Читать книгу - "Зимняя гонка Фрэнки Машины - Дон Уинслоу"

Если пирс в Ханалей и не самый длинный на Гавайях, то уж точно самый красивый. Он отходит от песчаного, окаймленного пальмами пляжа, откуда открывается вид на Бали-Хай и зеленые горы На-Пали.

Здесь на редкость красивые рассветы.

Здесь тихо и тепло круглый год – и даже перед восходом солнца.

Даже в тот час, когда торговец наживкой добирается до своего магазинчика, чтобы все приготовить к появлению первого, самого раннего покупателя, желающего попытать счастья.

Об открытии магазина можно догадаться, еще не видя его – по запаху. По запаху свежесваренного кофе, который стелется по пирсу и щекочет ноздри покупателей. Если они постоянные покупатели или сумели приглянуться Питу Наживщику, он наливает и им маленькую чашечку, предлагает послушать какую-нибудь оперную арию и рассказывает забавную историю о том, как ему приходится постоянно вскрывать и чистить измельчитель в кухонной раковине, потому что его wahini[46]никак не хочет понять, что туда нельзя спускать кожуру манго.

– Трудновато мне живется, bruddah, – говорит он.

Однако он не будет рассказывать о том, как на другом берегу с ним случился сердечный приступ, о том, как он очнулся в отделении интенсивной терапии, и о том, как его включили в Программу защиты свидетелей. Он ни за что не упомянет об этом, как не упомянет об этом и его друг, каждый год приезжающий к нему с Большой земли, чтобы покататься на волнах во время Джентльменского часа, как они называют этот час и на Кауаи тоже.

Никогда Пит ни о чем таком не рассказывает, лишь улыбается шутке или забавному словечку из кроссворда, и покупатели, обеспечив себя всем необходимым, улыбаются ему в ответ – день начинается по-доброму.

Все любят Пита Наживщика.