, отчего Василий Васильевич стал похож на ягуара, Кристина со вздохом поднялась с постели.

Вася забылся тяжелым сном. Кристина вышла в прихожую и повторила попытку дозвониться Аньке. Та по-прежнему отсутствовала.

– Хоть бы утром появилась… – попросила Кристина телефонную трубку. Вернувшись в гостиную, она устроилась рядышком с Васей и попыталась уснуть.

* * *

Как и следовало ожидать, к утру физиономия Василия Васильевича угрожающе распухла, сделав его совершенно неузнаваемым. Синяки приобрели черно-фиолетовый цвет. Правый глаз вообще не открывался. Кристина смотрела на мужа, и сердце обливалось кровью. Оставалось только надеяться, что внутренние органы не задеты.

– Кристичка, – едва шевеля разбитыми губами, попросил Василий Васильевич. – Сделай мне, поистине, манную кашку. – То ли хотел поддержать поникшую жену, то ли, напротив, давил из нее слезу. А может действительно проголодался.

Кристина послушно отправилась на кухню, но едва плеснула молока в кастрюлю и водрузила ее на огонь, как запиликал телефон.

«Анька», – решила Кристина

– Алло?

– Здравствуйте, Кристина Всеволодовна…

Вальяжный голос Вацлава Бонифацкого застал ее врасплох. Беда, приключившаяся с мужем, заставила Кристину забыть об обязанностях сводни.

– Кристина Всеволодовна? – переспросил Бонифацкий. – Привет из солнечного Крыма. Ждем не дождемся вас в гости.

«Чтоб ты утопился в своем Крыму!» – зло подумала Кристина.

– Кристина? Вы меня слышите?

«Уши б мои тебя не слышали, а глаза не видели», – искренне пожелала Кристина, аоднако вслух сказала:

– Я вся во внимании, Вацлав…

Несколько смущенный очевидной сухостью экслюбовницы, Вацик сообщил, что завтра, то есть в пятницу, намеревается быть в Киеве.

– Так и передайте несравненной Анне Валентиновне.

– Да, да, я все ей передам.

– Кристиночка, – подал страдальческий голос Вась-Вась. – Это не меня?

– Да подожди ты! – рявкнула Кристя, энергично опуская трубку на рычаг. Она рванула в кухню, наполнившуюся отвратительным запахом убежавшего молока. Затем вернулась к телефону и вновь попыталась состыковаться с Анькой.

«Как корова языком слизала…»

– Кристичка, куда ты звонишь?

«На кудыкину гору».

Кристина на скорую руку, но качественно, в своем стиле, приготовила завтрак. Разместила на подносе большую тарелку каши – не густой, не жидкой, а в самый раз, розетку с вишневым вареньем, масленку, кружку дымящегося какао «Золотой ярлык» и отправилась в гостиную. Застала мужа сидящим на диване. Единственный уцелевший глаз Василька смотрел затравленно.

– Ты куда подхватился? – Кристина поставила поднос рядом с мужем, протянула ему ложку.

– Это не мне звонили? – сейчас Василий Васильевич здорово напоминал перепуганного волнистого попугайчика, который накануне весьма опрометчиво выпорхнул из клетки, а теперь мечтал попасть обратно.

– Василечек? Ну кто тебе станет звонить, а? – Кристина не сумела сдержать раздражения.

– Не знаю, поистине… – Вася механически ухватился за ложку, – «Полковник Украинский, поистине, запросто даже может…» Болезненное вчерашнее облегчение, испытанное Василием от того, что расправа уже состоялась и он даже ее пережил, сегодня сошло на нет. Теперь он мучительно ожидал очередных неприятностей. Заметив, что бледное лицо мужа приобрело зеленоватый оттенок, Кристина ласково погладила его по голове.